Чтение онлайн

Грейс увлеченно рассказывала о возможностях Интернета. Благодаря ему можно, например, увидеть того убийцу из Техаса, который завещал свое тело для науки – ну, после того, как его казнят…

– Его заморозили и разрезали на две тысячи кусочков, и каждый – сфотографировали.

– Вот это да! – восхищался Скотт.

– Неужели об этом непременно надо говорить за столом? – сказала Энни, очень мягко и дружелюбно, но Грейс предпочла воспринять ее слова как скрытый упрек и бросила на мать испепеляющий взгляд.

– Это материалы из Национальной медицинской библиотеки, мама. Научная информация, а не какая-нибудь компьютерная игра вроде «Убей всех!».

– Тогда уж «Разрежь всех!» – поправил ее Крэг.

– Рассказывай дальше, Грейс, – попросила Дайана. – Это очень интересно.

– Мне тоже так кажется, – продолжала Грейс. Голос ее потускнел, словно она хотела всем продемонстрировать: вот, мать, как обычно, испортила настроение – на этот раз не только ей, но и остальным тоже. – В программе все эти кусочки соединили вновь, и теперь каждый может вызвать изображение убийцы на экран и попробовать сам еще раз рассечь его.

– Неужели все это можно сделать на таком маленьком экране?

– Да.

Грейс произнесла это с таким обиженным видом, что все сочувственно молчали. Энни казалось, что эта тишина длится вечность. Том, должно быть, увидел отчаяние в ее глазах, потому что насмешливо улыбнулся Фрэнку и произнес:

– Братишка, у тебя появился шанс обрести бессмертие.

– Избави Боже, – отозвалась Дайана. – Представляю себе – вся страна разглядывает тело Фрэнка Букера.

– А чем тебе не нравится мое тело, хотел бы я знать?

– Так когда же приступим? – вдруг раздался голос Джо, и все рассмеялись.

– А знаешь, – поддержал его шутку Том, – эти две тысячи кусочков можно сложить и по-другому. Глядишь – и результат будет получше.

Ко всем вернулось прежнее веселое настроение, и Энни послала Тому благодарный взгляд. Выражение его глаз тоже смягчилось и потеплело. Этот мужчина, никогда не живший с собственным ребенком, так тонко понимал их непростые отношения с Грейс. Удивительно.

А вот яблочный торт подкачал. Во-первых, Энни забыла положить корицу, а потом, уже разрезая его, поняла, что рано вынула форму из духовки. Но никто, похоже, ничего не заметил. Дети ели только мороженое и, быстро с ним расправившись, снова прильнули к компьютеру. Взрослые потягивали кофе.

Фрэнк жаловался на фанатиков из «Гринпис», на этих «зеленых». Ни черта не смыслят в фермерском деле. Фрэнк обращался преимущественно к Энни: остальным давно прискучили эти жалобы. Эти психи развели тут волков – специально привезли из Канады, – и теперь те поедают скот. Мало им тут было гризли! Всего две недели назад у фермера, живущего неподалеку от Огасты, волки задрали двух коров.

– И вот, значит, эти «зеленые» прилетели на своих вертолетах с проповедями на устах и сказали нам приблизительно следующее: простите, ребята, вот вам от нас подарок – только, смотрите, не смейте их убивать или ставить капканы, иначе с вас в суде три шкуры сдерут. Сейчас эти чертовы проповедники загорают себе у бассейна в пятизвездочном отеле, а мы тут отдуваемся.

Том улыбнулся Энни, а Фрэнк, перехватив его взгляд, указал на брата пальцем.

– А ведь он – тоже «зеленый», Энни. Фермер до мозга костей, а сидит в нем эта зараза. Ладно, братец, посмотрим, как ты запоешь, когда мистер Волк задерет у тебя жеребенка. Быстренько за ружье схватишься.

Том засмеялся.

– Вот к чему сводится любовь фермера к природе – убил, закопал и надпись написал.

Энни тоже рассмеялась и вдруг почувствовала на себе пристальный взгляд Дайаны. Увидев, что Энни на нее смотрит, Дайана поспешно улыбнулась.

– А вы что думаете, Энни? – спросила она.

– Не знаю, что сказать. Мне не приходится сталкиваться с этим вплотную.

– Но мнение-то у вас должно быть.

– Не уверена.

– Перестаньте. Вы наверняка часто пишете о таких вещах в вашем журнале.

Энни удивила ее настойчивость. Она пожала плечами.

– Мне кажется, каждое живое существо имеет право на существование.

– Даже чумные крысы и малярийные комары?

Дайана все это говорила с улыбкой и весело, но что-то в ее тоне настораживало.

– А ведь вы правы, – согласилась Энни. – Все зависит от того, кого они кусают.

Фрэнк громко расхохотался, а Энни метнула взгляд в сторону Тома. Тот улыбался. Дайана тоже изобразила некое подобие улыбки, и Энни надеялась, что больше она к ней не будет цепляться. Впрочем, выяснить это Энни так и не пришлось, потому что тут раздался страшный вопль, и в ее плечо вцепился Скотт, щеки которого пылали от негодования.

– Джо не дает мне пользоваться компьютером.

– Сейчас не твоя очередь, – крикнул Джо.

– Моя!

– Нет, не твоя! Дайана призвала Джо к себе и сделала ему внушение. Но вопли не прекращались, скоро к играющим присоединился Фрэнк – и тут уж начался настоящий гвалт.

– Ты все время играешь не в свою очередь, – нападал на брата Скотт. Он был на грани истерики.

– Ты просто плакса, – не выдержал Джо.

– Успокойтесь, мальчики. – Фрэнк положил руки на плечи сыновей.

– Ты так много воображаешь о себе потому, что… – А ну заткнись!

– …учишь Грейс ездить верхом.

Все замолчали – только на экране компьютера клекотала всеми забытая птичка. Энни посмотрела на Грейс – та отвела глаза. Никто не решался ничего сказать. Скотт и сам был потрясен эффектом своих слов.

– Я вас видел! – по-прежнему ехидным, но уже не таким уверенным тоном продолжил он. – Она ездила у реки на Гонзо.

– Ах ты подонок, – процедил сквозь зубы Джо и ринулся вперед. Все замерли. Скотт от удара отлетел к столу, опрокинув кофейные чашки и блюдца. Сцепившись, братья катались по полу, а Фрэнк и Дайана кричали и пытались их разнять. К ним подбежал Крэг, явно намереваясь принять участие в потасовке, но Том придержал его за плечи. Энни и Грейс молча смотрели на дерущихся.