Чтение онлайн

– Ну и как тебе роль наставника?

– Дай мне шанс, – поморщился Лордан, – это мой первый день.

Он скинул ботинки и распрямил скрюченные пальцы.

– Судьба меня осчастливила пятью идиотами и одной валькирией, и сегодня я учил их ходить вдоль линии и не падать. Думаю, они стоят заплаченных денег. – Фехтовальщик откинулся в кресло и закрыл глаза. – Так что же все привело тебя сюда?

Хороший вопрос. Естественно, всегда существует причина, почему молодая девушка ищет предлог нанести визит мужчине, с которым она не виделась на протяжении целых трех дней. А Эйтли, в конце концов, действительно молодая девушка, хотя Лордан не позволял себе замечать это более одного-двух раз за три года их совместной работы. По правде сказать, это единственная причина, которую экс-адвокат мог придумать. И он чувствовал… смущение.

– Ты не догадываешься? – обиженно спросила она. – Бардас, на скольких адвокатов, по-твоему, я работала? Никогда не задумывался?

– Верно, – признал он. – Ты профессионал, Эйтли, неудивительно, что тебя много клиентов.

– На одного, – ответила девушка. – До недавнего времени. А затем эта эгоистичная свинья разворачивается и уходит, оставив меня без средств к существованию.

– Ох, Эйтли, – Бардас открыл глаза, – почему ты ничего не сказала?

– Естественно, мне нужно было что-то сказать. Например, «нет-нет, не уходи, продолжай рисковать жизнью через каждые несколько недель, чтобы я могла получать свои десять процентов!». Не будь таким…

– Хорошо, я понял. В таком случае, прости мне мою жестокость, зачем упоминать об этом сейчас?

Девушка бросила на него убийственный взгляд.

– Затем, что мне нужно зарабатывать на жизнь. – Убийственный взгляд сменился смущением. – У тренеров ведь есть помощники? Ты уже кого-нибудь нанял?

– Предположим, я и сам неплохо справляюсь, – ответил Лордан. – Ответь мне, почему ты хочешь оставить работу, которую хорошо знаешь, лишь потому, что я ушел на пенсию. У тебя есть постоянные клиенты, обеспечивающие хороший доход. За такую базу многие адвокаты отдадут все что угодно.

– Включая собственные жизни. – Взгляд Эйтли стал суровым. – Как ты думаешь, почему я работала только на тебя? Ну, напряги воображение, Бардас.

– Сдаюсь, – вздохнул Лордан.

– Потому что ты никогда не выглядел как человек, готовый расстаться с жизнью, – отчеканила девушка. – Бардас, я не хочу посылать мальчиков на верную смерть. Я считаю этот способ существования неприемлемым. Ты был исключением, потому что…

– Потому что – что?

– Потому что я доверяла тебе, – жестоко ответила она. – Нет, я, конечно, знала, что однажды ты можешь проиграть, но только вынужденно, только…

– Когда не останется другого выбора? – Бардас улыбнулся. – Я польщен.

– В любом случае, – резко сказала Эйтли, – я задала тебе вопрос. Тебе нужен помощник?

Лордан на минуту задумался или сделал вид, что размышляет. Похоже, его предположения насчет причины визита не оправдались. Как инструктор Бардас особо не нуждался в помощнике и не мог платить Эйтли меньше, чем двадцать пять процентов. Это сильно отразится на его заработке, а ее существование будет жалким по сравнению с тем, к чему она привыкла, даже если он был ее единственным фехтовальщиком. (И что с того? Надо подумать над этим на досуге.) С другой стороны…

– Хорошо, – кивнул Лордан, – при условии, что ты привлечешь новых клиентов и таким образом оправдаешь свое содержание. Исходя из опыта последнего дня, я бы с легкостью мог тренировать и дюжину. Согласна?

– Месяц испытательного срока, – предложила Эйтли. – Имей виду, у меня нет твоего опыта. Вдруг мне не понравится?

– Ты быстро привыкнешь, – усмехнулся Лордан, – потому что, по сути, здесь ты тоже будешь посылать мальчишек на смерть. Все как и в прежние времена.

– А теперь я попрошу вас закрыть глаза, – произнес Алексий, – и описать то, что вы видите.

Близнецы послушно сомкнули веки: Венарт – с тем непередаваемым смущенно-решительным выражением, которое всегда появляется у мужчины, когда он подозревает, что его разыгрывают, Ветриз – с видом полного блаженства, как подобает девушке, неожиданно попавшей в чудесное приключение. Алексий бросил быстрый взгляд на коллегу – тот выглядел напуганным до полусмерти и посерел от боли. Губы Патриарха тронула тень улыбки – он отлично знал, как тот себя чувствует.

– Что-нибудь?

Венарт промычал нечто неопределенное, явно не понимая, что от него ожидают. Его сестра отрицательно качнула головой.

– Отлично, – заявил Алексий.

Вопрос был проверкой, чтобы убедиться, что чужестранцы их не дурачат. Алексий сделал глубокий вдох, безуспешно пытаясь ослабить тиски, сдавившие голову, и… оказался в зале суда. В этот раз, по неведомым причинам, все места были пусты, судья и секретарь тоже отсутствовали. Никого, кроме фехтовальщика, стоящего к ним спиной, в котором Алексий узнал Лордана, и девушки, для которой, он когда-то, казалось, много лет назад, сделал проклятие. Адвокат стоял в одной из сложнейших позиций Ортодоксальной защиты – на прямых сдвинутых ногах, выбросив руку с мечом точно в сторону.

– Привет, – радостно провозгласила Ветриз, материализовавшись на узком пространстве между двумя застывшими фигурами и, походив вокруг, словно они были парковыми статуями, неожиданно заявила: – Я знаю его. Выступал, когда мы на днях пошли в суд. А девушка тоже адвокат? Я считала, что это мужская профессия.

Алексий молча кивнул. Геннадия не было, радует, что хотя бы голова перестала болеть.

– Не вижу вашего брата, – сказал он. Ветриз недоуменно повертела головой.

– Он, наверно, не смог добраться. А где ваш помощник?

«Какая жалость, что он не слышит! Ничего, я ему этого не забуду».

– Похоже, что тоже, – ответил Патриарх, стараясь скрыть собственную радость. – Это просто потрясающе, каким образом вы сюда попали?

– Не представляю, – пожала плечами Ветриз, – я же не могу знать, почему ноги ходят. Само получилось. – Она снова оглядела помещение. – Мы вправду здесь, или это сон или что-то в этом духе?

– Трудно сказать, – признал Алексий. – Обычно все по-другому, если, конечно, слово «обычно» применимо в ситуации, которые происходят чрезвычайно редко. Обычно мы появляемся в момент, непосредственно предшествующий решающему событию в будущем или прошлом, в зависимости от того, что нас интересует. Хотя у натуралов это может происходить совсем иначе.