Чтение онлайн

Но мы вовремя прекращали эти разговоры. Никогда не доводили их до конца.

Прушковиц прибегает один на ферму миссии.

Находят покинутый «блиц», разбросанное, как обычно, походное имущество Дарси. Ялик плавает милях в двух выше по течению, веревка от гарпуна уходит в воду. Винтовка на дне. Нет Дарси.

Однажды он сказал мне:

— Нельзя обвинять крокодила в каждой смерти на реке. Но в большинстве случаев виноват он.

Наверно, Дарси нашел «своего» двадцатифутового.

«Залив» («Gulf») — пятая книга писателя Барри Крампа. Несмотря на свою молодость — ему нет еще и тридцати пяти лет, — Барри Крамп сейчас, пожалуй, наиболее читаемый и популярный писатель-юморист Новой Зеландии. Его книги переиздаются по нескольку раз, а их общий тираж перевалил за 200 тысяч экземпляров — величина по масштабам Новой Зеландии весьма внушительная и, я бы даже сказал, необычная.

Справедливости ради следует сказать, однако, что сейчас в Новой Зеландии писателям-прозаикам издаваться стало куда легче, чем всего несколько лет назад. Еще совсем недавно новозеландские писатели-прозаики предпочитали отправлять свои рукописи в далекие заокеанские города — Нью-Йорк, Лондон: там можно было ожидать и тиражей побольше, и гонораров повыше. За последние годы в Новой Зеландии выросли и окрепли собственные издательские фирмы. И это не случайно. Развитие издательского дела в стране лишь ответ на резко возросший спрос новозеландского общества на произведения местных, собственных авторов. Новозеландцы хотят знать себя и о себе от самих себя. Эта особенно усилившаяся за последнее десятилетие тяга новозеландцев к самопознанию отражает процесс завершающейся консолидации новозеландского общества в буржуазную нацию, отличную, обособленную и независимую от Великобритании.

Вот почему так возрос сейчас никогда, впрочем, не исчезавший интерес к киви, как называют себя сами новозеландцы, к его наиболее типичным, только ему свойственным чертам характера, к его отношению ко всем материальным и духовным благам культуры и цивилизации.

Замечу, что киви — это не шутливое, как иногда думают, прозвище новозеландца или, точнее, не просто и не только прозвище. В современной Новой Зеландии слово «киви» не сходит со страниц книг, журналов, газет. «Киви смеется» — это название книги. «Киви летят за океан» — это о поездке новозеландской спортивной команды в Англию. «Киви стрижет русских овец» — это об известном новозеландском стригале Годфри Бодуэне и т. д. А в целом киви — это человек, всеми корнями своими связанный с землей, на которой задолго до появления здесь людей уже жила маленькая бескрылая птица киви, человек, освоивший эту землю в тяжелом труде.

И на наших глазах новозеландец-киви утверждает себя в мире и обществе второй половины XX века. А Барри Крамп, как и многие другие писатели Новой Зеландии, как раз и пишет о киви. Да он и сам киви. Киви до мозга костей. Его биография подобна биографиям многих десятков тысяч простых новозеландцев. Родившись в 1935 году в Окленде, Крамп с детских лет вместе с родителями колесил по всему Северному острову Новой Зеландии. В поисках заработка отец его постоянно переезжал с места на место, и каждый учебный год Барри начинал в новой школе. Его трудовой стаж начался на молочной ферме. С тех пор Крамп сменил немало профессий, характерных и обычных для новозеландской действительности. Ему приходилось быть возчиком, работать на лесозаготовках, ворочать землю землеройными машинами, выкорчевывать лес, управляться с овцами на овцеводческой станции. Крампу довелось также, помимо прочего, стать профессиональным охотником. Он отстреливал кроликов (на Новой Зеландии есть и такая профессия), работал выбраковщиком оленей в государственном заповеднике.

Эта-то работа и побудила Крампа написать первую книгу, вышедшую в 1960 году. Успех был молниеносным и феноменальным. Книга выдержала с тех пор свыше десяти переизданий, а тираж ее превысил 50 тысяч экземпляров. Последующие книги (по книге в год) еще более укрепили репутацию Крампа как выдающегося юмориста Новой Зеландии.

