Чтение онлайн

Другими словами, несмотря на сделанные вчера громкие заявления, Феррол не собирался позволить экипажу «Дружбы» составить мнение о темпи на основе собственных впечатлений. Он хотел, чтобы это происходило на фоне личной конфронтации между ним, антитемпийским реалистом, и Романом, наемником протемпийски настроенных военных и политиканов.

И, судя по реакции Марлоу, Ферролу как минимум удалось отравить атмосферу на мостике. Причинить ей небольшой, но тем не менее ощутимый вред.

– Нашли, капитан, – сообщила Кеннеди. – Координаты девяносто шесть и четыре, пятнадцать и три. Расстояние шестьсот тысяч километров.

– Сообщите данные темпи, – сказал ей Роман. – Разворачиваемся и летим по прямой. И еще передайте Со-нгии, пусть поддерживает ускорение на ноль девяти g.

Если он рассчитывал, что, получив по носу, Феррол притихнет, это оказалось ошибкой.

– Может, мне рассчитать для них угол разворота, сэр? – спросил старший помощник. – Вдруг их так называемый компьютер сам не справится?

– Давайте выясним, так ли это, – ответил Роман. – Лейтенант, просто сообщите Со-нгии местоположение планеты, и пусть темпи сделают все остальное. – Он посмотрел на Феррола, вскинув бровь. – Если смогут, конечно.

Они смогли. Спустя примерно пять часов Пегас плавно вывел «Дружбу» на геосинхронную орбиту около Альфы.

Если Феррол и победил в первом раунде своей личной дуэли, то темпи однозначно победили во втором.

За долгие годы Роман перевидал множество планетарных ландшафтов, воочию либо на голограммах, и пришел к выводу, что почти всегда первое впечатление от буйной, экзотической цветовой комбинации чужеземной растительной жизни оказывалось сравнимо с чем-то виденным раньше.

Альфа представляла собой исключение, подтверждающее общее правило. И похожее на степь поле вокруг области приземления, и лес позади него – все было «раскрашено» исключительно в черные, белые и серые цвета.

– На мой взгляд, это просто изумительно, – высказался Элс Сандерсон, и даже заглушающая звук фильтровальная маска не помешала услышать восхищение в его голосе. – Преобладание черно-серой окраски растений позволяет предположить, как здесь идет фотосинтез. Усваивается больше энергии, в том числе и инфракрасной, чем в вариантах с хлорофиллом.

– Выглядит, однако, скучновато, – заметил Роман. – Надо полагать, все животные и насекомые тут дальтоники.

– Это, в частности, нам тоже предстоит выяснить, – ответил Сандерсон. – Хотя вы подняли любопытный вопрос: как происходит опыление, если нет привлекающих насекомых ярко окрашенных растений?

– Может, опыляют вовсе и не насекомые, – высказал предположение Роман. – Пыльца ведь может разноситься по воздуху? Или с помощью пробегающих мимо животных?

– Пыльники большинства местных растений для этого не годятся, – вмешался в разговор один из ученых. Стив Берч, по голосу определил Роман. – Кроме того, я вижу множество различных насекомых, летающих вокруг определенных типов растений.

– Мы берем образцы воздуха, – добавил Сандерсон. – Это позволит установить, выделяют ли цветы какие-либо химические соединения.

– Разумно.

Роман пробежал взглядом по разделенному на несколько окон экрану, куда передавались изображения как с камер, установленных на шаттле, так и с портативных, которые несли с собой участники десантного отряда. И выбрал одну из двух «картинок» с аналитическим столом, установленным в десятке метров от выхода из шлюзовой камеры шаттла. Он расширил это окно, и однообразно серая растительность сменилась крупным планом маленького серо-коричневого создания, выглядевшего как кошмарная смесь волчьей морды, черепашьего панциря, коротких обезьяньих ног и клешней омара; создание удерживала на столе ячеистая сеть.

– Доктор Пейтон? Как проходит изучение животного?

– Мы с Тра-мии прекрасно сработались, – ответила Мики Пейтон голосом человека, полностью поглощенного работой.

Документы Пейтон характеризовали ее как человека умеренно антитемпийской позиции, и этот факт все время беспокоил Романа, пока шаттл доставлял на планету десантный отряд. Темпи, конечно, будут пристально наблюдать за его работой, следить за тем, как бы ни произошло что-то, могущее быть истолковано как дурное обращение. Меньше всего Роману хотелось, чтобы в состав десантного отряда входил человек, способный начать дергаться под явно односторонним взглядом чужеземцев. Однако именно Пейтон возглавляла группу, которая разработала и сконструировала этот аналитический стол; он, можно сказать, был ее любимым детищем, и она не собиралась никому уступать права его первого испытания. Риск того, что на Альфе могут возникнуть трения, показался Роману менее значимым, чем риск гражданской войны на «Дружбе», и он неохотно дал свое согласие.

Однако пока, похоже, все шло гладко. Роман от всей души надеялся, что у Тра-мии хватит здравого смысла смотреть, но не вмешиваться.

– Мы уже произвели послойное сканирование, – продолжала Пейтон. – Вы получили результаты?

– Доктор Тензинг? – пригласил к разговору еще одного ученого Роман.

– Да, все видно очень хорошо, – послышался из интеркома голос шефа научного отдела. – Мы уже начали анализировать данные.

– Прекрасно. Тра-мии, как твоя рука?

– Ранение несерьезное, Ро-маа, – «провыл» темпи. – Как я уже говорил, внутренняя кожа не повреждена.

Это должно предотвратить проникновение внутрь инфекции или яда, даже если такое вот создание с клещами, как у омара, способно оказывать воздействие на физиологию темпи.

– Следи за своим состоянием и дальше, – приказал Тра-мии Роман. – Доктор Пейтон, вам уже ясно, как существо сумело сделать это?

– В смысле, как оно смогло ущипнуть Тра-мии через сеть на большем расстоянии, чем это физически достижимо? – спросила она. – Нет, пока не знаю; но, по крайней мере, вижу, что такое вполне возможно. У этого животного нет костей.

– Совсем?

– Совсем. И хрящей тоже очень мало. Его скелетный каркас более-менее напоминает органический вариант запоминающего пластика, который, по-видимому, в зависимости от потребностей может становиться то жестким, то гибким.

Роман с некоторым уважением посмотрел на создание на дисплее.

– Интересно. Как, по-вашему, это уникальный вид или норма для Альфы?

– Это выяснится буквально через минуту,– послышался новый голос.– Это Синх, капитан. Мы с Лос-тлаа вот-вот поймаем кролика.