Чтение онлайн

 - И пусть только эта паразитка попробует что-то утаить, - прошептала Матильда для подруги.

Увы...

Паразитка была мертва, дом сгорел.

Единственный, кто не растерялся, это маркиз Торнейский. Обнаружив рядом уличных мальчишек, он достал из кармана горсть мелочи, и подозвал их к себе, намереваясь как следует расспросить.

***

Барист Тальфер смотрел на герцогессу и маркиза, прикидывая новые расклады. Дураком он не был, ничуть, и в свете вспыхнувшей между ними любви, менял свои планы.

Почему нет?

Раньше он надеялся, что ему удастся договориться насчет брака Дилеры Эларской с маркизом Торнейским, и таким образом добавить ему легитимности, но сейчас....

У Дилеры нет ни единого шанса. Вообще.

С другой стороны, герцогесса ничем не хуже.

Она неглупая, в политических раскладах не учтена, владеет значительной территорией...

Проблема в другом. Женатый на Дилере Рид мог бы претендовать на корону. Женатый на Малене Рид к короне и щипцами не притронется. Не заставишь. А если и да...

Могут не признать. Будь он хоть трижды бастардом покойного Арреля.

Плюс Найджел. Ох, что же делать, что делать?

Легкая рука коснулась его рукава.

– Барист, Рид, маркиз Торнейский.... Бастард старого короля?

– Да, ваша светлость. Простите, но вы...

Малена ответила совершенно счастливой глупой улыбкой.

– Кажется, да. Это плохо?

– Нет, ваша светлость. Я надеюсь, меня пригласят на свадьбу?

Малена закивала.

– Разумеется, Рист. Разумеется.

А тем временем, на улице происходило нечто странное. К Риду медленно, подняв руки, шел оборванный грязный мужчина.

– Что это за явление хвоста народу?
– риторически вопросила Матильда. И выпрыгнула из кареты, не дожидаясь помощи.

***

Вереш Трипс был усталым, голодным и грязным.

А еще...

Еще он следил за домиком по улице Кожевников последние несколько дней. Следил без особого результата - не до того было 'господину'. А если уж вконец честно - Найджел затеял свои празднества, и заговорщику просто приходилось там присутствовать. Обязанности такие. Да и с кем там сейчас встречаться?

С придворными дамами и при дворе можно комнатку найти, на то они и придворные, с другими заговорщиками...

Пока не стоило встречаться. Дело выходило на финишную прямую, его величество должен был умереть со дня на день, все было готово, все ждали, не слишком отходя от дворца - не пропустить бы момент, чтобы ловить, давить и обличать. Они ведь не знали, что вместо яда короля поят слабительным. Никто не знал.

Вереш следил и там и тут. Нанял уличных мальчишек, чтобы они ему сообщали, те и сообщили. Про карету, про Торнейского - уж маркиза-то в городе в лицо чуть не каждая собака знала. Копия своего отца, а на того за сорок лет правления вдоль и поперек насмотрелись.

Может ли Торнейский быть замешан в заговоре?

Нет, не может,, это-то Вереш точно знал. И рванул на улицу Могильщиков со всех ног, благо, это по улицам далеко было, а если напрямик, чуть ли не по крышам и через огороды, так и недолго получалось, минут десять. Аккурат обернулись.

Маркиз стоял на улице и расспрашивал мальчишек про Лэ.

Сердце Вереша рвануло болью.

Ласти, ах ты, дурочка, Ласти...

Это оказалось последней каплей в озере решимости, и Вереш пошел вперед.

– Не убивайте меня, маркиз. Умоляю.

Рид им не собирался, еще не хватало.

– Кто вы такой?

– Слуга Лэ Стиорта, - уверенно опознала Мария-Элена. Память у нее была отличная.

– Да, господа. Вереш Трипс, к вашим услугам.

– Вот как?
– прищурился Рид.
– А что же случилось с вашей хозяйкой, друг мой?

И вот это мягкое 'друг мой', этот вопрос, заданный обыденным тоном, что-то надломили в Вереше. Он ссутулился, опустил плечи...

– Она мне была не хозяйкой. Я любил Ласти.

– Ласти?

– Ластару Стиарошт, ваше...

– Можно просто - милорд. Вереш, садитесь в карету. Мы поговорим где-нибудь в таверне, где можно поесть, выпить вина и немного отдохнуть.

Вереш кивнул. Посмотрел на Марию-Элену, явно узнавая.

– Ластара так злилась после вашего ухода.

– Не сомневаюсь. А что там за настой коры дерева Хон? Что она мне всучила?

– Куриный помет. И слабительное, кажется.

Матильда от души фыркнула.

– Вот и плати потом... хорошо, приворотного зелья не попросила. Садитесь в карету, Вереш.

Вереш повиновался, и наткнулся в карете на человека, которого не знал в лицо. Лавочник какой-то, что ли?

Да кто ж его знает.

Рид помог Матильде влезть в карету и уселся сам. Как раз напротив.

Серые глаза встретились с карими - и влюбленные опять потерялись во времени и пространстве.

 - Я и не думала, что тебя встречу.

 - Я перестал надеяться так давно...

 - Я люблю тебя...

 - Я не смогу жить без тебя.

Идиллию оборвал наглый кашель Бариста Тальфера, за что стряпчий удостоился двух гневных взглядов. И бестрепетно (смотрите, сколько хотите, главное, острыми предметами не кидайтесь) кивнул в окно.

– Эта таверна нам подойдет, господа?

Матильда бросила взгляд в окно. Над небольшой таверной красовалась вывеска с золочеными узорами по краям. На вывеске гордо, золотыми же буквами, виднелось название:

'Леф и фиалка'.

Нет, не опечатка, именно так, леФ, и все тут. Наверное, в этом мире водятся не львы, а лефы. Зверь на вывеске действительно напоминал льва, только нарисован был явно с кошки. Пропорции точно кошачьи.

 - Львы у нас водятся, - фыркнула Малена.
– Львы. А художник - болван.