Чтение онлайн

Поймав себя на этой мысли, Рива пришла в ужас. О Боже, о чем она только думает! И почему каждый раз, когда перед ней появляется этот несносный майор Бэнкс, ее мысли тут же принимают самый невероятный оборот?

Искоса бросив взгляд на стоящего в стороне Бэнкса, девушка заметила, как яростно пульсирует у него на лбу вздувшаяся синяя жилка. Внутренне торжествуя, что наконец-то она может не подчиниться его приказу, Рива плотнее прижалась к груди Чарлза и сразу почувствовала, какое напряжение в его теле вызвало ее инстинктивное движение.

При виде этой сцены Джефф чуть не заскрипел зубами. Едва сдерживая рвущийся изнутри гнев, он мрачно проговорил:

— Если в состоянии здоровья арестованного произойдут какие-либо изменения, потрудитесь немедленно сообщить мне об этом, — и, не дожидаясь ответа, вышел за дверь.

Несколько часов спустя Рива покинула здание госпиталя Конфедерации и направилась в сторону холмов.

В последние дни она часто находила себе убежище на вершине холма, сбегая туда от кровавой суеты госпиталя, безутешных мыслей о брате и болезненных воспоминаний о майоре Бэнксе. От этого места веяло каким-то неколебимым покоем и тихой невозмутимостью бытия, и это давало ей силы, вернувшись в город, бороться с очередными неприятностями и проблемами, которые обрушивались в последнее время на ее голову с завидным постоянством.

И все же никогда еще ее сердце так не разрывалось от горя, как теперь. Чувствуя себя совершенно беспомощной перед новым ударом судьбы, Рива бессильно опустилась на траву возле пещеры, служившей ей укрытием во время бомбардировки Виксберга, и беззвучно заплакала.

Впервые ей не к кому было обратиться за помощью и утешением. Оставаясь рядом с Чарлзом, она рисковала спровоцировать повторение сцены, происшедшей между ними в госпитале несколькими часами ранее, раздосадованным свидетелем которой волей случая оказался майор Бэнкс.

Представив себе, что ей нужно будет сказать Теодоре о том, что Фостер вот-вот умрет, Рива заплакала еще безутешнее. Что, если ее тете станет после этого так же плохо, как и во время осады? Хотя Теодора уже оправилась от своего недуга, новое страшное известие могло повлечь за собой самые печальные последствия, а потери одновременно брата и тети Тео она уже просто не переживет.

«Боже, да что же это со мной, — одернула себя Рива, — и почему я думаю о Фостере так, как будто он уже умер? Я не имею права сдаваться, не имею права опускать руки и должна бороться за его жизнь».

Девушка попыталась восстановить в памяти свой разговор с Чарлзом. По его словам, Фостеру в последние дни не становилось лучше, и по всему было видно, что если дело пойдет так и дальше, он скоро покинет их.

Отчаяние поглотило ее, не оставляя места другим эмоциям. С утра до вечера Рива думала о том, как помочь брату, но ничего не могла придумать. Одно было ясно — на Чарлза рассчитывать больше не приходилось: он действительно сделал все, что мог. Вот если в войсках янки есть такие врачи, которые могут помочь Фостеру, тогда…

По словам Чарлза, слышавшего это от других врачей, в федеральном госпитале некоему доктору Райту удалось спасти жизнь нескольких солдат, находившихся в столь же безнадежном с точки зрения классической медицины состоянии, в котором сейчас пребывал ее брат.

Чарлз рассказывал об этом с видимой неохотой, но Рива была так настойчива, что в конце концов выведала у него все, что он знал, и даже то, о чем он мог только догадываться. Чарлз сам не верил до конца, что слухи правдивы, однако какое-то реальное основание для их возникновения все же должно было существовать.

Рива вздернула подбородок. Что ж, раз это последний шанс, то она просто обязана им воспользоваться. Она пойдет на все, что угодно, лишь бы спасти брата, даже если единственный человек, к которому можно обратиться с просьбой пригласить к Фостеру врача-янки, — это ужасный майор Джеффри Бэнкс.

Джефф задумчиво посмотрел в окно. С утра он снова был занят так нелюбимой им бумажной работой, а мыслями уже который день подряд уносился далеко отсюда. Сцена в госпитале не выходила у него из головы. Он вновь и вновь вспоминал, как страстно Рива целовала этого докторишку, и гнев его не утихал.

Вспоминал он и другую женщину — Маршу Симпсон. Когда-то Джефф любил ее, но это чувство даже приблизительно нельзя было сравнить с теми порывами страсти, которые охватывали его при виде Ривы Синклер. Чувства к Марше были тонкими, тихими и спокойными; скорее, она стала для него другом, а не возлюбленной. Вполне возможно, что они были бы счастливы с ней в браке, но после того, как Джефф встретил Риву, даже думать об этом было невозможно.

Ему вспомнились боль и отчаяние в глазах Ривы, когда он представил ей Маршу как свою невесту. Как же он промахнулся! Необходимо, просто необходимо было выбрать время и объяснить очаровательной южанке, что теперь для него все изменилось и он не представляет рядом ни одной женщины, кроме нее, а чувства к Марше — история давнего прошлого. Теперь для него все иначе.

В этот момент на другом конце улицы майор заметил знакомую фигуру, и сердце его сжалось. Рива! Кажется, она направляется в Лонгворт-Хаус!

У Джеффа задрожали руки, но он усилием воли заставил себя успокоиться. Ему следует встретить строптивую красавицу во всеоружии. Встретить — и ни в коем случае не отпускать.

Рассчитав время, пока Рива дойдет до дома, майор быстрым шагом подошел к лестнице, по которой поднималась девушка.

— К вам мисс Рива Синклер, сэр! — привычно отрапортовал капрал.

Удивленный таким неожиданным поворотом событий и в то же время будучи не в силах сдержать своей радости от того, что Рива пришла к нему сама, Джефф сделал навстречу ей несколько стремительных шагов, крепко схватил за руку и бросил через плечо капралу:

— Хорошо, я сам обо всем позабочусь, а вы можете быть свободны. — Поспешно втащив Риву в кабинет, Джефф плотно закрыл за собой дверь.

Некоторое время они стояли рядом, пристально глядя друг другу в глаза и не произнося ни слова. Казалось, молчание тяготило обоих, но никто из них не в силах был преодолеть стену, внезапно выросшую между ними после сцены в кабинете у Чарлза.