Чтение онлайн

Обычной — если так вообще можно сказать! — некромантии тут было явно недостаточно. Из моей головы не выходили слова Джай-Шэ о том, что пограничные гарнизоны пали, не будучи полностью готовыми к противостоянию с магией аг-наарских жриц. Но что же такое использовали чертовы ведьмы, раз форпосты на границе была уничтожены в кратчайшие сроки? Речь определенно шла не о поднятии нежити — уж к этому-то кшалиты наверняка готовились в первую очередь.

Следует ли ожидать, что и тут жрицы применят нечто «этакое»? Как мне кажется, то да, иначе, у Аг-Наар просто нет шанса на победу. Она обязана была придержать свой главный козырь в рукаве до поры, до времени.

И вот теперь, похоже, глава армии вторжения решила пустить его в ход — в тылу наступающей армии началось какое-то организованное движение, расчистившее площадку около ста метров диаметром, на каменистой земле которой, буквально выжигаемый возникшими клубками огня, быстро вычертился громадный, явно магический символ. Он состоял из круга, описывающего шестиугольник, который внутри, в свою очередь, заполняли десятки непонятных мне символов, образующих некий изломанный лабиринт, оставляющий, впрочем, пустой пятачок ровно посередине.

И именно в нем опустилась на колени жрица в каком-то сложном головном уборе, а шестеро других заняли аналогичные позы по углам еще тлеющего гексагона.

В следующий момент я почувствовал, словно мне на спину плеснули жидкого азота — знак возрождения разом налился такой мертвящей стужей, что я решил, что меня сейчас постигнет судьба малышки Гуэр. Но нет, обжегшая мне спину хватка ледяных клыков слегка ослабла, но странное дело — тепла вокруг нисколько не прибавилось.

Наоборот, сильное ощущение холода, но какого-то иного, пронизывающего до костей прямо изнутри, подобно сквозившему невидимому арктическому ветру, осталось и продолжало только нарастать. И, сдается мне, я знал, чьих рук это дело. Я выкрутил увеличение подзорной трубы на максимум, стараясь разглядеть жриц в круге, но меня отвлекли внезапно резко усилившийся грохот схватки под стенами и громкие крики — торжествующие от атакующих и ужаса и ярости — от защитников Риндо.

На стене начало твориться что-то невообразимое — оптика трубы хоть и не давала особо сильного увеличения, но я вполне разглядел, как по рядам обороняющихся на стене словно прошла гигантская, незримая коса. Люди просто попадали навзничь, как марионетки с обрезанными нитями. Я уже видел подлобное — так действовала магия жриц, те самые облака серого тумана, мгновенно убивавшие по три-пять человек. Но на этот раз не было никакого тумана, а умерло не меньше трех-четырех сотен, и не просто умерло, а тут же восстало и обратило свое оружие против живых. И возможно, что это мне только показалось, но половина из них даже не успела толком упасть, как стала нежитью, покорной воле жриц.

Удар по защитникам был нанесен просто сокрушительный — свежееобращенные умертвия возникшие прямо на стене, воспользовавшись паникой и замешательством в рядах кшалитов, тут же начали резню, тем самым увеличивая свое число каждые несколько секунд и еще более усиливая натиск. Жрицы, своим неведомым ритуалом, такое впечатление, создали некое направленное магическое поле, мгновенно убившее все живое и тут же поднявшее в виде крайне агрессивной нежити.

«Чума мертвецов! — пронеслось у меня в голове. — Значит, вот как пали пограничные оплоты! Что, спрашивается, они могли противопоставить тому, когда минимум треть их войск мгновенно переметнулась к врагу? И ведь это еще только начало…»

На стенах Риндо оборонялось, разумеется, не треть его гарнизона, но все равно — ситуация возникла угрожающая. Обращенные мертвецы и постоянно лезущее по взметнувшимся приставным лестницам вражеское подкрепление, грозили не много ни мало, а прорвать первую и главную линию обороны сил Владыки. А за стеной сложность сражения в городе для защитников только возрастала, в разы уменьшая шансы на победу. Этого допускать было нельзя и, вполне логично, что так думал не только я.

Под бешеным натиском мертвых тающие на глазах ряды воинов Кшалы отступили уже к самому краю стены, бывшей довольно широкой, но все же имеющей свой предел, как маги Риндо нанесли свой удар.

Многокилометровый «зонтик» из сине-черных туч с осью из Столпа Власти начал стремительно светлеть со стороны тыла и наоборот — еще более темнеть и сгущаться над силами вторжения и еще через пару мгновений сразу несколько сияющих плетей с шипением и грохотом обрушилось с неба на место ритуала аг-наарских ведьм.

От вспышки и грохота, вызванными столкновением двух сил — карающего небесного огня и тут же возникшего купола защиты, я на миг ослеп и оглох, не видя ничего, кроме цветных кругов перед глазами, а многотонная каменная плита, на которой я устроил свой наблюдательный пункт, ощутимо вздрогнула. Вокруг, судя по вернувшимся звукам, началось сразу несколько камнепадов.

А ветвящиеся молнии тем временем продолжали почти безостановочно падать на вспыхивающий зеленоватым пламенем магический щит, прикрывший семерых жриц. Щурясь от ярких вспышек, я внимательно пригляделся, перенося взор с места ритуала на стену и наоборот. Удары не достигали цели, но все же не были бесполезны, то ли ощутимо оттягивая на себя энергию, то ли сбивая концентрацию жриц, управляющих легионами созданной нежити — идущая на штурм орда живых мертвецов заметно замедлилась и действовала уже не так скоординировано. И ощущение вездесущего, тянущего жилы, незримого стылого ветра тоже куда-то почти пропало.

Но радоваться было рано — натиск врага ослаб, но не прекратился, по-прежнему грозя сбросить защитников со стены в город.

И тогда маги Эр-Кхана контратаковали другим оружием. Гром стих, а густые, жирные тучи обширного грозового фронта внезапно разгладились, прекратив бурлить и став похожими на зависшую в небе циклопическую черно-фиолетовую плиту. На какой-то момент я так и подумал, что маги обратили облака в камень — ведь они же маги! — и сейчас обрушат сотни тонн камней на головы врагов, но случилось другое. На почти занятую аг-наарцами стену, ее подступы и все близлежащие окрестности из туч хлынул ливень, да такой, что на ум пришел только библейский потоп. И если на моей скале это стихийное бедствие ощущалось просто как сильный дождь, начавший быстро пропитывать плащ, то там, внизу, вода падала практически сплошной стеной.

Но и это было еще не все. В воздухе резко пахнуло свежестью, сменившейся,— проклятье! — снова стремительно набирающем силу холодом! Но это были уже не жрицы — от вершины Столпа Власти быстро, но все же заметно для глаза прянула бледно-голубая, расширяющаяся вперед и вниз волна, похожая на взметнувшуюся на ветру громадную полупрозрачную вуаль, и все, что находилось на стене, под ней и за ней на изрядном пространстве, мгновенно сковал лед.

«Вот же, а…?» — невольно расплылся я в торжествующей ухмылке, зябко поводя плечами, вытирая воду с линзы подзорной трубы и наводя ее вновь.