Чтение онлайн

– Вы с нами не летите?

В голосе Питбуля скрипнуло подозрение.

Странный он.

Как можно не доверять офицеру, да еще и коменданту концлагеря? Разве такой может обмануть.

– Нет, – в глазах полковника что-то блеснуло.

И я вдруг понял, что Ковач сохранил острый ум и чистоту суждений подростка, – излечившись при этом от инфантильности.

Ценный подарок, и только ты сам можешь взять его с прилавка судьбы.

– Мне еще надо в лабораторию, – пояснил полковник. – Новая, хочу взглянуть, что и как. А вы…

Его глаза вновь блеснули.

– Не хотите со мной? Это интересно.

Я пытался понять, зачем он нас приглашает.

Может, убить собрался? Запугать хочет, показывая свои владения? Но потом я заглянул в глаза Ковача, и понял, что все сложнее и проще.

Для людей из Гаагского трибунала, для тех, кто умер, там в Боснии, – он был простым военным преступником. Но на шахматной доске жизни Драган был вовсе не палачом; а созидателем.

Один собирает марки, другой – космические корабли; но что бы ты ни построил, тебе до боли захочется это показать.

Хоть кому-нибудь.

– Конечно, – ответил я.

Созидатели – гораздо опасней, чем палачи.

– Питбуль? – спросил я.

– Нет уж, – наемник покачал головой. – Подожду вас здесь; в бункер полетим вместе.

Ковач уже и забыл о нем; его распирало от рассказать.

– Вы слышали о Багряной Сфере? – спросил он. – Конечно, слышали; вы ведь наверняка обо мне наводили справки, и знаете, чем я сейчас занимаюсь.

– Артефакт из Зоны?

– Больше, чем артефакт! По легенде, она может превратить вас в бога…

Мы сели в джип Ковача. Трое солдат нас сопровождали.

Зачем ползти по земле, если вертолет под рукой? Но стальную птицу видно издалека; а полковник не хотел лишний раз привлекать внимание к своей секретной лаборатории.

– Хотите проверить, сколько правды в этой легенде? – спросил я.

– Но как? В этом-то вся и сложность. Тронуть ее первому, – слишком опасно. Вдруг она просто меня убьет.

– Или не просто, – подсказал я.

– Да, это тоже. Послать кого-то вперед себя…

Полковник усмехнулся.

– Так он ведь сам станет богом. И сразу же уничтожит меня и сферу, чтобы не плодить конкурентов. А если там остался только один заряд? Не знаю, не знаю…

– Другие бы ее просто уничтожили, – подсказал я.

– Это верно, – согласился Ковач. – Я насмотрелся на них, в концлагере. Осторожные. Ничего не делают, не подумав. Все трещат об ответственности, о разуме. Знаете, где я их видел, этих ответственных? В бараках. В расстрельных ямах. На порогах в печь крематория. Мир принадлежит тем, кто идет вперед, а не болтает об осторожности…

– Здесь раньше морг был, – пояснил Ковач. – Место хорошее. Под землей. Я привез ученых сюда, хороших.

Мы подъехали к невысокому зданию.

От него почти ничего не осталось, только развалины первого этажа. Но я знал, что там и тут засели снайперы.

– Никто не знает об этой лаборатории, – сказал Ковач.

Внедорожник остановился.

Первыми на изрытую взрывами улицу выскочили двое охранников. Я был уверен, что перед этим они получили добро по рации от коллег, которые несли караул в развалинах.

Ковач никогда не рисковал понапрасну.

Слишком много у него было врагов.

Мы шли между развалинами. Я мог поклясться, что ни нас, ни наш внедорожник не видно ни с одной точки вокруг, ни даже с воздуха.

Оглянувшись, я заметил свежую кладку, почти незаметную.

Кое-где Ковачу пришлось достраивать стену, чтобы его лабораторию никто не смог найти. Мы спустились по старым, выщербленным ступеням, и оказались возле тяжелой металлической двери.

Та медленно растворилась, – видимо, нас ждали.

– Почему лаборатория здесь? – спросил я. – В такой глуши…

– Здесь важна секретность, – пояснил Ковач. – А главное, этот образец…

Он не успел закончить.

Открылись новые двери, и мы вошли в узкий коридор. Там стояли трое солдат, в камуфляже. На коленях корчился человек в рваной одежде.

– Мы поймали его недалеко, – доложил командир дозора. – Прятался, хотел подобраться ближе.

– Хорошо, – пробормотал Ковач.

Он наклонился, и взял пленника за подбородок.

– Как думаешь, друг сердешный, отчего тебя еще не убили?

Вместо слов, тот выплюнул два выбитых зуба.

Тоже хороший ответ.

– Правильно, – вкрадчиво согласился Ковач. – Я хочу знать, кто ты и как сюда попал. Кто еще знает про это место? Сколько вас? Говори.

– Я сталкер, – ответил незнакомец.

Ковач выпрямился.

Его лицо было повернуто к пленнику, и я не сразу понял, что серб бесшумно смеется.

– Сталкер… Вы слышали, джентльмены? Здесь, на самой окраине. Где даже мутанта дохлого не найдешь, не то, что парочку артефактов.

Он схватил пленника за руку.

Тот скорчился от боли, – видно, ему уже успели сломать пару ребер. Это больно, но весьма поучительно. По себе знаю.

– Видите эти отметины?

Ковач показал мне тонкие белые шрамы, на руке пленника.

– Трофейные знаки. Столько он убил сталкеров, когда они возвращались из Зоны, с ценными артефактами.

Он вновь посмотрел на пленника.

– Никакой ты не сталкер, братец. Ты всего лишь бандит. Не любишь рисковать, сам глубоко в Зону не лезешь. Нападаешь на сталкеров, когда те устали, ранены, и защититься не могут.