Чтение онлайн

Теперь шарики и ролики завертелись и у Берта Уокера.

— Послушайте, все мы тут хотим медленно, но неуклонно продвигаться вперед, не привлекая чрезмерного внимания общественности. Тише едешь — дальше будешь, если хотите. Тихо-спокойно. И, судя по многолетнему опыту, Управлению лучше кого бы то ни было известно, что малейший намек на «общество слежки» перепугает общественность до потери пульса, будет рассматриваться как антиамериканское выступление и вызовет сопротивление, которое в конечном итоге свяжет нас по рукам и ногам. Так что мы вынуждены продвигаться деликатно, исподволь, а эти две ваших программы… Что ж, как ни восхищают они меня с научной точки зрения, назвать их работу деликатной никак нельзя.

— Если что-то попахивает русской или китайской моделью, — добавляет Сандра Клифф, — надо проявлять предельную осторожность. В этих стенах вы проповедуете более-менее подготовленным людям, но «Плачущий ангел», в частности… кажется очень… ну… китайским.

— По-моему, дельное замечание, — подхватывает Берт. — К примеру, пятнадцать тысяч лицензированных такси в Чунцине оборудованы камерами с распознаванием лиц. Вообразите подобное в Америке. Да кто вообще сядет в такси, если государство записывает все, что вы скажете или сделаете? С точки зрения внутренней политики это антиамериканское деяние. С международной же… Да, медународный сбор сведений — наш конек. Здесь мы располагаем широчайшей свободой деятельности. Я уверен, что мы получим сильную поддержку — и в Управлении, и на Холме — планов внедрения фиктивного нерабочего режима телевизоров в Москве, Пекине, Тегеране, Пхеньяне… Только не на родине. Во всяком случае, пока.

— Так что именно вы просите нас сделать? Поясните, а то я запутался, — недоумевает Сай.

Уокер:

— Пока вывести «Плачущего ангела» из игры.

— Вывести из игры?

— Полагаю, мы ищем здесь баланс, — резюмирует Клифф, поворачиваясь, чтобы взглянуть на Джастина в поисках одобрения, словно сейчас она разыгрывает сценарий, написанный им.

И этот мимолетный взгляд высокого сановника на подчиненного чем-то распаляет Сая.

— Так вот чем мы тут заняты?!

— Продвигаемся вперед, — добавляет Клифф. — Да, именно так. Баланс между тем, что китайцы называют «общественным благом», узаконивая полицейское государство, и тем, что мы здесь, в Америке, называем гражданскими правами и свободами.

Слыша подобные шаблонные, нудные, консервативные аргументы, Сай не в силах удержаться от громогласного вздоха, встречаясь взглядом по очереди с досадно молчаливой Эрикой, введенной в заблуждение Сандрой Клифф, бесхребетным Бертом Уокером и, наконец, с последним и по очереди, и по значению, крайне самоуверенным и чрезмерно, до гротеска, влиятельным Джастином Амари, — после чего следует долгое молчание, поразительно уместное в комнате, где каждый настороженный присутствующий знает, что под бдительным надзором всех остальных следующее высказывание может стать воистину губительным.

Брэд Уильямс, Нуль-7, коэффициент интеллекта 169 (по этой мерке вообще-то гений) отчаянно сожалеет о далеко не гениальном решении потащить с собой подружку. Они с Кимми только-только замутили, и когда он получил первое письмо, сообщавшее, что его удостоили включения в программу «Обнуление», он как раз испытывал первый прилив вожделения. Кимми так заполонила его эротические мечты — насчет того, как распорядиться тремя миллионами «зелени», — что пригласить ее казалось более чем естественным. Кстати, не все мечты были сугубо о сексе. Брэд воображал ее после совместной победы в новом доме, который он купит на выигрыш, в том ее желтом платье с голой спиной, без трусиков под ним, со своей шикарной улыбкой встречающей его бизнес-клиентов реально высшего класса у колоссальных дверей. Или Кимми в клубе, дожидающаяся вместе с другими женами и подружками, когда он придет после игры в гольф с гендиректором. Или Кимми — если он когда-нибудь поднимет этот вопрос — с их на загляденье безупречными детьми на семейной рождественской открытке: «Наша семья готова защитить вашу». Брэд понимал, что это совершенно секретное испытание, но все равно думал, что должны же быть способы дать знать, что он победил, героически в одиночку обхитрив объединенные секретные службы Соединенных Штатов и показав им, что2 надо улучшить. Хорошо бы медальку. Впрочем, хватит и денег.

