Чтение онлайн

«Почему я не владею магией? – задавался вопросом Алексий. – Я бы мог облететь город по воздуху вместо того, чтобы таскаться по такой жаре с распухшей ногой. Или заглянул бы в магический кристалл и уничтожил мерзавца одним ударом молнии. Хотя нет, если бы я владел магией, то рассеял бы проклятие в пыль, и все были бы счастливы. За исключением проклятой девчонки, которая втянула меня в эту грязную историю. Почему я не послушался матери? Она всегда предупреждала меня, что не стоит заговаривать с незнакомыми женщинами».

На другой стороне улицы двое рабочих собирали новую механическую пилу, предназначенную, очевидно, для лесопилки у водопада. К мощному лезвию присоединялось водяное колесо, закрепленное на тисовом шесте. С каждым поворотом колеса лезвие приходило в движение и распиливало бревно так же, как два человека делают то же самое при помощи двуручной пилы. Плотники уже завершали работу, прилаживая пару наклонных распорок, на которых крепились козлы, поддерживающие тисовый шест.

Ничего не смысля в механике, Алексий не мог не восхититься совершенством конструкции, лучшей из всех когда-либо им виденных, – механизм, при очевидной простоте, способствовал увеличению продуктивности и качества выдаваемых досок. На мгновение Патриарх ощутил жгучее чувство ревности и обиды: почему он не стал ремесленником, не посвятил себя совершенствованию простых, незамысловатых орудий, делающих жизнь человека проще и легче? Сколько мастеров в городе трудятся над такими проектами! Их можно встретить на каждой площади – людей, творящих свои шедевры в уличной грязи или вырезающих их ногтем на доске, вечно ищущих лучший способ – более экономичный, более изящный, более приятный для глаз. Закон был непостижим, и ни одно из его проявлений не имело практического применения. Но он, Патриарх, одевался в шелк и лен, в то время как неутомимые плотники довольствовались грубым шерстяным полотном и не знали обуви. Почитаем себя за магов? Лжецы! Вон из города, в поля, выращивать хлеб!

Тем временем мастеровые завернули последние болты, и старший отправил помощника вращать колесо, чтобы испытать механизм Рукоять поворачивалась с большим трудом вода справлялась с этим значительно лучше. Вот, если хотите, пример действия Закона, направленного на благо. Молодой человек напрягся, дерево заскрипело от напряжения, и колесо повернулось. Раздался звонкий треск, и тисовый шест разломился надвое. Лезвие пилы, лишенное опоры, покачнулось и медленно повалилось набок, увлекая за собой колесо. Младший плотник совершил невероятный прыжок и в следующий момент оказался на безопасном расстоянии. Задержись он на секунду, и гигантская конструкция опустилась бы точно ему на плечи. Старший рабочий разразился потоком брани, младший в ответ показал кулак и яростно пнул упавшую раму, чем причинил значительно большую боль себе, нежели поверженному механизму. Неспешно удаляясь, Алексий прислушивался к их брани и чувствовал, как в душе вновь воцаряется мир.

Проходя мимо лавки скобяных изделий, старец вдруг почувствовал мощный толчок. Ощущение оказалось совершенно отличным от того, что ожидал Патриарх, но тем не менее ошибки быть не могло: это был он. Могучая сила сдавила мозг, воздух стал густым и тяжелым, словно перед грозой, только во много раз плотнее. В висках тяжело стучала кровь.

Алексий замер. В глубине магазина виднелся хозяин, старик, у которого Патриарх как-то приобрел замок (не лично, конечно, а через посыльного), молодой мужчина и девушка, по виду явно чужестранцы. Похоже, предположения Геннадия оправдывались.

Юноша был высок и худ, скуластое лицо выражало дружелюбие и легкое смущение. девушка, вне всякого со мнения, его сестра-близнец, отличалась пленительной красотой, в то время как брата в лучшем случае можно было назвать миловидным. Алексий тут же припомнил, что однажды встречал теорию, обосновывающую связь между близнецами и натуралами, в которой автор утверждал, будто Закон благоволит к двум разумам, обладающим Врожденной эмпатией. Патриарх вгляделся в девушку и задохнулся от пронзившей голову боли. Итак, это она.

В следующую секунду пришло сознание того, что он совершенно не знает, что сказать. Оставалось надеяться, что хозяин узнает в посетителе Патриарха и отнесется к нему с таким почтением, что у чужестранцев не останется сомнений, что им случайно повезло оказаться в обществе одного из наиболее высокочтимых людей города. Алексий опустил руку в карман, удостоверился, что взял с собой достаточно денег, и направился в лавку.

Началось все удачно. Торговец и юноша увлеченно торговались, поэтому появление Патриарха невольно обеспечило держателю магазина тактический перевес, так как тот тут же прервался и с преувеличенной любезностью бросился встречать именитого покупателя, подробно расспрашивая, доволен ли Алексий приобретенным замком. Слова «по поручению Патриарха Перимадеи», казалось, все еще висели в воздухе лавки, как утренняя дымка над поверхностью моря.

Чужестранцы переглянулись – уловка сработала.

– Не прерывайтесь, прошу вас, – с улыбкой произнес Патриарх, – я не тороплюсь.

После секундного раздумья стороны завершили словесную дуэль, в которой, как выяснилось, заморский купец просил предоставить ему специальную скидку на партию навесных замков с ключами. Алексий предавался размышлениям, как начать беседу с юной особой, и вдруг осознал, что в этом нет необходимости.

– Простите мне мое любопытство, – обратилась к нему девушка – я столько слышала о вас и о том, что вы делаете. Неужели вы действительно владеете магией?

Если бы боль в голове не отдавалась так сильно! Впрочем через мгновение Патриарх нашел способ справиться с ней.

– Вовсе нет, – с улыбкой ответил старец, – просто те философские и научные изыскания, которыми мы занимаемся, иногда завершаются внезапными и туманными озарениями о принципах устройства вселенной. Миряне, далекие от такого рода занятий, не могут постичь их, поэтому, став случайными свидетелями того или иного эффекта, ошибочно принимают его за магию. Но мы не в силах превратить свинец в золото, а человека в лягушку, так же как не можем летать по воздуху и метать молнии.

Некоторое время девушка задумчиво смотрела на Патриарха, явно пытаясь перевести вышесказанное на более доступный язык. Затем на ее лице появилось выражение неприкрытого разочарования.

– О, а я всю жизнь мечтала познакомиться с настоящим волшебником. Ах, простите, – спохватилась она, – я не хотела обидеть вас.

– Не извиняйтесь, – дружелюбно улыбнулся Алексий, – я тоже всегда мечтал об этом. Правда, существует категория людей – мы называем их натуралы, – которые являются почти магами.

– Что вы говорите? Кто они такие?

Краем глаза Патриарх продолжал наблюдать за ходом торгов, казалось, они стали еще более интенсивными. Боль в голове становилась невыносимой.

«Ей нравится говорить со мной. Она не хочет, чтобы ее прерывали. Это осложняет дело. Как?..»

– Ах, – развел руками Алексий, – если бы я знал. Натуралы рождаются крайне редко, шансы встретить одного из них чрезвычайно малы, во всяком случае, здесь, городе.

– Но ведь где-то они должны жить!

– Вы будете удивлены, – старец немного приподнял бровь, – исключительно большое количество натуралов происходят с Острова. Я не ошибаюсь, предположив, что…