Жажда
Шрифт:
– Простите, – сказал Марк Тернер, – я работал… наверху. Я… пишу диссертацию по философии. – Он огляделся вокруг и словно увидел комнату ее глазами. Затем снова обернулся к ней, как будто вдруг вспомнил, кто она такая. – Объясните, пожалуйста, зачем вы пришли.
– Мы могли бы присесть?
Марк Тернер щелкнул выключателем, и под потолком зажглась старая люстра на три лампы. Роза увидела, что дом был маленьким, а эта комната – одновременно столовой и гостиной. В центре ее находилась лестница на второй этаж. Кухня располагалась в дальней части дома. Кирпичный дымоход с газовым камином перед ним. С обеих его сторон полки, забитые книгами. Под окном телевизор с DVD-плеером. Рядом – музыкальный центр. Мебель накрыта покрывалами. Все выглядело чисто функциональным, не более того. Дом студента или преподавателя университета. Посредине комнаты стояло дерево. Ствол его был прислонен к стене, ветки вытянулись под потолком, разделяя комнату на две зоны.
– Интересно придумано, – сказала Роза. – Оно живое?
Марк Тернер посмотрел на дерево и нахмурился, как будто впервые заметил его.
– Что? А-а, это… Оно появилось еще до меня. Оно неживое. Думаю, это просто для украшения.
– Хорошо.
Она уселась в закрытое накидкой кресло. Вынула блокнот и ручку.
Он тоже сел, на диван.
– Так… что случилось?
– Вы были знакомы с… – Она заглянула в свои записи. – С Сюзанной Перри?
В глазах его появилась настороженность, как будто он неминуемо должен был попасть в ловушку, что бы сейчас ни ответил.
– Да.
– Вы с ней встречались?
– Да. А что?
Она снова заглянула в блокнот. Сконцентрироваться. Напрячься немного, быстро получить ответы на свои вопросы – и домой.
– На нее вчера ночью напали. В собственном доме.
Он удивленно отшатнулся, как будто от внезапного порыва ветра.
– Что? Она…
– На нее напали. – Ее негромкий голос стал спокойным и доверительным. – Поэтому мы опрашиваем всех, кто был с ней знаком и у кого могли быть ключи от ее квартиры.
– Ну, я… – Глаза Марка Тернера округлились. – Вы думаете, это я… Вы имеете в виду, что я…
Он на одном дыхании три раза повторил «я», подумала Роза. Он мог выглядеть достаточно безобидным, но это явно свидетельствовало о его развитом эго.
– Когда вы с ней расставались, это прошло мирно?
Он пожал плечами.
– А бывают простые разрывы?
– Вы больше не хотели иметь с ней ничего общего?
– Верно. Не хотел. – Его голос слегка повысился. – С меня хватит. Я сыт ею по горло.
– Но вы все же оставили у себя ее ключ.
Глаза его расширились от удивления.
– Что?
– Ее ключ. От ее квартиры. Вы оставили его у себя.
Марк Тернер ничего на это не ответил.
– С какой целью?
– Я… – Его взгляд заметался по комнате, словно в поисках кого-то или чего-то, что могло бы ответить за него на этот вопрос. В конце концов, не найдя ничего подходящего, он ответил сам: – Я не знаю.
– Может быть, вы оставили у нее какие-то свои вещи, чтобы забрать их позднее?
Он покачал головой.
– Вы поддерживаете контакт с Сюзанной?
– Нет.
Роза заглянула в свой блокнот и прочла запись, которую сделала только что.
– Вы сказали, что сыты ею по горло. – Она взглянула на Тернера. Он сидел на самом краешке дивана и выглядел так, словно собирается убежать. – Что вы хотели этим сказать?
Он провел рукой по своим засаленным и нечесаным волосам, как будто ища вдохновения и пытаясь выиграть время.
– Я просто… – Он вздохнул, и все его тело как-то обмякло. – С ней было непросто ладить, это не тот человек.
– Что так?
– Она… – Он замотал головой. – Я не мог доверять ей.
Это было уже интересно, и Роза подалась вперед.
– Вы имеете в виду, в отношении других мужчин?
– Нет… не в том дело. Просто… ну, например, она мне что-то рассказывает. Всякие пустяки. О спектаклях или фильмах, которые она видела, о том, с кем туда ходила. Или о том, кого она встретила. А потом мы встречаемся с ее знакомыми и оказывается, что никто об этом ничего не знает.
Роза делала заметки и молчала, подталкивая его к тому, чтобы продолжать.
– Потом мы идем и встречаемся с людьми, чтобы вместе выпить, а перед этим она напоминает мне о вещах, которые я якобы должен был сделать. Ну, как будто меня кто-то просил об этом.
– Зачем она это делала, как вы думаете?
Он пожал плечами.
– Понятия не имею. Хотела казаться более популярной? Мне кажется, она думала, что ее недолюбливают. Считала, что должна сделать что-то, чтобы привлечь к себе внимание. Чтобы как-то выделиться.
Роза ничего не ответила, продолжая писать.
Он вздохнул. В этот момент наверху заскрипели половицы. Он быстро взглянул на лестницу. Роза перехватила этот взгляд.
– В доме есть еще кто-то? – спросила она.
– Нет, – быстро ответил он, и глаза его скользнули вниз и направо.
Врет, подумала Роза.
Глава 28
Фил открыл дверь очень тихо и медленно, как сделал бы это на месте преступления, где не хотел ничего нарушить.
В доме было темно, горела только лампа на столе, и отражение от ее основания, выложенного мозаикой из осколков зеркала, отбрасывало на потолок причудливую паутину бликов. Пустой бокал из-под вина на столе, рядом с ним бутылка, чуть дальше – раскрытая перевернутая книга в мягкой обложке, словно птица, которая отказывается или не может взлететь.
Должно быть, здесь сидела Марина. Вечно в тебе говорит детектив, подумал он, но тут же одернул себя за эту мысль. Расслабься. Ты уже дома.
Он прислушался. Тишина. Джозефина должна спать. Он положил ключи от машины на стол, прошел в кухню, вынул из холодильника бутылку пива и, открыв ее, вернулся в комнату, где сел на то место, которое до этого занимала Марина. Он сделал большой глоток, вздохнул, закрыл глаза и, откинув голову назад, попытался снять напряжение, накопившееся в теле за прошедший день.