Чтение онлайн

— Магией или лопатой? — поинтересовался Ас.

— Лопатой! — В моём голосе не было даже тени сомнения.

Ас чуть удивлённо поднял безупречную чёрную бровь. И было чему изумляться — я сама в первый раз отказалась от магии.

Разговор об орочьих нравах продолжился вечером, когда Шон прилетел учить меня Мраком. Я спросила, не думал ли кто-нибудь, нельзя ли изменить жизненный уклад орков.

«Владыка Алсинейль лет сто назад пытался найти решение. И столкнулся с проблемой — они плодятся настолько быстро, что, если прекратятся войны между трибами и жертвоприношения, степь за несколько десятков лет потонет в орках. А потом голодная орда попрёт на нас, — вытянувшийся рядом Шон почесал нос, повернул голову и уставился мне в глаза. — Но с тех пор мы узнали кое-что новое. Оказалось, что уровень рождаемости древних рас коррелирует, то есть напрямую связан, с магическим фоном — чем тот выше, тем больше эльфов и драконов может появиться на свет. Возможно, у орков, созданных ещё одним демиургом, пусть и злым, ситуация аналогична. И если получится как-то изолировать, оградить их от влияния Хашурга, размножаться с такой скоростью они перестанут. Это, конечно, гипотеза, но неплохо обоснованная. Остаётся понять, как такое организовать».

Я ткнулась носом в чёрный рукав. Сделаем что сможем и поглядим, что выйдет.

Универсальный алгоритм, да.

Что вышло из нашей экспедиции, я узнала неделю спустя. Оказалось, что заклинания до сих пор держатся. Все три. А потому Шон считал, что смысла мучить меня больше нет, а надо вдвоём, прихватив десяток накопителей, облететь все трибы и привязать к картам шаманские юрты и алтари.

Вешать заклинания на два объекта в каждом племени Шон решил, доверившись моей интуиции. Я была согласна с учителем: если в голове что-то крутится и вертится, и именно так делать хочется, вдруг это — очередная подсказка Лариши?

Поскольку шла сессия и ежедневных уроков уже не было, Шон велел сдать по-быстрому всё досрочно, чтобы можно было без помех заняться делом. Я взвыла и уткнулась носом в недоученную «Государственность». Эх, вот иногда знаешь, что предмет нужен, даже необходим — а зевать от него всё равно так тянет, что челюсти выворачивает.

Но я сдала, хотя со скрипом, на пять с очень длинным минусом.

Росс поинтересовался, к чему опять такая спешка. Вздохнув, объяснила, что помогаю опекуну в экспериментах, но каких, лучше не спрашивать, потому что, кажется, это тайна. Если Шон разрешит, тогда расскажу. Росс улыбнулся:

— Герцоги в школе… Похоже, у меня тут растут уже целых два государственных деятеля.

Как-то я себя никогда не рассматривала в таком ракурсе. Я — деятель! Государственный, гы. Сказать, что ли, Бри, вместе посмеёмся.

Оказалось, что не вся степь плоская, как стол. Нас заносило то в холмистую местность, изрезанную разломами и оврагами, то в заснеженный низкорослый лес, то в странную полупустыню с серо-жёлтой землёй, колючими кустами и торчащими там и сям каменными столпами с плоскими вершинами. Мне захотелось приземлиться на такой, тем более что стоял он очень удобно, почти в центре становища, но Шон меня одёрнул:

— Оляпка, приучайся думать головой! Орочьи шаманы отлично знают повадки человечьих магов и драконов. Будь бы я на их месте, первым делом понавесил бы ловушек именно на этих колоннах. А орочью магию — помнишь, что случилось в замке Сайгирн? — засечь мы не можем. Так что облетаем этот красивый насест по широкой дуге, делаем своё дело и сваливаем куда подальше.

Вздохнула. Шон прав: глас разума у меня отнюдь не всегда перевешивает посыл от вожжи под хвостом.

— Научишься, — подмигнул учитель.

Кстати, я спросила у Шона, что значит слово «саргрыхш», услышанное нами в Драконьих горах, — имя, титул, звание? Оказалось, это традиционное обращение к духовно просветлённому. В примерном переводе — «говорящий с предками» или «знающий путь». Угу, только я б назвала того грыха не духовно просветлённым, а духовно затемнённым. Шон усмехнулся и сказал, что сокращение «грых» для описания шаманов и их деятельности очень подходит.

Большинство полётов проходило в кромешной тьме. Орки трогались с места ранним утром и нас ждать отчего-то не желали. Приходилось ловить их, пока не снялись с места ночлега. При готовых картах и заранее отмеченных координатах один визит занимал примерно полчаса. Вроде бы немного… Но сорок триб по тридцать минут — это двадцать часов. Вот мы и порхали по ночам, аки пара нетопырей.

Когда Шон успевал делать карты, ставить маяки и рассчитывать координаты, осталось для меня загадкой.

Последними окучивали южные трибы. И там я перепугалась до смерти, с разлёта сунувшись раньше Шона в юрту с очередным алтарём. На постаменте рядом с жертвенником стояла клетка с небольшой серобурой ящеркой, напоминавшей рисунок хамелеона из энциклопедии. Заметив колыхание закрывавшей вход шкуры, рептилия мгновенно развернулась и вылупилась в мою сторону выпуклыми глазками с вертикальными чёрными зрачками. Странно как — зачем оркам тут хамелеон? И глаза какие-то неправильные, вроде на рисунке было по-другому. Или рисунок неправильный?

«Знакомься, оляпка, это — василиск».

Что-о? Василиск?

Я поверила сразу. Одного слова хватило, чтобы застучали зубы, затряслись и стали ватными колени. Сердце прыгнуло даже не в горло, оно сейчас сумасшедше колотилось где-то промеж ушей: «Бу-бух! Бу-бух! Бу-бух!»

Выходит, я с размаху, со всей дури влетела прямо под убийственный взгляд жутчайшего кошмара всех магов и немагов? Мифического существа, встреча с которым почти всегда означала верную гибель, от которой не было спасения? Ибо как оживить того, кто стал камнем?

Только почему я ещё жива? Или окаменение начинается не сразу? Но вроде Шон не напуган…

«Зато хорошо, что испугалась ты. Запомни этот момент! И впредь, с кем бы ни шла, со мной, с императорской семьёй, со своим енудром — приучись всегда, слышишь, всегда, держать контрольную сеть!»

Значит, я не умру сейчас? А почему?

«Потому что у тебя на шее — мой амулет. Вот если снимешь — станешь статуей меньше чем за минуту, всё происходит очень быстро. Цепная реакция, понимаешь ли. Потом объясню. Сейчас делаем то, зачем пришли, и сваливаем. Кстати, невидимость в качестве защиты тоже помогает. Не спасает, но вероятность уцелеть увеличивается. Василиск активирует свою магию, если в поле зрения движется кто-то большой».