Закажи себя сам!
Шрифт:
Она вскочила с дивана и тут только сообразила, в чем дело – любимчик Финли притащил хозяйке игрушечную мышь, бросил на подушку, а потом сам же не мог выцарапать ее когтями.
– Ну что за глупости тебе Люся все время покупает? Можно подумать, ты совсем дурачок и станешь бегать за какой-то искусственной крысой! Фу, гадость какая!
Люся будто только того и ждала, чтобы о ней вспомнили.
– Вася!! – тут же позвонила она. – Ты уже встала? Своди Малыша на прогулку. Ты обещала, что ты сегодня и-го-го!
– Что я тебе – лошадь, что ли? – пробубнила Василиса. – И не кричи так, я уже встала.
– Да пора бы уж, времени двенадцать часов.
Василиса посмотрела на часы – и правда, заспалась немного, но она сейчас все наверстает!
До студии они вместе с Малышом добрались пешком. Конечно, можно было и проехаться, но Василисе хотелось пройтись, подумать, а заодно и здоровье подкрепить – ничто так не укрепляет фигуру, как быстрая ходьба. Правда, быстро она шла всего три минуты, потом дыхание начало сбиваться, а после она и вовсе остановилась.
– Малыш, ну куда ты так спешишь? Можно подумать, это ты будешь допрос вести…
Пес резво скакал возле хозяйки, и никакие допросы его вовсе не волновали. Пройдя полгорода пешком, Василиса ввалилась в студию чуть живая.
Студией назывался большой зал, загроможденный всякими стеллажами, заваленный реквизитом и декорациями. Располагался он рядом с двумя крохотными кабинетиками – бухгалтерией и приемной Вазонова. А все вместе находилось в огромном здании на первом этаже. Этажами выше располагались чьи-то офисы и даже несколько маленьких магазинов, а на входе всего этого великолепия сидела злющая старушка, мимо которой не пролетела бы без пропуска даже муха. Василису с Малышом старушка пропустила только потому, что та ей сунула открытым текстом пятьдесят рублей.
– Тут есть кто-нибудь? – крикнула она, заслышав непривычную тишину.
– Никого тут нет! – вынырнула из кабинета начальника испуганная Танечка. – То есть я тут еще немножко осталась, но… уже ухожу! Ой! А чья это такая здоровая собачка? Я с детства собак боюсь!
– Это не собачка, – тяжко дышала Василиса. – Это… мой коллега, сотрудник. Танечка, а вы нам должны рассказать, что знаете про своего начальника, про Вазонова.
– Я? – побледнела Танечка и спряталась за дверь. – Я ничего не должна! Я ничего не знаю! Чего это вы меня про Вазонова спрашиваете? Милиция только что спрашивала, теперь вот вы! Я уже все рассказала!
Девчонка явно чего-то боялась и отвечать не хотела.
– Таня! А как же твой гражданский долг? – огорчилась Василиса.
– А у меня нет долга, я ни у кого не занимаю, – пискнула из-за двери вредная девчонка.
– Вот какая противная, а… – проговорила Малышу Василиса. – Татьяна! Если вы сейчас не расскажете, я…
– А если вы сейчас же меня не выпустите, я позвоню в милицию!! – звонко крикнула Татьяна.
– Ну хорошо, мы тебя выпустим, но… Ты хоть скажи адрес этого Вазонова!
– Не знаю! Хоть режьте меня, не скажу! – играла в партизанку девчонка.
– Хорошо, – вдруг решила Василиса. – Сейчас мы пойдем… в отдел по борьбе с экономическими преступлениями, и я заявлю, что мне недоплатили зарплату! Пойдем, Малыш!
И Василиса устало поднялась. Обидно было, что она перлась с собакой в такую даль совершенно напрасно.
– А вы возьмите и съездите к Ленке домой! – вдруг высунулась девчонка. – Это, между прочим, она чего-то там с деньгами намудрила. Вот и сходите к ней!
– Адрес? – тут же встрепенулась Василиса Олеговна.
– Я так не помню. Она живет в здании центральной аптеки. А квартира у нее тридцать пятая, как и у меня. Собачка, собачка, на-на-на!
– Не разговаривай со служебной собакой, это тебе не Бобик какой-то, – строго насупилась Василиса. – Что ты ему там суешь? Беляш? Да он никогда из чужих рук не возьмет, он специально обученный!
Тут же специально обученный сотрудник, радостно виляя хвостом, подбежал к Татьяне, которая все еще наполовину пряталась за дверью, и счастливо слизнул с ее руки запрещенный беляш.
– Взял! – радостно сверкнула глазами Татьяна. – А вы говорили…
– Малыш, фу!! – рявкнула Василиса, но было уже поздно – беляш провалился в огромную пасть, точно в черную дыру. – Это не он взял, это ты сама сунула ему прямо в желудок. Взятка. Тань, а скажи, чего это сегодня никого на работе нет? Вроде пятница…
– А того и нет, – пискнула Татьяна, а потом и вовсе округлила глаза и с ужасом прошептала. – Ой, кто это?
– Где? – обернулась Василиса.
– Ну там, в студии? Там никого нет, я сама смотрела, а сейчас… там кто-то ходит!
Василиса не стала дальше слушать, она схватила Малыша на поводок и рванула в студию – каждая секунда решала многое.
– Малыш, ищи!! – влетела она в здоровенную комнату, заваленную творческим хламом. – Ищи!
Малыш огляделся и уверенно побежал обнюхивать незнакомую обстановку. Бегал он долго и совершенно спокойно. Пару раз даже пытался поднять лапу возле деревянной лестницы, которую Ванька с Санькой соорудили собственными руками.
– Ну что ты делаешь, позорище мое, – рычала на него Василиса. – Я тебе русским языком говорю – здесь кто-то ходит! А ты ищи – кто!
Пес уставился на хозяйку удивленными глазами – он совершенно не понимал, что требуется искать. Здесь столько всего интересного, например вот эта деревянная чурочка, как раз по зубам.
– Брось немедленно грызть стул Вазонова! – тянула за поводок собаку Василиса. – Это ему подарил местный скульптор! Эксклюзивная вещь, называется «Мартышки в лесу»! Тьфу ты, «Мишки в лесу». Но этот Мартын за своих «мишек» с меня три шкуры… Ищи преступника, ну сколько тебе говорить?
Но уже через пятнадцать минут Василисе стало ясно – в студии никого нет. А может быть, кто-то успел удрать, хотя Малыш бы почувствовал.