Чтение онлайн

— Ты хитер, Стив. Даже слишком. — Рэйвен рассмеялся. Похоже, для себя он уже все решил, поэтому сейчас только кивнул ему. — Договорились.

Это была первая победа, которую Джеймс рассматривал исключительно как очередной шаг к Хилари. Работа с Энтони Хартманом предстояла серьёзная и достаточно грязная. Ему не привыкать. Он найдет Хилари и вытащит из этой передряги. Даже если ради этого придется идти по головам.

В сопровождении троих вооруженных охранников Хилари прошла по коридору-мостику, перекинутому между первым и вторым крылом медицинского корпуса. На вопрос куда её ведут последовал жесткий ответ:

— Следуйте за нами.

Хилари равнодушно подчинилась. На краю сознания мелькнула мысль, что раз за ней прислали миниатюрный взвод, то первую её попытку бегства оценили по достоинству. Электронные замки, автоматические двери, переходы, лифт. Один из охранников нажал кнопку подземного этажа. Она наконец-то получила ответ на вопрос, где располагаются лаборатории. В одном из главных коридоров навстречу им попались две женщины в белых халатах и масках. Ни одна даже не взглянула в сторону Хилари, как будто все происходящее для них было в порядке вещей.

Последний разговор с Люком оставил в душе Хилари осадок, избавиться от которого не удалось. Она пыталась добиться встречи с Вальтером, чтобы получить разрешение быть рядом с мальчиком в его последние дни, но неизменно получала отказ. Общение с персоналом не имело ни малейшего смысла. У них на все был один ответ: «Я не уполномочен отвечать на ваши вопросы». Впервые в жизни она ощущала себя не способной противостоять обстоятельствам, и это сводило её с ума. Она была готова на все, чтобы выжить и вырваться отсюда, но объективно все, что ей оставалось — не усугублять свое положение. Хилари привыкла справляться со всем самостоятельно, и почти ненавидела себя за беспомощность.

Она старалась не думать о Джеймсе. Хилари оставила ему записку, но стал бы он её искать? Вряд ли. Наверняка решил, что она просто не пришла на место встречи. И это в лучшем случае, если он там появился. Их отношения в последнее время трещали по швам. Возможно, она допустила ошибку, когда решила уйти от него. Они через многое прошли вместе, им стоило немалых усилий удержаться на грани. И что от этого осталось теперь? Если принимать во внимание планы Вальтера, в ближайшем будущем она снова станет одной из тех, кого Джеймс ненавидел и уничтожал. Это при благоприятном исходе, потому что недоработанный вирус просто её убьет.

Хилари провели в дальний кабинет, где их уже ждал невысокий лысый мужчина в белом халате и очках. Маленькие глазки быстро пробежались по ней. Так оценщик смотрит на инвентарь, выставляемый на аукцион, после чего мужчина кивнул в сторону стола, напомнившего Хилари операционный. В детстве ей удаляли аппендикс, и воспоминания до сих пор были более чем яркими.

— Устраивайтесь.

Внешность у него была не самая приятная, в каждом его движении ощущалось безразличие и равнодушие, как будто он не с живыми людьми работал, а занимался монотонной бумажной рутиной. Хилари подумала о том, что врачи в концлагерях и гетто, должно быть, вели себя подобным образом. Когда один из охранников попытался взять её за руку, она с силой вырвалась.

— Я сама справлюсь.

Доктор нахмурился.

— Так поторопитесь, — язвительно пробормотал он, — и не вздумайте…

— Не вздумаю, — язвительно отозвалась Хилари, — доктор Менгеле.

Тот пропустил шпильку со свойственным ему безразличием. В течение нескольких часов последовала серия тестов и анализов, далеко не самых приятных, а временами весьма болезненных и порой унизительных. Когда все закончилось, Хилари чувствовала себя абсолютно вымотанной и опустошенной. На неё словно прицепили ярлык «Пригодна», как на животное, которое сейчас посадят в клетку и отнесут в лабораторию.

— Отведите её наверх. Вас переводят в главное крыло. У вас неделя на финальный этап подготовки. Вам предстоят последние процедуры перед тем, как будет введен готовый штамм вируса. Вы имеете право посещать тренажерный зал, бассейн и ресторан. Вы можете свободно общаться с теми, кому так же предстоит участие в эксперименте. В эту неделю вы не сможете покидать корпус.

Доктор говорил, как полицейский, зачитывающий права, хотя его слова прозвучали, как приговор. Несмотря на собственную апатию и вполне адекватную усталость, Хилари вздрогнула.

— Вы не имеете права так со мной обращаться… — голос сорвался на шепот, а потом она одним движением вскочила. Голова закружилась, и Хилари не упала только потому, что рядом мгновенно оказались два охранника. Доктор посмотрел на неё с жалостью, граничащей с брезгливостью.

— Второй этаж, комната двадцать восемь, — напомнил он охранникам, и отвернулся, чтобы внести последние данные в компьютер.

Когда они шли в лаборатории, Хилари была слишком напряжена, чтобы обращать внимание на детали. Изнутри это крыло больше напоминало пятизвездочный отель, нежели чем сарай для тех, кого вот-вот отправят в крематорий. Просторные светлые коридоры, застеленные коврами, на стенах копии картин Сальвадора Дали. Двери комнат похожи на двери гостиничных номеров, нежели чем палат.

Из окон ее новой комнаты открывался вид на океан. Вечером разразился настоящий ураган, из-за стены ливня видимость была практически нулевая, а тропические деревья клонились к земле, будто пытаясь защититься от предстоящей им участи быть вырванными с корнем. Хилари рискнула подняться на смотровую площадку. Стеклянный купол, откуда были видны и океан, и горы, казался огромной вакуумной камерой. Извне сюда не проникало ни единого звука. Стоя в центре, Хилари подняла голову вверх. В эпицентре бушующей стихии ей показалось что природа вознамерилась стереть это место с лица земли.

— Красиво, правда? — голос, донесшийся из-за спины, заставил её вздрогнуть. Из-за нависших над островом туч здесь было темно, а искусственное освещение не предполагалось, поэтому она не заметила его сразу. На скамье, ссутулившись, сидел худой мужчина со светлыми спутанными волосами. Нескладный, угловатый, с резкими чертами лица и потухшим взглядом. Хилари поборола в себе желание накричать на него за то, что сразу не обозначил свое присутствие. Он не виноват в том, что с ней произошло. Гаже синдрома жертвы разве что комплекс тирана.