Жюльетта. Том I
Шрифт:
– Из всего, что вы мне рассказали, я могу предположить, что вы были палачом своей семьи.
– Увы, мой отец ускользнул от меня, и я до сих пор страдаю от этого. Он умер, когда я был еще слишком молод. А все остальные погибли от моей руки; я уже рассказывал вам о том, как убил мать и сестру, иногда мне хочется, чтобы они снова оказались живы, чтобы я еще раз мог испытать удовольствие, убивая их. А что мне осталось сегодня? Я могу приносить в жертву только ничтожных существ, в моем сердце больше нет прежней радости, все удовольствия кажутся мне пресными, бледными, и мне тяжело и грустно…
– Ну что вы, Минский! – воскликнула я. – Напротив, я считаю вас счастливым человеком; я также вкусила эти наслаждения, правда, не в такой мере… Ваши воспоминания, друг мой, чрезвычайно взволновали меня, и я хотела бы попросить вас об одном одолжении: позвольте мне побродить по многочисленным залам вашего замка, насладиться вашими бесчисленными прелестницами, откройте мне врата в этот безбрежный мир зла, и я удобрю его спермой и трупами.
– Я сделаю это только при одном условии: я не прошу, чтобы вы подставили мне свой зад, ибо это убьет вас, но я требую смерти вашего юноши, – сказал Минский, имея в виду Зефира.
Колебание мое продолжалось одно мгновение… Моей груди коснулось ледяное лезвие стилета.
– Выбирайте, – продолжал злодей, – или смерть или наслаждения, которыми полон мой дом.
Да, друзья мои, несмотря на свою привязанность к Зефиру, я отдала его, но разве могла я поступить иначе?