Чтение онлайн

— Господь всемогущий!

Она споткнулась о лорда Данкомба, распростертого в коридоре.

Алексиус, затаив дыхание, считал секунды до того момента, как она обнаружит вышибленную дверь.

Син хотел позвать констебля, но Джулиана не позволила.

Она увидела расквашенное лицо кузена, когда они проходили мимо, и хотя ужасно злилась на кузена за то, что он с нею сделал, она все же понимала, что Сину магистрат вынесет более суровый приговор.

Кроме того, ее семья не выдержала бы еще одного скандала.

Если лорд Данкомб и впрямь был так умен, как сам утверждал, он уедет из Лондона куда-нибудь подальше, где месть лорда Синклера не сможет его настичь.

А Сину могло понадобиться много лет, чтобы побороть в себе жажду мести.

Джулиана видела не только ужас на его лице, когда он вломился в спальню, но и беспримерную ярость.

Нет, Син не из тех, кто с легкостью прощает своих обидчиков.

— Ты не можешь вызвать его на дуэль.

Син, сидевший напротив нее в переполненном экипаже, удивленно вскинул брови.

— Кого именно: Гомфри или Данкомба?

— Хватит ее дразнить, Синклер! — стала на защиту дочери леди Данкомб. — Она же верит каждому вашему слову!

Маркиза и Корделия не отходили от Джулианы ни на шаг с того самого момента, как вошли в спальню.

— А кто сказал, что я ее дразню?

Джулиана подтянула края одеяла, сорванного с постели Данкомба: свое вечернее платье она оставила в зловещем доме.

— Обоих.

Зубы его, обнаженные в нагловатой ухмылке, в свете фонарей засверкали белизной.

— Тогда мой ответ тебе не понравится.

— Но…

— Давай я улажу эти вопросы сам, — грозно сказал Син. — Я послушался тебя, когда ты не позволила звать констебля. Сделай и мне одолжение в ответ.

Он настолько невозмутимо говорил о грядущей дуэли, что Джулиана ожидала от матери укоров. Но та, как ни странно, не стала возражать.

— Ты же не хладнокровный убийца, Син!

Он не поверил своим ушам.

— Тебе ли не знать, что, когда меня провоцируют, я способен на многое.

Она грустно кивнула.

Ей нечего было возразить: Син действительно проявил себя как человек, способный на безжалостные поступки.

— Синклер, мальчик мой, — с неожиданной теплотой в голосе заговорила леди Данкомб, — как твое плечо? Тебе не нужно обратиться к хирургу?

Син пощупал пропитанный кровью рукав. Когда его спросили, откуда кровь, он лишь махнул рукой.

— Беспокоиться не о чем. Пуля меня лишь задела. — Он поднес пальцы к свету. — Вот, кровь уже не идет. Раной я займусь потом.

— Вы так отважно ринулись за кузеном после того, как первой пулей разнесло вазу! — восхитилась Корделия. — Он ведь мог вас убить!

Син удивленно уточнил:

— Что значит — мог? Он хотелменя убить.

Лусилла закрыла уши руками.

— О нет, не хочу больше об этом слышать!

— Дрезденская, между прочим, была ваза, — вздохнула маркиза.

Джулиана потрясенно уставилась на мужчину, сидевшего напротив.

— Тебя подстрелили? Лорд Данкомб пытался тебя убить?

— Дважды, — подтвердила Лусилла, типично по-женски поводя плечиками.

Почему ей никто об этом не сказал? Их взгляды пересеклись. В полумраке кареты лицо его казалось особенно загадочным.

— Чтобы застрелить человека, нужно, во-первых, иметь кое-какие навыки, а во-вторых, не бояться это сделать. К счастью, ваш кузен стрелять не умел и боялся. Зря ты переживаешь, Джулиана. Данкомб всего-навсего испортил мой любимый смокинг.

Шутку никто не оценил.

Джулиана ощутила материнскую ладонь на щеке.

— И тем не менее наша семья перед вами в долгу. Оливер едва не взял мою девочку в жены. Каким же кошмарным был бы этот союз!

Джулиана молча согласилась с этим утверждением.

— Он нанял человека следить за нами.

Известие всех огорошило. Первой опомнилась Корделия.

— А кто это был, он не сказал?

— Нет, но шпион знал, что маман запланировала везти нас в Лондон. Это должен быть человек, который навещал нас и за городом, и в Лондоне.

Никто не смог назвать имя. Джулиана положила голову матери на плечо, закрыла глаза и с наслаждением слушали уютное поскрипывание дилижанса, везущего их домой.

— А вдруг этот шпион — мистер Степкинс?

Она тотчас открыла глаза. Джулиана понимала, что этого голословного обвинения обожаемого мистера Степкинса было достаточно, чтобы испортить Лусилле настроение.

— Я познакомилась с ним в деревне. Корделия, ты тоже там была. Он был таким внимательным, таким остроумным!

— А о Джулиане он что-либо спрашивал? — вмешался Син, переключая на себя внимание Лусиллы.

Та смогла лишь горестно вздохнуть:

— Мы говорили обо всем подряд… Разумеется, он задавал вопросы о моей семье. И очень обрадовался, когда узнал, что мы поедем в Лондон.

Корделия, у которой сердце сжималось от жалости, взяла сестру за руку.

— А потом ни с того ни с сего перестал приходить.

— Как и мистер Фискен, — холодно добавила Лусилла. — Мы обе рассудили, что это из-за…