Чтение онлайн

Юра вытащил из кобуры пистолет и передернул затвор.

Бателли перегнулся через настил и, захлестнув стальную струну на шее снайпера, резко рванул вверх. Тот выронил винтовку, захрипел, забился, взбрыкнул ногами, но угодил по стальной трубе, установленной вместо перил. Из перерезанного горла хлынула кровь. Убийца держал жертву до тех пор, пока та не затихла. Для верности Бателли рванул еще пару раз, рассекая шею снайпера до позвоночника, а затем выпустил удавку из рук. Труп кулем повалился на настил. Бателли легко вскочил и быстро спустился на следующий уровень. Аккуратно переступив через неподвижное тело и лужу крови, он поднял винтовку и вскинул к плечу. Действительно, обзор отменный. Хоть год здесь ползай, а лучше позиции не подберешь. Стащив с головы мертвеца наушник и микрофон, достав из кармана рацию, он нацепил их на себя и выпрямился.

Через секунду в наушнике послышалось:

— Ястреб — Беркуту, что у вас? Доложите обстановку.

Бателли не ответил. Пусть подергаются.

— Беркут! Беркут, ответьте Ястребу! Беркут!

Убийца усмехнулся и, прижав микрофон к губам, ответил:

— Беркут — Ястребу. Все идет по плану.

Ястреб подумал секунду и поинтересовался:

— Вы видите объект, Беркут?

— Да. Объект на месте. Пока осматривается.

— Хорошо, Беркут. Ждем сигнала к началу.

Отодвинув микрофон, Бателли поднял винтовку.

Гектор прошел мимо машин, уснувших у «Савоя», и остановился. В это мгновение отлепившаяся вдруг от стены «Детского мира» человеческая фигура шагнула ему навстречу. Гектор усмехнулся. Жнец. Руденко. Все верно. Он все-таки пришел. Мгновением позже за его спиной неожиданно вспыхнули фары машин. Двух или даже трех. Захлопали дверцы. Гектор даже не шевельнулся, понимая: стоит ему растеряться — и он не успеет сделать то, ради чего пришел. Но арбалетчик стоял спиной к свету, тень падала на его лицо, а Гектор хотел убедиться в том, что это именно Жнец.

— Эй! Посмотри на меня! — крикнул он.

Руденко остановился, достал сигарету и закурил. Крохотный, трепещущий на ветру огонек на секунду выхватил из темноты острый нос, тонкие губы, настороженные глаза. Зажигалка погасла.

Гектор вздохнул с облегчением, вскинул пистолет и потянул спусковой крючок.

Потянул спусковой крючок и Бателли.

Мгновением позже набегавшие сзади люди Аида накинулись на Гектора, повалили на мокрый асфальт. Выстрел раскатисто прокатился между домами и затих. Одна пуля ушла в небо, вторая — вскользь вдоль спины Гектора, оставив кровавую царапину.

И тут же взревели двигатели. Началась кровавая кутерьма. «Праздношатающийся выпивоха» и «таксист», выхватив оружие, побежали к свалке. «Выпивоха», вскинув руки, мчался через проспект. У него не оставалось времени на то, чтобы воспользоваться подземным переходом. Машины с визгом тормозили, разворачиваясь вокруг оси, ударяясь друг о друга. Скрежет металла, звон осыпающегося стекла. «Таксист» кричал в рацию:

— Четвертый, работаем!!!

Цербер побежал тоже, гаркнув на ходу в трубку:

— Уезжайте!

Темно-синий «БМВ» рванул с места. Объехал округлый пятачок — все, что осталось от памятника руководителю ВЧК, — и притормозил на мгновение у Рождественки. Через толстое пуленепробиваемое стекло Аид воззрился на потасовку.

Упав, Гектор здорово ударился об асфальт. В плече что-то хрустнуло, и острая боль пронзила его от шеи до пяток. Навалившийся сверху охранник попытался заломить ему руки, но он выворачивался изо всех сил.

— Не дергайся, тварь, — ревел плечистый детина, хватая Гектора за запястья. — Брось пистолет!

— Сейчас брошу, — жарко дыша, ответил тот.

Они катались по лужам, поднимая фонтаны брызг, молотя друг друга коленями, ногами, изворачиваясь, стараясь ударить побольнее. После особенно сильного тычка Гектор все-таки выронил «глок».

Еще один охранник устремился на подмогу коллеге, но вдруг словно споткнулся на ровном месте. В голове «гориллы» образовалась пулевая дыра, и он рухнул прямо на строительное ограждение, сбив могучим телом стальной заборчик.

«Таксист» остановился в нескольких метрах от группы охранников и гаркнул во весь голос:

— Не двигаться! Стоять на месте!

Через несколько секунд к нему присоединился и «выпивоха». «Таксист», не отводя взгляда от охранников, скомандовал:

— Вызови наших. Скажи, все под контролем. И растащи этих двоих…

— Хорошо. — Тот сунул руку за отворот замызганного плаща, выудил из недр одежд коробочку передатчика и поднес к губам.

«Таксист» усмехнулся:

— Я хорошо стреляю, ребята. Проверять не советую. Ну, что там? — спросил он напарника. Тот не ответил. — Эй, ты меня слышишь? — «Таксист» отступил на несколько шагов и изумленно опустил оружие.

«Выпивоха» лежал на асфальте, продолжая сжимать рацию в безвольных пальцах. Вместо правого глаза у него темнел сочащийся кровью провал.

— Черт! — изумленно воскликнул «таксист» и вскинул пистолет, переводя его с одного задержанного на другого. — Не шевелиться! — выкрикнул он, и в крике этом отчетливо прозвучали панические нотки. — Не шевелиться! Кто это сделал?

Ответа он не услышал. Выросший за его спиной гороподобный Артем спокойно прострелил «таксисту» голову, а через секунду и сам завалился на тротуар. Пуля, выпущенная из «винтореза», разорвала охраннику сердце.

Следующей жертвой невидимого стрелка оказался тот самый парень, что оседлал Гектора. В самый разгар борьбы он вдруг обмяк и ткнулся головой в плечо противника. На лицо Гектора закапали частые горячие капли. Преодолевая внезапно накатившую тошноту, Гектор отпихнул мертвого детину, и тот, тяжело перевернувшись на спину, завалился развороченным затылком в лужу. Гектор из стартовой позиции рванулся к пистолету, упал, подняв фонтан брызг, дотянулся до оружия и, рывком откатившись в сторону, прицелился. Руденко на месте не было. Он просто исчез, словно и не стоял несколько секунд назад в сумерках, прикуривая отсыревшую сигарету.