Чтение онлайн

– Думаешь, я хочу иметь к тебе какое-то отношение? – Еще один укол в сопровождении стрел, которые летели из его глаз в мои.

Мейсон шагнул в сторону, на сей раз с силой толкнув дверцу, и пошел прочь.

Он оставил меня в опустевшем коридоре. И в этот момент я поняла, что мне порядком надоело который раз видеть, как он уходит, сказав напоследок что-нибудь едкое.

Когда я пришла домой, то обнаружила его машину в глубине аллеи.

Как только я вошла, Джон удивленно спросил, почему мы не вернулись вместе.

– Айви не захотела, – быстро ответил Мейсон где-то за моей спиной, впервые за все время произнеся мое имя, – сказала, что предпочитает ходить пешком.

Я бросила на него раскаленный взгляд, чтобы он не болтал глупостей. Вот бы двинуть ему хорошенько… Однако сейчас кое-что другое имело для меня гораздо большее значение. Повернувшись к Джону, я строго спросила:

– Почему ты всем говоришь, что я твоя племянница?

В гостиной повисла тишина. Джон выглядел удивленным, потом на его лице появилось виноватое выражение, и я поняла, что это именно он тогда сказал Трэвису, кем я ему прихожусь.

Удивительно, но Мейсон повернулся и ушел. Я была уверена, что он останется послушать.

– Я сам собирался тебе сказать.

Несомненно, меня интересовала причина. Джон знал, как я дорожу своей идентичностью и тем, кто я и откуда. Но, несмотря на это, он меня обманул.

– Понимаю, ты, наверное, со мной не согласишься. Точнее, я уверен, что не согласишься… Но я решил, что так будет безопаснее.

– Безопаснее для кого?

– Для тебя.

Джон посмотрел мне в глаза, и я догадалась, о чем он думает.

– Люди будут задавать меньше вопросов, зная, что ты моя племянница. Они не станут спрашивать, что ты здесь делаешь, и не будут распускать о тебе слухи. – Джон нервным движением потеребил кадык. – Прости, что не посоветовался с тобой. Стоило сразу же это с тобой обсудить, как только ты приехала.

– Ты не должен так меня представлять, – возразила я ему, – ты же прекрасно знаешь, меня не волнует, что обо мне думают или говорят.

– Знаю, Айви, но здесь не Канада. – Голос Джона зазвучал увереннее, словно обсуждение этой темы придало ему решимости. – Ты здесь не в своем бревенчатом доме. До центра города отсюда не десятки километров. Новость о твоем отце уже облетела континент, и почти сразу сюда приезжаешь ты – именно из Канады, именно из Доусона, и ко всему прочему фамилия у тебя Нолтон.

– Джон…

– Твой папа просил меня защищать тебя, – возбужденно перебил он, игнорируя мой оклик. – Он был моим лучшим другом и просил не оставлять тебя одну. И я ему пообещал, Айви. Если так ты будешь в большей безопасности, тогда…

– Джон! – чуть ли не крикнула я, сжимая кулаки. – У меня его нет!

Мои слова прогремели в тишине гостиной.

Руки чуть задрожали, хотя я изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Я вспомнила больничную палату, мужчин в пиджаках и галстуках, которым я говорила то же самое, писк аппаратуры, который только что оборвался… Я смотрела и не видела их. Мой крик боли повис занавесом между мной и миром.

– Помнишь тех людей? – с горечью в голосе спросил Джон.

Я отвела глаза в сторону, и он добавил:

– Они приходили по твою душу, между прочим.

– Это были федеральные агенты, – сказала я, заталкивая обратно едкий комок волнения, поднимавшийся из груди, – они хотели знать, где искать эту штуку. «Не лги, – сказали, – он не мог так просто раствориться в воздухе». Наверное, они думали, что папа оставил его мне, но это не так. Я им сказала, что, кроме моего имени, папа мне ничего не оставил. Я думала, ты об этом знаешь.

Джон погрустнел. Видимо, в эту минуту подумал о своем лучшем друге.

– Я не осмелился спросить у твоего отца, где он его хранит, – тихо сказал он. – Я ждал, что он скажет мне что-нибудь, намекнет, даст какую-то подсказку, но он сказал только: «Защити Айви!»

Джон снова схватился за кадык, и я снова отвела от него взгляд.

– «Забери ее к себе, продолжи за меня то, что я больше не могу делать», – вот что он сказал. Но, Айви, учти, что не только правительство интересуется изобретением твоего отца. Теперь, когда все знают, куда он уехал, уволившись с работы, и знают, что у него осталась дочь, тебя могут начать искать совсем другие люди. – Выражение лица Джона изменилось. – Те, которые подумают, что он оставил его тебе.

– Не понимаю, о чем ты говоришь, – заявила я.

– Все ты понимаешь, Айви, – ответил Джон серьезно. – Пойми, ты больше не среди заснеженных равнин. Мир не стеклянный игрушечный шар. Кто-то готов подделать документы, чтобы добраться до тебя, думая, что у тебя есть ответы на их вопросы.

– Не преувеличивай, пожалуйста, – сказала я более спокойным тоном, стараясь снизить накал разговора, – папа не был таким уж знаменитым.

– Не был знаменитым? – переспросил изумленный Джон.

– Разве раньше о подобных изобретениях рассказывали в новостях? Его имя никто не знал. Ведь так?

Я старалась убедить его не впадать в крайности, ведь это просто смешно. Однако Джон покачал головой, уверенный в своей правоте.

– Ты не представляешь, каким ценным специалистом считался твой отец.

Определенно, мы с Джоном находились на разных полюсах. Для меня история с изобретением представлялась чем-то далеким и давно забытым, ведь все началось и закончилось до моего рождения. Я не могла серьезно относиться к страхам Джона. Неужели кто-то и правда может меня искать?

– Значит, ты думаешь, что, если будешь рассказывать всем, что я твоя племянница, это удержит злоумышленников на расстоянии? – решила я на секунду допустить такую абсурдную мысль. – Если кто-нибудь захочет докопаться, ему достаточно узнать мою фамилию.

– Я в этом не сомневаюсь. – Джон смотрел на меня растерянно. – Я не могу держать тебя в хрустальной клетке или отнять у тебя идентичность. Никогда не зашел бы так далеко, потому что знаю: ты взбунтуешься. – Джон подошел ко мне. – Я знаю тебя, Айви, знаю, что для тебя важно. Но если, действуя так, я могу чувствовать себя поспокойнее, не вижу причин этого не делать, по крайней мере сейчас. Живущие в нашем районе, увидев тебя выходящей из моего дома, будут знать, что ты моя племянница, и никто не станет уточнять, что за иностранка поселилась у Джона. Ты удивилась бы, узнав, насколько быстро здесь разлетаются слухи. Даже если эта мера кажется смешной, чем меньше говорят о тебе, тем мне спокойнее.