Запад и Восток
Шрифт:
«Росса и Тин я сам предупрежу, не волнуйся».
Ну вот, теперь задний ход уже не дашь…
Я еле успела закончить пояс. Самым сложным оказалось незаметно снять мерку с Аса так, чтобы тот не понял, что я делаю. Додумалась, что можно его обнять и незаметно опоясать драконьей нитью… но не успела выполнить первую часть плана, как обрадованный инициативой обмериваемый стал с энтузиазмом мешать. Если пояс окажется мал — сам виноват будет!
Звенья отлила с фигурной прорезью по центру — так и выглядит изящнее, и весить будет меньше. Долго крутила купленные сапфиры, соображая, куда их лучше присобачить, но, так и не решив, махнула рукой. Вставила два подходящих в пряжку, вместо кошачьих глаз, остальные до наступления просветления в мозгах спрятала в ящик Позже сотворю что-нибудь ещё. А мелкими камнями украсила верхнюю и нижнюю стороны каждого звена, две синие искры по скошенным углам, одна в центре. Всё вместе смотрелось красиво сверкающей полоской. Мне понравилось, как вышло, надеюсь, Ас тоже останется доволен.
Торты с орехами и земляникой пекли опять на пару с сестрой, как Тин объяснила: «Надо же угостить остальных!» Ясно — балует мужа. Значит, Росс ей точно мил. Не был бы, не баловала бы.
Пока пекли, у меня выспросили, куда летим.
— А есть что там будете? Торт — это хорошо, но одно сладкое быстро наскучит.
— Так мы ж на один вечер!
— Всё равно, — качнула черноволосой головой сестра, — подходи к сборам ответственно. Как минимум надо взять кусок окорока, сыра, хлеба, какой-нибудь зелени. Я тебе приготовлю. И заварки тайры дам.
Я в порыве благодарности повисла на сестре…
Портал перенёс нас прямо в избу, на полосатый половик у входной двери. Огляделась и поёжилась — бррр! — полумрак и холодрыга дикая. Дом стоял закрытым, не проветривался, вот и отсырел. А снега выше середины окон навалило. Что-то мы с высотой фундамента не рассчитали… Или зима выдалась аномально снежная? Ничего, сейчас свет зажжём, жёлтый, чтоб уютно было, печку затопим — и будет всё хорошо!
— Это точно то, о чём ты мечтала? — сдержанно поинтересовался Ас, аккуратно водружая на столешницу поднос с тортом. Я рассудила, что раз торт — его, пусть он и тащит.
— Не совсем. Подожди полчаса.
Поставила на скамью большую, набитую неведомо чем корзину, которую всучила мне сестра, и начала шустрить. Бересту из ящика взяла, щепок добавила, в печь положила, огонёк магией зажгла. Горит? Хорошо! Теперь несколько поленьев потолще… А дым почему? Ой, забыла же вьюшку открыть! Угу, вытянула, а дым выгоню, пока Ас смеяться не начал. Ну вот, тяга пошла, теперь можно ещё дров добавить. А пока согрею избу магией, резерва у меня хватит с избытком.
Скоро стало совсем уютно. Запахло смолой, в печи трещали поленья и плясал огонь, снаружи шумел в вершинах елей ветер… Хорошо-то как! Пусть тут не тянуло морем, как в Китовом Киле, зато чувствовался запах леса, свежести, чистого снега, и это было даже лучше.
— Посмотрим, что в корзине, или пойдём гулять? — спросила я Аса.
Из Китового Киля мы удрали сразу после ужина, то есть примерно полвосьмого вечера. Но наша изба находилась на четыре часа западнее, и тут пока солнце не село.
— Давай, пока не стемнело, поглядим, что снаружи, — выбрал Ас. — Только сначала я попробую, не открывая двери, убрать с террасы снег.
— Попробуй, — кивнула я.
Пусть займётся. Мне как раз нужна пара минут, чтобы незаметно убрать в буфет подарки — книгу и пояс, спрятанные под курткой. Отдам попозже, когда почувствуем себя тут как дома.
Снег с террасы Ас сдул, но вокруг его осталось столько, сколько ветреному Китовому Килю и не снилось. Не по стреху крыши, но близко. Спуск с террасы однозначно грозил перспективой кануть в сугроб по макушку. И там и застрять до весны. Так что мы потоптались, похлопали глазами на заснеженную ложбину, где летом текла речка Кувшинка, полюбовались на подсвеченный заходящим солнцем сосновый бор за ней, послушали пересвистывание синиц и далёкое стаккато дятла — и ушли обратно в дом. Задвинули засов, снова закрыли окна жалюзи, зажгли свет и решили, что больше никуда не идём — нам и тут неплохо.
Я достала чашки и заварила тайру. А в корзине, кроме обещанных окорока и сыра, нашлись жареная курица, пирожки с грибами и увесистая банка земляничного варенья. С тортом в придачу можем сидеть здесь до лета!
— Я бы не возражал, — улыбнулся Ас. — Мне нравится смотреть, как ты хлопочешь. И вообще тут хорошо, спокойно и надёжно. Умница, что придумала это место.
Угу. В школе мы всё время куда-то бежим, спешим, опаздываем, а тут можно устроиться рядом, щуриться через стекло в печной дверце на тлеющие угли и никуда-никуда не торопиться… И вправду хорошо!
Меня так разморило, что я чуть не забыла о подарках.
Асу они понравились, аура просто вспыхнула. Надел пояс, довольно погладив морду ирбиса кончиками пальцев, и уселся в кресло-качалку листать книгу. И сидел бы долго, если б я, убрав со стола, её не отняла.
— Прости, там мосты… — чуть смутился Ас.
Понимаю. Сама, пока пояс мастерила, от своей чешуйчатой недоросли столько советов и требований «сделать ещё!» наслушалась, что пошла бы на поводу — вышел бы пояс для бегемота.
Ас встал, шагнул ко мне. Руки легли на талию, меня притянули к груди. Тёплое дыхание шевелило волосы у уха.
— Дрова прогорели, можно закрывать вьюшку. Как смотришь на то, чтобы перебраться в соседнюю комнату?
В соседней комнате стояла широченная кровать, и пару раз мы на ней уже спали. Странно как — знаю, что ничего, кроме поцелуев, не будет и быть не может, а сердце колотится, щёки горят и глаз не поднять…
Ас легко засмеялся и подхватил меня на руки. Я, ойкнув, вцепилась ему в шею…
Дверь он открыл ногой, опустил меня на постель и сообщил, что хочет раздеть сам. И волосы тоже сам расчешет…
Всё было очень лирично и романтично до тех пор, пока, погасив свет, мы не попытались улечься под одеяло — тут-то и выяснилось, что простыни отсырели, выстудились и по температуре ближе к Сианурговой проруби, чем к порядочному белью. Я взвизгнула и сжалась в комок. Ясно, что скоро всё прогреется, но пока чувствую себя лягушонком в зимнем болоте. Со стороны Аскани, оставшегося в одних полотняных портках, послышалось шипящее «Краш фэк!».