Чтение онлайн

— Ушел в «Максим»? — удивился Арчи. — Святые угодники, в медовый месяц! Совсем никуда не годится.

Корнелия тяжело вздохнула:

— Послушай, Арчи, отведи меня туда, чтобы я сама увидела, что это такое.

— Невозможно. Совершенно невозможно, старушка, — ответил Арчи. — Неужели ты не понимаешь — там очень весело и все такое… лучшее заведение в Париже, где можно немножко развлечься… но женам там не место.

— Арчи, пожалуйста, выслушай меня, — взмолилась Корнелия, припав к его руке. — Дрого ушел веселиться, а я просто хочу увидеть, куда именно. Мне нужно знать, с кем он. Пожалуйста, отведи меня туда. Я надену вуаль. Сделаю все, что угодно, лишь бы ты меня взял. Никто не узнает.

— Нет, клянусь Юпитером, я не способен на такую авантюру, — ответил Арчи, явно потрясенный до глубины души. — Теперь ты герцогиня, Корнелия, и очень знатная. Тебе следует вести себя как полагается. Нельзя же, в самом деле, продолжать бегать повсюду в бриджах, словно ты у себя в Роусариле. Ты обязана помнить — теперь ты дама.

— К черту всех дам! — Корнелия топнула ногой. — Я сыта по горло этим званием. Нельзя то, нельзя это, но обязана делать так и вот так. Послушай, Арчи, ты должен мне пог мочь, и ты единственный, кто может это сделать.

— В чем помочь? — спросил Арчи.

— Сядь! — скомандовала Корнелия.

Он послушно опустился на стул, слегка поддернув брюки, чтобы сохранить острую стрелку, и открыв пару прекрасных лакированных туфель и тонкие носки из черного шелка, затем он подтянул накрахмаленную белую манжету вечерней рубашки так, чтобы она выглядывала из-под рукава ровно настолько, насколько полагалось. Потом Арчи поправил монокль и взглянул на Корнелию, попытавшись принять суровый вид.

— Ты что-то затеваешь, — проницательно заметил он. — Ну-ка, выкладывай.

И Корнелия все ему рассказала. Она рассказала о наследстве, оставленном крестной, о том, как была счастлива в Роусариле, пока не умерла кузина Алин, о том, как дядя Джордж прислал за ней, и она оказалась в Лондоне, как влюбилась в герцога, когда впервые увидела его, и как он сделал ей предложение, которое она приняла.

Ей тяжело было признаться, как наконец она узнала о любви герцога к тете Лили, и голос ее дрожал и замирал, когда она поведала Арчи о том, что услышала, стоя у дверей будуара. Свой рассказ она закончила свадебной церемонией и прибытием в Париж.

Арчи Блайд был ошеломлен, иногда ему удавалось произнести «ну надо же!», но больше он ничего не говорил, пока рассказ не завершился. Затем он выронил монокль и заметил:

— Поразительно! Совершенно невероятно! Я бы ни за что не поверил, если бы не услышал от тебя самой.

— Теперь ты понимаешь, Арчи, почему я нуждаюсь в твоей помощи? — воскликнула Корнелия. — Я должна знать, что делает Дрого. Я не могу просто сидеть в четырех стенах или отправиться спать и лежать без сна, думая о нем и представляя милых приятных людей, с которыми он веселится, не могу ждать, что наступит еще день, пустой день молчания.

— Не ожидал такого от Роухамптона, право, не ожидал, — пробормотал Арчи. — Как неосторожно с его стороны, что он позволил тебе узнать обо всем.

— Но, Арчи! Дело совершенно в другом, — сказала Корнелия. — Ну ладно, мы обсудим это позже. Пожалуйста, отвези меня в «Максим».

— Я не могу сделать этого, Корнелия. Может, Роухамптон и негодяй, но это еще не причина, чтобы я вел себя так же.

— Я надену маску или вуаль — все, что угодно, лишь бы пойти с тобой.

У Арчи Блайда был такой растерянный вид, что Корнелии показалось, будто он готов почесать затылок, если бы только не боялся разрушить безукоризненно гладкую прическу. Пришлось ему ограничиться постукиванием монокля о зубы — привычка, которая всегда раздражала Корнелию, когда он предавался ей чересчур усердно.

— Невозможно, — пробормотал он. — Абсолютно, совершенно невозможно!

— Пожалуйста, Арчи, пожалуйста! Прошу тебя!

Корнелия слишком хорошо знала, что Арчи не мог устоять ни перед кем, кто попал в беду. Она помнила, как он на скачках опустошал карманы ради какого-то знакомого, которому не повезло, или попрошайки, вызвавшем в нем сочувствие. Корнелии не верилось, что он ей откажет.

— Пожалуйста, Арчи! — вновь взмолилась она и, к своему облегчению, увидела, что лицо его прояснилось и разгладились морщины на лбу.

— У меня идея, — сказал он. — Я знаком с одним человеком, который может тебе помочь.

— Кто это? — нетерпеливо спросила Корнелия.

— В этом вся загвоздка, — ответил Арчи. — Я не уверен, что правильно поступлю, если представлю тебя. Это не имело бы большого значения, будь ты просто моей маленькой кузиной Корнелией… но теперь ты герцогиня, а это меняет дело.

— Да забудь ты о герцогине, — взмолилась Корнелия. — Я не чувствую себя ею. Кто этот твой друг?

Монокль Арчи был вновь поднесен к зубам.

— Кто это? — настаивала Корнелия. — Мужчина или женщина?

— Женщина, — ответил он, потом добавил: — Если тебе обязательно знать, это мадам Рене де Вальме!

Он уставился на Корнелию, словно ожидая какой-то реакции.

— Ты слышала о ней?

— Нет. А что я должна была слышать?

— Ничего… то есть я хочу сказать…

— Кто она? — спросила Корнелия.

— Мой друг и… в общем, она довольно известна в Париже. Она… э-э… chere amie князя Ивана.

— Мне все равно, кто она, если она отвезет меня в «Максим». Как ты думаешь, она согласится?

— Не знаю, — ответил Арчи. — Но мы можем спросить у нее. Между прочим, сегодня я как раз собирался отвезти ее туда поужинать.

— Значит, ты и меня повезешь, — решительно заявила Корнелия. — Дорогой кузен Арчи, я знала, что ты мне поможешь. Папа всегда говорил, что ты добрейший человек в мире.

— Я чертов дурак, если хочешь знать, — пробормотал себе под нос Арчи.

Но Корнелия не слышала его. Она уже бежала в спальню.

— Быстро, Вайолет, подай мне горностаевую накидку и сумочку.