Чтение онлайн

Господи! Неужели они приехали с намерением помочь восстановить школу?

Саммер оглянулась вокруг в поисках Николасв. Не обнаружив его в людской толкотне, она поспешила в дом и застала его, проверяющим ружье.

– Что это, прах тебя разбери, ты собираешься делать с этой штукой? – закричала она.

– Не вмешивайся, – велел он.

– Если ты думаешь, что я позволю тебе выйти из этих дверей…

– Думаю, это не твое дело.

Широко расставив ноги и ухватившись руками за дверной косяк, Саммер преградила ему путь и подняла голову.

– Только через мой труп. Если ты сейчас начнешь стрелять, ты раз и навсегда погубишь возможность исправить зло, которое причинил нам всем Тэннисон. Незачем усугублять вражду!

– Саммер, – испуганно вскрикнула Нан, – там что-то случилось!

Вопль отчаяния прорезал тишину. Лицо Ника потемнело, глаза налились яростью. Задыхаясь от страха, Саммер схватилась за ружье.

– Не заставляй меня всю оставшуюся жизнь расплачиваться за свою ошибку, – взмолилась она и на мгновенье он растерялся.

– О чем, черт возьми, ты говоришь?

– Я настояла на том, что какаду нужна школа и церковь и в результате потеряла ребенка… Как я буду жить, если в этой схватке поляжешь и ты? Вспомни как ты сам мучился все последние годы, укоряя себя за непростительную ошибку, совершенную в юности. Николас, прошу тебя, отдай ружье…

Ник медленно разжал руки и молча протиснулся в дверь. Только он успел выйти на улицу, как раздались первые выстрелы! Саммер кинулась вслед за мужем.

С крыльца она увидела, что по двору, расшвыривая столы, носятся, около дюжины конных клансменов. Визг детей крики женщин, ржание лошадей, все смешалось в адскую какофонию. Охваченные жаждой разрушения, клансмены снова и снова врезались в людскую толпу. Мужчины-какаду хватали все, чем только можно было защищать женщин и детей, а семьи фермеров, приехавших в надежде установить мир, разбежались, как испуганные кролики.

Преподобный Мартин стоял прямо посреди жаркой схватки с распростертыми руками.

– Ради любви Господа нашего, – взывал он. – Остановитесь! Прекратите! Во имя Иисуса Христа, сейчас же прекратите насилие. Голос священника потонул в воплях Ребекки Шарки. Девочка упала на четвереньки и испуганно озиралась по сторонам, а сзади на нее мчалась обезумевшая от ужаса лошадь. Николас спрыгнул с крыльца и в последний момент успел выхватить ребенка из-под копыт. Нан, видевшая все это, упала без чувств.

Саммер, тем временем, бросилась к Уэйну Джонсону, потерянно бродившему по двору. Охваченная надеждой спасти мальчика, она, к сожалению, слишком поздно заметила клановца, направившего коня прямо к ней.

Подхватив девушку под мышки, он поднял ее в воздух и перебросил через седло. Саммер принялась отчаянно сопротивляться, но было уже поздно: и ее похититель, и остальные клановцы повернули лошадей и поскакали прочь, к дороге.

Последнее, что девушка запомнила перед тем, как потерять сознание, был Николас.

С бледным, перепуганным лицом он бежал вслед за всадниками и срывающимся голосом повторял ее имя.

Саммер смотрела прямо в дуло ружья Роя Тэннисона. Колени ее подгибались.

– Ну, – удалось ей произнести ровным голосом. – Если вы собираетесь меня убить, то давайте покончим с этим поскорее.

Рой нахмурился, и ствол его ружья заходил ходуном.

– Я не собираюсь вас убивать, – сказал он тихо.

– Тогда, какого…

– Моя жена, – прервал он девушку и показал на закрытую дверь спальни, – там…

Саммер с трудом заставила себя и подошла к двери. В комнате были только Бланни и ее напуганная служанка.

Жена Тэннисона лежала в кровати с изумленным мокрым от пота лицом, руки ее сжимали и крутили простыню. Она смотрела на Саммер взглядом, полным ужасной боли.

– Свят, свят! – прошептала девушка, – что…

– Ребенок, – объяснил Рой, – она не может разродиться…

Саммер поспешила к кровати и Бланки судорожно» схватила ее за руку.

– Помогите мне, миссис Сейбр, – произнесла она. – Пожалуйста.

Девушка перевела взгляд на Роя.

– Я слышал, у вас есть кое-какой акушерский опыт, – сказал он. – Помогите ей.

– Я жила когда-то у повитухи, – медленно пояснила Саммер. – Я много раз помогала Марте, но никогда не принимала ребенка сама, в одиночку.

Большой палец Роя взвел курок ружья.

Бланки вскрикнула снова. Забыв о своих колебаниях, Саммер склонилась над изнемогающей женщиной и отвела волосы с ее горячего лба.

– Пожалуйста, – умоляла Бланни. – Не дайте моему ребенку умереть…

Эти слова подействовали на Саммер, как ушат ледяной воды. Какая злая шутка судьбы: она потеряла своего ребенка из-за жестокой мстительности Роя, а теперь он сам ждал от нее спасения собственного.

Наверное, схожие мысли посетили не ее одну, потому что лицо Роя побелело и обмякло. Ружье тряслось в его руках.

Саммер глубоко вздохнула.

– Будьте уверены, мистер Тэннисон, я помогаю не вам. Вы не достойны чьей бы то ни было помощи. Только жалость к вашей жене и вашему ребенку заставляет меня действовать. Женщины и дети не должны больше становиться жертвами развязанной вами бойни… Она закатала рукава платья.

– Посмотрите, может быть, вы сможете найти у себя хоть немножко марганцовки. Еще лучше, если у вас есть йод.

Саммер поманила дрожащую служанку и, как можно спокойнее приказала ей:

– Мне нужны два тазика с горячей водой для мытья и ополаскивания рук. Еще один – для грязных тряпок, и один – чтобы принять плаценту. После этого принеси побольше чистых полотенец, столько, сколько сможешь найти. Прокипяти самую острую иголку, какая только у вас есть, ножницы и нож. Раздобудь шелковые нитки. Еще мне понадобится металлическая сетка. Прокали ее на огне, чтобы убить инфекцию. Когда все будет готово – быстро принимайся убирать комнату… Боже, сколько пыли вы здесь развели.