Брэд Уильямс: демобилизованный военный, сейчас топовый онлайн-СВР — специалист по восстановлению репутации. Основная специальность: обслуживание компаний из списка «Форчун 500» [47] и голливудских знаменитостей высшего ранга. Уж ему ли не знать, как огорчительно, когда десятилетия твоего тяжкого труда дискредитирует жалкий негативный онлайн-материальчик, как досадно, если ты сделал в прошлом малюсенькую ошибочку, которую хотел бы стереть и исправить, но не можешь, а теперь твой баснословный бизнес не выдержит заурядную проверку. Даже когда ему едва стукнуло девятнадцать, он уже видел эту рыночную нишу. Написал свой первый код и разработал технологию быстрого восстановления испорченных репутаций и прививки от уязвимости, позволяющие пострадавшему лицу или бренду расцвести еще пышней, чем прежде. Назвал свою компанию «Бар Второго Шанса» [48] . За жирный гонорар возвращает мужчин, женщин и компании к их супругам, работодателям, избирателям и акционерам отмытыми добела, безупречными. И пока — стучим по дереву — бизнес идет хорошо: нехватки в кандидатах, нуждающихся в подобной помощи по подчистке слабостей, нет, но нет и бурного роста — слишком уж много натолклось в нишу конкурентов; так что великая и широко разрекламированная победа над «Слиянием» выведет его на совершенно новый уровень, поставив особняком. А с новым зданием и маркетингом с правильным пиаром (и идеальной женой) он станет доминировать в сегменте, отбиваясь от венчурных миллиардеров палкой.

А Кимми — ну, с ней просто не срослось. За гладким улыбающимся девичьим личиком обнаружились Твердые Убеждения, да еще и чугунная воля. Да еще и талант, изумляющий его, напрочь игнорировать фигню, которую она слышать не желает. В день 2 он перехватил ее, когда она чуть было не заплатила за вещи в милейшем крохотном бутике в окрестностях Саванны собственной кредитной картой, а потом, когда они ехали целую ночь, чтобы оказаться как можно дальше от того, что Кимми считала «абсолютно необходимой» покупкой, ему пришлось снова хватать ее за руку, чтобы она не пустила в ход проклятую штуковину для оплаты кучи хлама, до изнеможения приглянувшегося в индейском сувенирном магазинчике.

Все должно было быть проще простого. Он годами оставался в курсе новейших технологий слежки, добычи и глубинного анализа данных. Эта хрень — его специальность, а точнее, смежная специальность. Он геоблокировал оба их телефона и ноутбук с самого начала. Игриво обыскал Кимми на предмет любых цифровых предателей, украдкой пробравшихся на ее тело, и досмотр оказался очень сексуальным. В номере 18 дешевого мотеля под Атлантой она оседлала его, как мустанга, вереща на манер банши. Это подготовило почву для следующих дней: они прорабатывали курс, трахались, прорабатывали, трахались. Но веселью пришел конец, когда Брэд обнаружил, а потом в гневе отправил по почте домой ее фитнес-браслет и счетчик калорий, который она обещала не брать. Господи! Вот тогда-то скандалы и начались. Кимми сказала, что на самом деле выиграть у него ни шанса, так что пусть угомонится к чертям. Он ответил, что в этом она вся, не верит в него ни капельки, и попросил впредь не обсирать его мечты.

Также выяснилось, что когда Кимми не излагает самые свежие свои мелкие сплетни в «Инстаграме» и не хихикает над видосами с кисками в «Уорлдшер», ей и сказать-то особо нечего.

И какие бы тщательные меры они ни принимали — избегая городов, перебираясь из одной серой зоны в другую (без опорных вышек сотовой связи и распознавания лиц), — дальнейшие странствия лишь поднимут еще больше цифровой пыли. Вот так их и угораздило попасть под вымышленными именами сюда, в маленькую гостиничку посреди долины Литтл-Теннесси. Уплачено наличными за две недели вперед. Заведение, угнездившееся посреди леса в лучшей из серых зон, намеченной им заранее, выстроенное для абсолютного уединения. Спа, чтобы Кимми была довольна (в комплекте халаты, шлепанцы, круглосуточное обслуживание номеров, лимфодренажный массаж), но она все равно капает на мозги.

Помимо его глубоких познаний насчет уязвимых мест американской системы слежения — регионов страны, где, по статистике, ни разу не выявлена цифровая информация, способная причинить ущерб, — он располагает неожиданным преимуществом в виде черного цвета кожи, отнюдь не требующим применения его особых дарований. Малоизвестный факт: алгоритмы распознавания лиц, разработанные белыми инженерами, в конце концов решили, что все чернокожие — вот так сюрприз! — более-менее на одно лицо, откуда следует, что система «Слияния» должна быть завалена ложно-положительными результатами во время его поиска — там выскакивает целый легион подобий Брэда Уильямса, целая армия двойников, сбивающая «Слияние» со следа, затевая охоту на призраков в гигантских масштабах по всей стране.