Чтение онлайн

Фарбо хранил молчание.

Риз пожал плечами и хлебнул спиртного, совершенно не чувствуя его вкуса.

— Послушайте, нужны вам эти данные или нет, в любом случае я рисковал, мог потерять работу, даже угодить за решетку, а вы ведь сами распорядились сообщать вам обо всех странностях, особенно таких.

— Вы что же, продаете нам то, о чем сообщают в вечерних новостях? — Фарбо затушил сигарету в пепельнице, на которой темнело название другого клуба.

— Объект, повредивший самолеты, вероятно, приземлился где-нибудь на юго-западе. Об этом-то, поверьте, знают только группа «Событие» и представители ВМС. К тому же рассказывать о ЧП в новостях не планируют, я проверял.

— Вы сказали «особенно о таких странностях». Что вы имеете в виду? — Фарбо сделал жест холеными руками, побуждая Риза без промедлений ответить.

Риз чувствовал, что этот человек опасен, намного более опасен, чем наемные убийцы, дежурившие у входа в клуб.

— Представитель «Центавра», с которым я беседовал, когда устраивался в «Событие», сказал, что наибольший интерес для корпорации представляют сведения, касающиеся НЛО в целом, особенно «Шалфея мудрецов», и что плата за подобную информацию будет соответствующая. Поэтому, если вы не намерены держать слово, я встаю и ухожу, а вы потеряете своего человека в «Событии».

Высокий легко поднялся и сел рядом с Ризом, без особых церемоний передвигая его на середину сиденья.

— Эй! — запротестовал тот.

— Ну что вы, мой друг, все наши договоренности остаются в силе. Еще я хотел бы побольше узнать о «Шалфее мудрецов». Наверняка вы провели небольшое собственное расследование. — Фарбо взялся за плечо Риза и сжал его так, что программист моргнул. — Расскажите, почему «Центавр» в этом заинтересован, и объясните, куда в сорок седьмом году подевалась целая команда людей.

По пути в Вегас Фарбо и сам попытался найти ответы на эти вопросы, но в Интернете оказалось слишком мало сведений об операции «Шалфей мудрецов», как назвали Розуэллский инцидент сороковых годов, столь обожаемый любителями баек про НЛО.

У Риза онемели руки и ноги; он поднял голову и увидел возникших словно из неоткуда и бесшумно приблизившихся к кабинке трех парней, вышибал клуба. Все были угрожающего вида, каждый, вне сомнения, представлял собой серьезную угрозу.

Музыка медленно, но уверенно нарастала. Стриптизерша на сцене скинула с себя стринги и прижала к низу живота физиономию одного из постоянных клиентов. Остальные мужчины громко улюлюкали, завидуя счастливчику. Никто не заметил, как человек в белом костюме с помощью трех верзил поднял на ноги перепуганного парня.

— Послушайте, если вы работаете на «Центавр» или на группу «Генезис», тогда вы прекрасно знаете ответы на эти вопросы, — произнес Риз, глядя на грозных захватчиков.

Фарбо сильнее прежнего сжал его плечо.

— Я хотел бы услышать вашу версию, мистер Риз. Уважьте.

— Да, но… — Риз осекся и заговорил менее воинственно. — В определенных кругах считают, что «Центавр» в смысле новых технологий извлек из события сорок седьмого года немало пользы, болтают даже о том, будто ради этой цели они убили кого-то из соотечественников. Их до сих пор хлебом не корми, дай узнать что-нибудь новенькое об НЛО.

Фарбо отпустил плечо Риза, посмотрел на вышибал, кивнул на программиста, и парни бесшумно вытащили бедолагу из будки и повели прочь.

Риз крутил головой, надеясь, что хоть кто-нибудь из посетителей обратит внимание на творящийся беспредел, но клиенты все до одного свистели и кричали стриптизерше.

Фарбо прикидывал, чего будет стоит полученная им информация за пределами «Центавра». Следовало получить дополнительные сведения и точно узнать, что именно известно корпорации. Ценные подробности можно было выбить из Риза.

Если эта история настолько волновала группу «Событие» и «Центавр», значит, Французу надлежало выяснить все до мелочей быстрее их.

Авиабаза «Неллис», штат Невада

7 июля, 23.55

Сенатор лежал на диване в своем офисе. Из-за серьезных проблем с сердцем он находился под постоянным наблюдением врача. Тот снова и снова предупреждал его об опасности разного рода эмоциональных перегрузок; после беседы с президентом, несмотря на принятые лекарства, Ли совсем лишился сил. Найлз долго ходил вокруг огромного письменного стола, поглядывая на ментора и друга, качал головой, потом наконец приблизился к дивану.

— Тебе нельзя перенапрягаться, слышишь, Гаррисон? Я серьезно говорю. Мы и так делаем все, что в наших силах: задействовали чертовы разведспутники и беспилотники, прочесываем Нью-Мексико…

Ли приподнял слабую руку.

— Ты лучше помолчи, Найлз.

— Черт знает, что такое! В конце концов, директор здесь я! Хочешь отправиться на тот свет? Попытками доказать, что это происшествие — целенаправленное нападение, ты просто вгонишь себя в гроб! — Найлз, скрестив руки на груди, принялся снова качать головой и мерить пол шагами.

Старик сел.

— Я ничего не собираюсь доказывать. Этим придется заниматься тебе.

Найлз остановился и повернул голову. Его всегда красноватое лицо было темнее обычного, очки съехали вниз.

— Что ты сказал? — Он приблизился к дивану, подбоченился, чуть наклонил голову и уставился на сенатора поверх очков. — Послушай, Гаррисон, мне нужна твоя помощь. Без фокусов, слышишь?

Ли улыбнулся.

— Я еще здесь, не волнуйся. Хотя в любую минуту меня может не стать. Здоровье, если ты заметил, совсем ни к черту. Ты самый умный человек из всех, с кем мне доводилось работать, Найлз; сам справишься.

Ли положил на стоявший перед диваном кофейный столик папку, которую все это время держал в руках. На папке с секретной информацией краснела пометка «Только для директора» и надпись жирным шрифтом «Событие № 2120 — Розуэлл».

Найлз взглянул на Ли, потом на папку.

— Сегодня на совещании я упомянул не обо всем, что было найдено в сорок седьмом на месте происшествия, но давно собирался поговорить с тобой об этом с глазу на глаз — по сути, с тех самых пор, как ты стал директором. Остальным незачем знать о том, что, возможно, началась война.