Чтение онлайн

– Они-то думают, раз я старая, то ничего не вижу, не слышу и не соображаю. А я ведь и ноженьки-то потеряла недавно, после смерти Машутки отказали.

Слезинка скатилась по старческой морщинистой щеке.

– Я первая и заметила, что со внучкой не ладно. Не глупенькая, ведь, телевизор смотрю и про наркотики слышу. Только вот поверить в это долго не могла. Все думала, что внучка приболела. Хорошая она была девочка, вспыльчивая только очень. Увлекалась всем сразу.

Возможно, Яна почерпнула бы еще какую-нибудь информацию, но в этот момент вернулась раскрасневшаяся Анна. Видимо она очень торопилась. Заскочив в комнату женщина недовольно нахмурилась и резко проговорила:

– Мама?! Что ты тут делаешь? Извини, но у меня сейчас серьезный разговор с Яной Борисовной, а тебе уже давно пора отдыхать.

Старушка только пожала плечами, вежливо распрощалась с Яной и удалилась из комнаты. Между тем Анна присела в кресло и холодно проговорила:

– Все что я вам могла сказать, уже сказано. Я считаю, что на этом разговор можно завершить.

Яна, насмешливо глядя на женщину, поинтересовалась:

– Что, именно это вам посоветовала сейчас Лилия?

Анна покраснела, как нашкодившая девчонка и опустила глаза. Удар попал в цель. Яна продолжила:

– Я думаю, что она также порекомендовала вам не скрывать знакомство, не так ли? Иначе сам факт, что вы скрываете эту информацию способен выдать вас.

– Мне не чего скрывать, – решительно проговорила Анна. Глаза ее светились такой уверенностью, что на мгновение Яна даже заколебалась, сомневаясь, а причастна ли она к убийству. Женщина казалась слишком недалекой и простой, чтобы так умело лгать, не выдав себя ни одним движением, ни одним жестом. Ведь Яна была не только очень чувствительна по отношению к эмоциональному настрою собеседника, но и обладала некоторыми психологическими познаниями. В частности она помнила, что лгущий человек выдает себя именно жестами, слишком уж честными взглядами прямо в лицо, дрогнувшим голосом. Но хотя Анна казалась Яне в данный момент откровенной и правдивой, сомнения Милославской все же остались. Поэтому она продолжила.

– Думаю, вы понимаете, что в милиции заинтересуются той информацией, которую я могу им предоставить. Вы можете выбрать – хотите ли вы отвечать на вопросы милиционеров и следователя, или предпочтете откровенно поговорить со мной. Вы сказали, что ни в чем не виноваты? В таком случае наш разговор вам не в чем не повредит, зато полностью прояснит ситуацию и поможет обнаружить настоящего убийцу. Ведь я и так уже многое знаю, хочу лишь кое-что уточнить.

Анна на минуту замолчала, обдумывая предложение. Казалось, она колебалась. Взгляд на дверь подсказал яне, что женщина мечтает посоветоваться со своей подругой. Видимо, Анна во всем и всегда привыкла полагаться на кого-то, а не принимать решения самостоятельно. В конце концов логичные доводы Яны и нежелание общаться с милицией победили.

– Что бы вы хотели узнать?

– О вашей дочке. Просто расскажите мне о ее смерти, о том, в каких отношениях она была со покойными Олегом и Сашей Тихоновым. Мне уже известно, что девочка увлеклась им. Он воспользовался ее привязанностью, чтобы приучить к наркотикам?

– Да. Ему денег хотелось, заработать на несчастье нашем мечтал. Я-то ни о чем и не догадывалась, когда она просила у меня на прогулки с подружками, на новые покупки, а потом вещи стали из дома исчезать, – Анна горько усмехнулась. Отчаяние и ни чем не сдерживаемая боль были написаны на ее лице.

– К каким наркотикам он ее приучил?

– Героин. Сначала она нюхала, а затем стала колоться.

– Затем девочка познакомила с этой стороной жизни Сашу, не так ли?

– Да. Они с детства общались, все время были вместе. Мы с Лилей даже мечтали и шутили все время, что когда они вырастут, то непременно сыграем свадьбу. Сашенька-то с ранних лет Маше во всем подчинялся и все ее прихоти исполнял. Послушный мальчик был, а моя Машутка – сорви-голова, все время в какие-то приключения попадала.

– И как же они умерли?

– Когда мы обо всем узнали, Лиля помогла устроить детей в специальную клинику. Мы в то время и не подозревали, что наркотиками снабжает их Олег. Через месяц кто-то неизвестно каким образом передал в больницу наркотики. Оказалось, что доза была слишком велика и Саша погиб. А Машутка в реабилитационном центре, узнав об этом, покончила с собой.

Сухое повествование о прошедших событиях явно не легко давалось женщине. Она даже не поднимала глаз с застывшими в них слезами.

– Если девочка умерла, то как именно вы узнали, что именно Олег снабжал ее наркотиками?

– Ее дневник, – неохотно проговорила Анна. Она вела дневник, в который записывала все: свои страдания из-за того, что Олег чуть не каждый день гуляет с новой девушкой, из-за его насмешливо-пренебрежительного отношения и мимоходом брошенных слов.

– А где сейчас этот дневник?

– Нет его, – категорично и даже с некоторым облегчением отрезала Анна. – Я его уничтожила! Никто больше не имеет права заглядывать в мысли и переживания моей девочки.

– А теперь, надеюсь, вопросы закончились. Все что только могла, я рассказала. Надеюсь, это убедило вас, что ни я, ни Лиля не имеем отношение к смерти Олега. Подобное предположение просто абсурдно!

«Чего же ты тогда так испугалась, даже побежала советоваться с подругой», – подумала Яна, но не стала высказывать это вслух. Вместо этого она распрощалась с Анной и ушла.

Идти домой к Сизовым ей уже не хотелось. Яна нашла расположенный рядом с домом телефон-автомат и отменила встречу с Дарьей Владимировной, сославшись на неотложные дела, связанные с расследованием.

Милославская понимала, что дело еще не доведено до конца, кто именно был убийцей она не знала, известен лишь мотив соседки. Но в душе ее непреодолимо росло противодействие; такого желания, охотничьего азарта, что порой пробуждался в ней, подстегивая и поддерживая тот пыл, с которым Яна расследовала очередное преступление, уже не было.

Милославская понимала, что закон должен быть превыше всего, нельзя отнимать жизнь у кого бы то ни было, но видеть эту убитую горем мать, пытавшую отомстить за своего ребенка в тюрьме она не хотела. Сложнейшая и удивительно неприятнейшая диллема стояла в данный момент перед ней: Бросить расследование, отказаться от него Яна уже не могла, но и продолжать не так уж сильно ей хотелось.