Да, конечно, Барри Крамп пишет веселые, даже смешные книги. И сам он, как автор, и его герои смотрят на окружающий их мир с юмором и иронией, которые очень ценят в Новой Зеландии. Но было бы неверным объяснять популярность Крампа одним этим обстоятельством.

Секрет успеха его книг в Новой Зеландии (Крамп пока мало известен за рубежом) в том, что киви пишет о киви. В его рассказах и повестях представлена живо, красочно и доброжелательно сама жизнь, как она есть. В его героях метко схвачены характерные национальные черты киви: любовь к физическому труду; никогда не изменяющее чувство локтя товарища; презрение к мещанскому благополучию; скупость и сдержанность в проявлении всяких эмоций и в то же время настоящая, хотя и глубоко скрытая за внешней сухостью, даже порой грубостью, человечность; бьющий через край оптимизм, умение видеть смешное не только в других, но и в себе, что побуждает их постоянно к взаимным розыгрышам.

Наконец, еще одна неотъемлемая черта психологического облика киви, не учитывая которой вы никогда не поймете до конца ни самих киви, ни новозеландской действительности в целом, ни причин огромной популярности книг Барри Крампа. Черта эта — присущая в той или иной степени всем новозеландцам глубокая и, главное, деятельная любовь к природе. Даже не просто любовь, а некое ощущение слитности с природной средой, с ее горами и долинами, озерами и гейзерами, деревьями и травами, зверьем и птицами.

По многим причинам, о которых не здесь речь, киви гораздо ближе к природе, чем мы, европейцы. Или, вернее сказать, природа ближе к киви, чем к нам. И до сих нор душу каждого новозеландца будоражит кровь его предков, совсем недавно — в начале прошлого века — впервые высадившихся на эту землю, поставивших здесь первые рубленые хижины и первые причалы, прочертивших плугами первые борозды в новозеландской почве. Каждый киви, будь он продавцом в магазине, или клерком в банке, или мусорщиком, остается в глубине души первопроходцем, первопоселенцем и пионером. Вот почему ему, киви, так дороги книги, в которых он узнает самого себя, того, кто, продираясь сквозь чащобу с ружьем наготове, идет один навстречу опасности или дремлет после охоты у мерцающего костра среди таинственных шорохов ночного леса.

В прочитанной вами книге действие происходит не в Новой Зеландии, а в Австралии, где сам Крамп охотился сначала на кенгуру а потом и на крокодилов. Но главными героями и здесь остаются киви.

То, что киви чувствуют себя в Австралии как рыбы в воде, — это закономерно и легко объяснимо. В истории освоения Австралии и Новой Зеландии предками их нынешних обитателей много сходных черт. Особенно много похожего в истории освоения отдаленных, глубинных областей обеих стран, где человек-первопроходец стоял, а кое-где и сейчас стоит лицом к лицу с дикой природой. Поэтому-то так быстро находят общий язык герои книги: супружеская чета новозеландцев-киви и австралиец Дарси.

События повести развертываются в северной Австралии, на побережье залива Карпентария, то есть, иначе говоря, в самой что ни на есть глуши Австралийского Союза. Наш читатель знаком больше с жизнью крупнейших городских центров и западной Австралии, где в специально выделенных резервациях влачат жалкое существование вытесненные туда остатки коренных жителей и где уже после второй мировой войны создан испытательный ракетный полигон «Вумера».

На страницах книги Крампа мы знакомимся с совсем другой, провинциальной Австралией. То, что подлинная география (населенные пункты, названия рек и прочее) заменена вымышленной, позволило автору еще больше подчеркнуть наиболее характерные приметы австралийской глуши. Изображенная во всей своей колоритной пестроте Австралия Северной территории и северо-западного Квинсленда оказывается живописной, но почти незаселенной и неосвоенной страной, которую пересекают лишь тонкие ниточки дорог, тянущиеся от одной фермы или скотоводческой станции к другой.