Чтение онлайн

И бросил игорный бизнес, предпочтя ему пленительный мир науки. Как ни странно, но именно этот нерациональный поступок самым кардинальным образом повлиял на их общее будущее.

Последовавшие за окончанием университета три года запомнились друзьям как нескончаемая череда длинных, серых, беспросветно унылых будней, проведенных перед монитором компьютера за выполнением однообразной, бестолковой и не требующей особой квалификации работы. Оба были недовольны: Вадя – тем, что его работу лишь условно можно было назвать инженерной, а Эдя – начальством, которое, как он считал, затирало его, не давая развернуться и показать во всем блеске свои организаторские способности. Так или иначе, но друзья окончательно и бесповоротно решили увольняться из НИИ городского хозяйства. Дело было за малым. За новой работой. Никак им не удавалось найти работу, устраивающую обоих. То, что нравилось Ваде, не подходило Эде, и наоборот.

Был обычный рабочий день, ничем не отличимый от огромного большинства своих собратьев. Вадя сидел за рабочим столом и тупо вбивал цифры в очередной формуляр, мысленно перенесясь за многие тысячи километров отсюда.

Эй, проснись. – Эдя толкнул его в плечо.

Да пошел ты … – Вадя откатился на стуле от стола и, забросив руки за голову, сладко потянулся. – Я, может быть, сейчас на пляже пузо грел … И не один, между прочим, а с двумя красотками. С блондинкой и брюнеткой … А ты пришел, поганец, и все испортил.

Эдя присел на краешек стола.

Я сейчас был в двадцать четвертом отделе … – Он почесал гладко выбритую, отливающую синевой щеку. – В мэрии принято решение о строительстве десяти мусоросжигающих заводов. Оборудование для них будут закупать в Германии или Голландии. А наш институт назначен ведущей организацией.

А тебе-то что с того? И из-за этого надо было меня с пляжа выдергивать? – Вадя снова с удовольствием потянулся.

Да так … – Эдя пожал плечами. – Ясулович опять из-за границ вылезать не будет. Оборудование-то ему выбирать … То в Германию, то в Голландию, а может быть, и еще куда-нибудь …

В Таиланд, на Пхукет, – закрыв глаза и мечтательно улыбаясь, поддакнул Вадя.

Да … И комиссионные, небось, еще с поставщика слупит. Вот бы попасть к нему в команду … А, Вадька?

Так тебя и взяли. Держи карман шире. – Вадя подкатился к столу и снова принялся за работу.

Какое-то время они молчали, потом Вадя оторвался от клавиатуры, поднял голову и, глядя прямо в глаза Эде, неожиданно сказал:

А печи эти, Эдька, дерьмо. Каменный век. От них вреда для экологии больше, чем от самого мусора.

Тебе-то откуда это известно? – Эдя недоверчиво хмыкнул. – Что главный специалист по мусору, да?

Ну, главный – не главный, но если я говорю, так оно и есть, – обиженный недоверием друга, пробурчал Вадя. – Еще когда я на кафедре у своих старичков работал, они занимались этим вопросом. Я им и обзор по существующим методам готовил. Они, понимаешь ли, разработали новую технологию – сжигание мусора в плазме. Хотя вернее это назвать испарением, а не сжиганием. Мусор в струе плазмы распадается на отдельные молекулы и улетучивается. Ни тебе вредных газов, ни сажи, ни окислов всяких, ни спекшихся металлов …

И чем эта эпопея закончилась? – Эдю явно заинтересовал Вадин рассказ.

Да ничем. Они подергались—подергались, сунулись в мэрию, в областное правительство … На том все и затихло. Хотя у них уже была действующая экспериментальная установка …

Прикольно. У тебя оказывается есть такая информация, а ты молчишь … Слушай, Вадь, а ты можешь мне коротенькую аннотационную справочку по этому делу организовать? Так, на листик, не более.

Не вопрос, – уверенно ответил Вадя, – сейчас вот Рыбакову позвоню … А зачем тебе? Ты что-то придумал?

Эдя наморщил нос, снова почесал щеку:

Ладно, я пошел к себе. Мне необходимо подумать. Завтра все объясню. – И пошел к выходу. – Справочку не забудь мне сегодня занести.

На следующий день, придя на работу, заинтригованный Вадя первым делом бросился к Эде. Вчерашняя Эдькина таинственность заставила его даже изменить своим правилам и отказаться от ритуальной утренней чашечки кофе.

Эдя встретил его торжествующей улыбкой победителя и, не дав Ваде даже рта раскрыть, обрушил на него целый водопад информации:

Привет, Вадька. Можешь писать заявление на расчет. Я свое еще вчера в отдел кадров отнес. Мы с тобой открываем инжиниринговую фирму. Я генеральный директор, а ты – технический. Будем торговать научными разработками и новыми технологиями. Для начала продадим московскому правительству рыбаковскую плазменную печь для сжигания мусора. С помощью нашего НИИ, конечно. Ясуловича мы возьмем в долю, естественно. Он своего в любом случае не упустит. В Германию и во Францию – и так, и так слетает. Для изучения предлагаемых вариантов. А на тендере выяснится, что наш с тобой вариант – самый лучший. А дальше … Дальше мы выгребем все закрома у твоих старичков …

Ты что, это все всерьез? – Вадя протянул руку и, как заботливая мамаша, пощупал Эдин лоб. – Температура вроде нормальная.

Пошел к черту, придурок. – Эдя пихнул друга в бок.

Нет, ты действительно думаешь, что директор института будет пилить бабки с такой пузатой мелочью, как мы? Ты как себе это представляешь? Что ты заявишься к нему и, попросту говоря, предложишь взятку? Да он тебя и не примет. Ты сначала на прием к нему попади, – презрительно прищурившись, выдал ему Вадя.

Уже.

Что уже?

Уже попал. – Эдины красные толстые губы снова растянулись в торжествующей улыбке.

Как? Каким образом? И что?

Нашелся добрый человек, позвонил ему, попросил, чтобы он отнесся к моему предложению благожелательно. – Эдя покровительственно похлопал Вадю по плечу.

Так значит, все, что ты говорил, это все действительно всерьез? Да? – Вадя был потрясен.

А ты что думал, кореш? Что я фуфло гоню? Я пацан конкретный, дешевого базара не люблю, – растопырив пальцы веером, «крутым» тоном заявил Эдя.