Чтение онлайн

— Да, они могут быть, если захотят, очень опасны, так сказал Эдуард Робертович. Хотя лично он не верит в то, что карлики могли добровольно помогать Петрушке. Безумие он считает, что характерно, чисто индивидуальным делом.

— Ну теперь хоть понятно, кто в тебя запустил бумерангом.

— Не только это, — Сергей ловко обошел две идущие впереди машины. — Теперь все стало понятно и с куском штукатурки, который чуть не ляпнулся мне на темя — для воздушного акробата спуститься с крыши на веревке, подтюкать молоточком штукатурку, раз плюнуть. Когда я вышел из квартиры, его сестра Марика, увидев меня, подала сигнал обыкновенным зеркальцем. Я заметил, как что-то блеснуло на крыше, и ее крохотный братик толкнул стеночку. И лежать бы мне с растрепанированным штукатуркой черепом. Кроме того, мне стало понятным попадание вещей из моей комнаты в жилище мертвого свидетеля. Возможно, ночью, когда я выскакивал к машине по зову сработавшей сигнализации, Янош, маленький и ловкий, спустившись с крыши по веревке, проник в форточку, похватал все, что попалось под руку и вылез обратно. Вот, собственно, и вся история.

— Да это-то, фиг с ним! — махнула Карина рукой. — Где они, скоты, Илюху закопали — вот вопрос!

Сергей вдруг резко дал по тормозам и повернул руль вправо. Шины взвизгнули… Из-под колес выскочила кошка и стремглав бросилась через дорогу.

— Я все-таки надеюсь, что он жив, — хмуро сказал Сергей.

Карина промолчала.

Глава 3

КЛОУН И СМЕРТЬ

В доме Марка Анатольевича было темно. Машины нигде не было видно. Сергей, не останавливаясь, только чуть притормозив, проехал мимо.

— Где их носит?! — возмутилась Карина.

В окошке домика пузатого соседа Гриши горел свет.

— Небось, дозванивается до кочегарки. Надо бы предупредить.

— Не время, что характерно, — бросил Сергей, разворачивая машину в обратную сторону, но близко к дому не подъехал, а остановился на обочине на расстоянии трех домов от домика Марка Анатольевича.

Выключив двигатель, Сергей несколько секунд сидел молча, глядя вперед. Взглянув на него, Карина вдруг испугалась.

— Слушай, Сергуня, давай милицию вызовем, а?

Сергей молчал.

— Или наконец-то этой… как ее, Жанне позвоним…

Сергей молчал.

— Ну, Сергуня!.. — заныла Карина.

— Я пойду один, — наконец сказал Сергей. — Его нельзя спугнуть. Это не просто хладнокровные и бесчувственные убийцы, это убийцы с психическим отклонением. И если их испугать милицейскими мигалками, — неизвестно чего от них можно тогда ожидать. Если даже Илья еще жив, то… Каковы будут их действия?.. Я пойду один.

— Хорошо, пойдем вместе, — охотно согласилась Карина и открыла дверцу автомобиля. — Куда ты с раненой рукой?

— Ты пойми, должен кто-то остаться на воле. Если попадусь я, ты позвонишь куда следует. Договорились?

— Ну хорошо, — глядя на него и понимая, что дальнейшие пререкания бессмысленны, согласилась Карина. — Но обещай мне, что будешь осторожен?.. Тьфу! Какая пошлая глупость лезет в голову… Ну, просто пообещай мне что-нибудь!

— Обещаю, — сказал Сергей и поцеловал ее в щечку.

Карине в лицо ударила краска.

— Тогда и я обещаю, — сказала она и поцеловала Сергея в губы…

Спустя несколько минут Сергей вылез из машины, на его лице блуждала счастливая улыбка. Если улыбка эта была не идиотская, то — влюбленного человека, каким и был сейчас Сергей. Но длилось это расслабленное состояние всего несколько мгновений. Отойдя на десять шагов от машины, взгляд его сделался решительным, лицо окаменело. Глаза видели все, что происходило кругом, движения стали мягкими и упругими, как у животного. Сейчас он был неуязвим. Сейчас он был опасен.

На плохо освещенном нечастыми фонарями шоссе идущий по обочине его Сергей мало привлекал внимания и дошел до темно- синего домика Марка Анатольевича никем незамеченным. По-прежнему окна в нем были темными, и выглядел он почему-то зловеще. Возможно, потому что хранил в себе какую-то мрачную и жуткую тайну. И Сергей разгадает ее. Он не остановится ни перед чем.

Он быстро вошел в калитку и тут же бросился к первому попавшемуся дереву, слившись с его тенью. Тишина и темнота, в которой тонул дом Петрушки, могла быть обманчивой — в любую секунду могла возникнуть опасность. Иногда, тревожа тьму светом фар, по Таллинскому шоссе проносились автомобили. Сергей использовал любую возможность чтобы разглядеть окна дома. Из темноты комнат за ним могли следить глаза убийцы… Убийц. Теперь-то Сергей точно знал, что Петрушка, вопреки уверениям директора театра уродов, не одинок в своем безумии.

Ловкое, гибкое тело Сергея перебежало в тень другого дерева, потом следующего. Хотя рана на плече, которую нанес ему пузатый Гриша, при резком движении иногда ощущалась, но Сергей умел преодолеть боль, попросту не замечать ее…

Он приник к стене дома и, прижимаясь к ней спиной, обошел его кругом. Лазеек, в которые можно было проникнуть, не обнаружилось. Стекла на веранде были слишком малы. Двери закрыты надежно. Но на задней стороне дома на втором этаже Сергей заметил два окна, выходящие не в сторону шоссе, а в сторону участка густо заросшего деревьями, и там можно было, пожалуй, попробовать…

Сергей остановился у задней стены дома, расстегнул куртку. На поясе, среди ножей у него висели “железные когти”. Это были специальные приспособления для лазанья по стенам и деревьям. Когда-то в монастыре Хаймань, маленький Сергей освоил это искусство в совершенстве — давненько не приходилось ему практиковаться в этом деле. В городе среди камня и бетона “железные когти” были бесполезны. Но здесь дом был деревянный, и Сергей специально прихватил их с собой. “Железные когти” были древнейшим оружием, которое использовали в Китае в старые времена. Искусство владения ими входило в программу обучения в монастыре.

Сергей надел “железные когти” сначала на одну руку, потом на другую. Они представляли из себя длинные, почти на всю длину двух фаланг пальцев наперстки, дальше шли металлические пластины, стягивавшиеся на запястье. Таким образом, рука оказывалась как бы в железной перчатке, и только большие пальцы оставались на свободе — именно они приводили в действие скрытый внутри механизм. Сергей нажал большими пальцами на рычажки, и из концов железных пальцев вышли острые, чуть закругленные внутрь лезвия из сверхпрочного металла. Это напоминало кошачью лапу, выпустившую когти, только страшнее ее — этот коготок нес не царапину, он нес смерть. Снова нажав большим пальцем на рычажок, когти убрались, поигравшись так несколько раз: то убирая, то вновь выпуская, Сергей посмотрел вверх на окно и, приставив концы пальцев к деревянной стене дома, — выпустил железные когти. Они глубоко впились в древесину… Сергей подтянулся на этой руке и, протянув вверх свободную руку, выпустил когти из другой перчатки, втянув у первой. Со стороны это было удивительное, фантастическое зрелище, словно гигантское насекомое медленно ползет по отвесной стене вверх. С виду делал он это без особого труда. Но так только казалось. Сергею это “ползание” по стене стоило огромных усилий, кроме того, от напряжения усилилась боль в плече.