Чтение онлайн

— Идущие по Пути, — ответил Просветленный.

— Ты хотел нас видеть, — сказал один из Сирдаров.

Даже на фоне остальных он выглядел старцем, хотя тщательно следил за своей оболочкой. И искренне верил, что может дать фору молодым. Но сам Сирдар чувствовал, что жизнь его тела подходит к концу. Оттого брал на себя смелость сразу переходить к делу.

— Иногда полезно взглянуть воочию на своих младших товарищей, — сказал Гуанг будто бы даже с некоторой усмешкой. Правда, он тут же посерьезнел. — Скоро произойдет Исшествие.

— Все так, — согласился Старец.

— И многие Сирдары примут в нем участие, — продолжил Гуанг.

На сей раз Старец промолчал. Он видел множество Исшествий. Десятки и десятки раз. И в нем всегда участвовало много Сирдаров.

Таких, как он, умудренных и познавших цену своим действиям, среди них было немного. И даже не каждый из них в день Исшествия проходил сквозь запутанный лабиринт. Никто не говорил, но после неуспешных попыток, что-то едва уловимое менялось в сознании Сирдаров. Оттого и сам Старец как мог оттягивал прохождение испытания. Решившись на него только сейчас. Ибо до следующего Исшествия оболочка уже могла не дожить.

Его спутники, соратники из Триады, тоже готовились к этому. Здоровенный молчаливый бугай, походивший на огромного быка, для которого нынешнее Исшествие должно было стать вторым, и напоминающий хорька щупленький, вытянутый мужичонка.

— Мы все примем участие в Исшествии, — согласился Старец. — Настало время.

— Когда создавали лабиринт, я был против, — сказал Гуанг. — Ибо раньше все было намного честнее. Поток сам определял, кто достоин, а кто нет. Да, многие растворялись в его водах, но так, по-моему, честнее.

Сирдары промолчали. Кто они были такие, чтобы говорить о Потоке в присутствии самого Гуанга?

— Но все меняется. И настали времена, когда среди вас, Идущих по Пути, появились создания с черной отметиной внутри. То, что раньше казалось немыслимым, случилось. Теперь Тьма ведет такого Шаби, даже помогает ему. И есть вероятность, что скоро он попытается проникнуть за лабиринт. Захочет по-настоящему дотянуться до сокровенных тайн Потока.

Сирдары молчали. Информация, полученная от Гуанга, была ужасающая по самой своей сути. И весьма противоречивая. Разве мог Поток принять создание, несущее в себе печать Тьмы?

— И он уже среди вас, Младшие Братья, — негромко произнес Гуанг. Его глаза в лучах закатного солнца лихорадочно блеснули, а в уголке губ скопилась слюна. — И если он пройдет сквозь лабиринт, все то, к чему мы привыкли, рухнет.

Старец почувствовал, как дрогнул Поток вокруг. Как линии-волны мелко задрожали из-за страха Сирдаров. Но сам Старец был слишком мудр. Он прожил много и видел такое, что остальные сочли бы за выдумку. Набрался опыта, который порой даже мешал в принятии единственно правильных решений, чем помогал. Оттого сейчас у него и появились вопросы.

— Все происходящее случается именно по воле Потока, — сказал он. — Для него нет понятий плохо или хорошо, правильно или нет.

— Для Потока все равно, будут ли жить Идущие по Пути или умрут, — согласился Гуанг, хотя Старец видел, как напряжена его оболочка. — Но не все равно для меня. Этот Шаби готовится стать Сирдаром, чтобы принять участие в Исшествии. И если у него все получится, если он действительно пройдет лабиринт, то вскоре не станет ничего. Ни Исшествия, ни Шаби, ни Сирдаров. Он уничтожает все, к чему прикасается.

Только сейчас Гуанг вложил образ того, о ком шла речь. И Старец дрогнул. Потому что узнал в нем того самого мальчишку, который в одиночку одолел Десницу Тьмы. Который разогнал полчище Падших. И вопреки всему, не умер.

Именно Старец вместе со своим Шаби принес мальчишку сюда, в обитель Идущих по Пути. И Старец понял, что ответственен за то, что произойдет.

— Я сказал, что будет, — произнес на прощание Гуанг. — А вы делайте, что считаете нужным. Но Шаби не должен пройти лабиринт. Иначе все ваши оболочки ждет смерть до того, как вы достигнете Просветления.

Немного пораздумав, чем мог, я назначил экзамен на Сирдарство за день перед Исшествием. Если бы можно было отодвинуть еще дальше, то так бы и сделал. Потому что, по моим прикидкам, для того, чтобы научиться управлять Потоком, да еще и вступить в поединок с одним из Сирдаров, времени было очень мало.

Оставалось надеяться, что под поединком они понимают какое-то абстрактное соревнование. Не будут же меня в самом деле лупцевать? Ведь Идущие по Пути, а именно так именовали себя местные, исключительно пацифисты и все такое.

Мой наставник не утруждал меня дополнительной информацией. Просто сказал — учись управлять Потоком. В общем, был в своем репертуаре. Хотя нет, одну важную вещь он действительно подсказал. Чтобы стать единым с Потоком, нужно отринуть все человеческое. Перестать цепляться за этот мир.

— Не хочу предрекать, что у тебя не получится, — сказала после пары дней безуспешных попыток Изольда, барахтаясь у берега. — Но ты сам делаешь все, чтобы это случилось.

— Каким образом? — подплыл я ближе, стараясь удержать в голове, что телесная близость точно отдалит меня от конечной цели. Но именно в такие моменты я был готов плюнуть на этот Путь.

— Ты загнал себя во временные рамки. И это будет постоянно довлеть. С каждым днем все больше и больше. Я вижу, что ты делаешь.

— Что? — напрягся я, чувствуя, что кровь приливает совсем не туда, куда следует.

— Ты пытаешься повторить. То, что делает Сирдар, то, что делаю я.

В этом она оказалась права. У Изольды как раз начало получаться редкое взаимодействие с линиями-волнами. Те слушались ее плохо, все время норовя сбежать, но по сравнению с моими потугами — это действительно было успехом.