Чтение онлайн

– Молчи!
– велел надзиратель.
– Правый правым и останется. Что ты орешь прежде времени, тебя не спрашивают, дура! Экой народец!

– Ох, мои батюшки, родимые, да нет-то у меня ни отца, ни матери, и кто-то за меня заступится, горемычную?..

– Молчи!
– повторил надзиратель.

В это время отворилась дверь и в кухню почти вбежал частный пристав.

– Что, господа, нашлись виновные?

Один из надзирателей, указав на стоявшего у дверей, сказал:

– Вот один, а другой в комнате под присмотром, очень пьян.

– Кто вы такой?
– спросил частный пристав у отдатчика.

– Отставной курьер, - отвечал тот.

– А товарищ ваш?

– Мещанин.

– Ай да молодцы! Какими вы занимаетесь делишками! Показание снято?

– Нет, сейчас начнем... я дожидался писаря,- сказал надзиратель.

– Вот, какие бывали случаи, - сказал мой рассказчик. После чего, закурив трубку, начал объяснять о росписчиках.

Рассказ 19

– Росписчики - это владельцы небольших домов, принимающие к себе на росписку всякого рода подсудимых. Они известны каждому нуждающемуся, и нет никакой надобности прибегать в этом случае к другим посторонним лицам. Когда надо, росписчик тут же является к подсудимому. Они договариваются о цене за освобождение из-под ареста. Цена зависит от состояния и важности преступления. Договорившись, росписчик берет подсудимого на свое поручительство.

У господ росписчиков бывает на поручительстве очень много лиц, совершенно им незнакомых, с которыми они впоследствии никогда уже и не встречаются, разве новое преступление заставит кого-либо из подсудимых прибегнуть опять к покровительству прежнего росписчика, как хорошего своего знакомого.

Бывает иногда у этих росписчиков очень много хлопот. Расскажу вам об этом. У одного росписчика находился на поручительстве иногородний мещанин, который по выходе из-под ареста заболел холерой. Его отвезли в больницу без всякого вида, и на другой день он помер.

По истечении некоторого времени суд потребовал от росписчика подсудимого. Росписчик не знал, что ему делать, потому что не имел никаких сведений о месте жительства того человека. Не знал, чего он, собственно, понадобился суду. Что оставалось делать? Нужно было отправиться в город, из которого мещанин тот получал себе виды на прожитие. Достаточного количества денег у росписчика в это время в наличности не было, и он счел за лучшее самому скрыться.

Дома он не жил, но каждодневно бегал по всей Москве, по харчевням, кабакам, пивным и трактирам, расспрашивая у каждого встретившегося ему лица о неизвестном ему самому мещанине, описывая при этом его приметы. Чего это ему стоило и с каким трудом сопряжены были его поиски... Так целый месяц он искал того, кого видел не больше трех раз.

Однажды днем, в отчаянии, он сидел в одной из пивных лавок, думая о необходимой поездке в тот самый город. Но как отправиться без денег, с христовым именем? Просить подаяние - трудно, потому что он был порядочно одет. Пожалуй, никто и не подаст, к тому же у него и самого не было вида, так как он был оседлым обывателем в Москве. Так сидел он, облокотясь на стол руками, поддерживая ими склоненную голову, и смотрел исподлобья на каждого входившего в пивную лавку, как смотрит иногда пьяница с похмелья, не имея возможности опохмелиться и желая встретить кого-либо из своих знакомых с деньгами.

Тут вышли две торговки с поношенным товаром: в руках у одной были женские и мужские сорочки, а у другой - два сюртука с брюками, пальто и суконная фуражка. Они сели за его стол и приказали подать им пару пива.

Росписчик взглянул на пальто, и коричневый цвет сукна что-то напомнил ему. Он спросил: дорого ли стоит пальто?

– Три целковых, - отвечала торговка.

Росписчик, рассматривая пальто, сказал:

– Видно, носил его какой-нибудь мастеровой, уж больно оно засалено.

– Не знаю, батюшка мой! Мне отдала продать его женщина, у которой жил какой-то безродный мужчина на хлебах, да, вишь, заболел холерой и помер в больнице. Вот она и продает его вещи, выданные ей из больницы. Он, вишь, был должен этой женщине.

– А где живет эта женщина?
– по какому-то предчувствию спросил росписчик у торговки.- Я хочу к ней сходить сам да поторговаться, не уступит ли она его подешевле - я человек-то не богатый, а пальтишко-то мне нужно.

– Пожалуй, коль ты мне дашь двугривенничек на чай, так я тебя до нее доведу сейчас же, потому что живу от нее через дом.

– Хорошо!
– сказал росписчик.

Торговки допили пиво, и все трое отправились к Серпуховским воротам.

Придя на квартиру неизвестной ему женщины, росписчик начал с ней торговаться в цене, а между делом спросил, кому принадлежало это пальто.

– Да как тебе сказать, я и сама хорошенько о нем не знаю, - отвечала женщина.
– Паспорта еще у него не было, когда он пришел ко мне, потому что его выпустили из тюрьмы под расписку. Он обещал доставить мне какой-то вид из суда...

– Мать ты моя, спасительница моя!
– вскричал, всплеснувши руками, росписчик.
– Плешивый он был, курносый и небольшого роста?

Удивленная женщина, не зная, что подумать, отве чала:

– Да, да, батюшка, он самый - плешивый.

– Слава тебе, Господи! Избавился-то я от больших хлопот, а то прямо хоть в воду бросайся.

После всего этого не думаете ли вы, что росписчик оставил свой промысел? Нисколько. Разобравшись с этим делом, он опять брал неизвестных ему лиц на поручительство.

Часть шестая

Рассказ 20

О конкурсистах

Конкурсисты - непременные члены большей части конкурсов. В купеческом кругу они известны под именем подставных кредиторов. Люди подобного рода необходимы для тех, кто решается на недобросовестное банкротство.

Решившийся сделаться несостоятельным прежде всего обращается к ним за советами. Он выдает безденежные документы: самому деловому- на значительную сумму, для того, собственно, чтобы он мог быть избран председателем, а всем другим - для обстановки своей несостоятельности.