Чтение онлайн

— Погоди-ка, что-то рожа больно знакомая, — Карина взяла фотографию в руки. — Ну- ка посвети. — Сергей направил свет фонаря на карточку. — Вот этот широкоплечий… Это ж Туз.

— Да, вроде, похож, — пожал плечами Сергей.

— Я тебе точно говорю, Туз, вон и родинка…

— Это наверное дефект пленки. Откуда Марку Анатольевичу — такому приличному человеку — знать этого головореза?..

— Не знаю. А только это точно Туз.

Они положили фотографии на место и продолжили обыск.

Сначала в куче хлама, лежавшего на полу, Сергей не заметил игрушку и пронес луч фонаря мимо, но потом вернулся и, наклонившись, поднял.

— Это что, игрушка какая-то? — спросила Карина, присматриваясь. — А почему у нее лицо все разрисовано?..

— Ее лицо разрисовано так же, как были разрисованы лица убитых Петрушкой людей. Подобные разрисованные куклы я находил еще, что характерно, на месте преступлений. Это его след. Теперь для меня ясно… я уверен, что это логово Петрушки. Давай искать дальше.

Минут через пятнадцать из другой кучи тряпья Карина извлекла знакомый предмет.

— Это ботинок Ильи, — сказала она дрогнувшим голосом.

Сергей взял его и, повертев в свете фонаря, хорошенько рассмотрел.

— Нет не Ильи, это мой ботинок. Это я отдал ему свои ботинки. Я привез их из Финляндии, когда ездил за наследством. Давай искать дальше, похоже, мы на правильном пути.

— Не хотелось бы, чтобы от Ильи осталась только эта память, — грустно сказала Карина.

Они обследовали второй этаж и чердак. На чердаке нашли еще две куклы с разрисованными лицами.

— Здесь ведь наверняка и подвал имеется, — сказал Сергей.

Они, не торопясь, чтобы в потьмах не свалиться с крутой лестницы, спустились на первый этаж.

— Слушай-ка, к воротам машина какая-то подъехала, — бросив взгляд в окно, прошептала Карина.

Сергей выключил фонарь.

— Похоже это он.

Они перешли в другую комнату, откуда шоссе с машиной видно не было — окно там выходило на другую сторону.

— Ты давай, в кресло, что характерно, садись, а я возле двери встану. Если что, я его нейтрализую — толстяки неповоротливы.

Это были его последние слова, больше они не разговаривали.

Минут десять прошло в напряженном ожидании. Сергей находился в волнении. Вот сейчас откроется дверь и войдет убийца его отца… Боже! Сколько лет Сергей не мог поверить в его смерть, сколько лет искал его могилу в Китае, а она здесь… ну, он выпытает из него, где захоронены останки отца! И пусть только попробует не сказать!.. Пусть попробует!! Сергей вглядывался в темноту, напряжение казалось достигло своего апогея…

“Почему он не идет?! Почему не идет?! — думал Сергей, все тело его было напряжено как струна. Но сомнения не оставляли его в покое. — Может быть он заметил, что кто-то проник в дом?.. Но как?!.. Почему он не идет?.. Почему не идет?..”

— Сергуня! — вдруг раздался тихий-претихий шепот Карины. — Сергуня, мне страшно… Ты здесь?

— Да, потерпи немного, — ответил он и тут же напрягся.

За дверью что-то зашуршало, звякнуло…

“Только бы Карина молчала!” — пронеслось в голове.

В замке заскрежетал ключ. Сергей сжал зубы. Дверь, раскрываясь, скрипнула — в комнату ворвалась струя холодного воздуха с улицы….

На темном фоне распахнувшейся двери вырос массивный силуэт человека. Он закашлялся, сделав шаг в комнату, захрипел и захлопнул за собой дверь…

Глава 2

ВЫКОВЫРИ ЕМУ ГЛАЗА!

Неожиданно под потолком вспыхнул свет, и Сергей с Кариной, вглядевшись, увидели того самого пузатого человека, изумленно глядящего на них.

— О! Вот и Петруха пожаловал! — воскликнула Карина из кресла, щурясь на вошедшего.

Но в следующий момент в руке Петрушки блеснул металлический штырь. Он поднял его над головой и с огромной силой обрушил на стоящего справа от него Сергея.

Это было настолько неожиданно для ослепленного светом Сергея, что он не успел сориентироваться — никто не мог предположить, что Петрушка сразу без разговоров бросится драться. Сергей только боковым зрением увидел, как что-то темное поднялось и с огромной силой начало опускаться на его голову… И не миновать Сергею смерти или по меньшей мере черепно-мозговой травмы. Но не зря семь лет он провел в монастыре Хаймань, да и Афганистан не прошел для него даром. В последний момент он бросил свое тело в сторону, и сокрушительный удар металлического предмета пришелся по плечу. Острая боль пронзила все тело. Сергей вскрикнул, от боли потемнело в глазах… Он тряхнул головой, чтобы сбросить с себя отупляющую муть… Это было как тогда, в Афганистане, когда его, оглушенного взрывом ручной гранаты, взяли в плен и трое маджахедов били его сапогами, не желая тратить на него пулю. Надеясь забить насмерть… И тогда Сергей нашел в себе силы стряхнуть эту муть от боли, когда уже все равно и с ужасом ждешь только следующего удара… Да и дело даже не в боли, а в том, что она подавляет волю человека, только этим страшна боль.

Глаза Сергея прояснились, и он увидел всего в десяти сантиметрах от своего лица железный штырь, в следующее мгновение готовый размозжить ему лицо… Но поздно. Сергей уже пришел в себя. Он уклонился в сторону… конец металлического оружия просвистел в миллиметре от уха, поставил блок, выбил железяку из руки Петрушки и встал против него в стойку.

— Я служил в спецназе, — прошипел Петрушка, зло глядя на Сергея.

— Ну, ты, Петруччо, у меня сейчас получишь! — вдруг раздался вопль Карины, и ее темный силуэт метнулся на Петрушку сзади.

Но тот, мгновенно повернувшись, без труда отбил летящую ногу, и Карина, взвизгнув, полетела обратно в кресло. Но этого мгновения хватило, чтобы Сергей сделал два удара ногой: один — левой по жирному пузу Петрушки, хотя этот удар кажется не имел большого успеха, и второй — с отмашкой с боку, по челюсти. Петрушка тут же обмяк и рухнул как подкошенный.

— Как, не очень он тебя?! — встревоженный Сергей бросился к Карине.

— Терпимо, — потерла та бок. — Здоровенный бугай. Я уж думала тебе, Сергуня, каюк.