007. Вы живёте только... трижды
Шрифт:
— Минус два, — прокомментировал Эйвери. — А дементоры ещё даже не обратили внимания на нападение.
— Спокойно, — властно простёр руку Тёмный Лорд, — всё учтено могучим ураганом, всё идёт так, как и должно быть! Всё идёт по плану! — Волан-де-Морт поднял свою волшебную палочку левой рукой и щёлкнул пальцами правой. — Помните эликсир, в котором я заставил их выварить свою одежду? Я проснулся среди ночи и понял, что — всё идёт по пла-ну…
Между тёмными пятнами, оставшимися в местах попаданий Крэбба и Гойла, засиял жемчужно-белый луч. Волан-де-Морт выставил вперёд правую руку ладонью вниз, собрал узловатые пальцы вокруг невидимого цилиндра и сделал движение, будто откручивал крышку.
— А при коммунизме всё будет зашибись, / Он наступит скоро, надо только ждать, / Там всё будет бесплатно, и всё будет в кайф, / Там, наверное, ваще не нужно будет умирать… [164] — мурлыкал себе под нос Тёмный Лорд.
Повинуясь его жесту, луч описал полукруг, взрезая древний камень с той же лёгкостью, с какой струя горячей жидкости режет пласт снега. Миг — и крыша тюрьмы отделилась от основания. При следующем ударе волны башня накренилась, крыша съехала и, подняв фонтан брызг, пошла ко дну.
164
Неизвестно, когда и где Волан-де-Морт познакомился с творчеством Егора Летова, но мысль о том, что когда-нибудь ваще не нужно будет умирать, не могла оставить красноглазого танатофоба равнодушным.
Только тут дементоры осознали, что происходит что-то нестандартное. Тёмная фигура в изодранном плаще воспарила над вскрытой башней, оценивая обстановку. В дело вступили Разия, Гиббон и Нот, мгновенно взяв одинокого дементора в кольцо.
— Наш выход, — проскрипел Тёмный Лорд и бросился вперёд.
Тройка Пожирателей Смерти промелькнула над бушующим морем и ворвалась в башню. Узкие коридоры, камеры, в которых сидели опустившиеся ниже уровня городской канализации люди, потерявшие весь интерес к жизни… Люциуса Малфоя начало медленно выворачивать наизнанку от общего ощущения безысходности, который витал в стенах древней тюрьмы. («В стенах», а не «под сводами», потому что, строго говоря, сводов-то уже и не было).
— Беллатриса!
Короткое заклинание сбило чисто номинальный замок, дверь камеры распахнулась. Оттуда выпрыгнула кричащая, грязная, оборванная фигура со спутанными волосами:
— Мой Лорд!
— Тихо, тихо, девочка, — Лорд Волан-де-Морт провёл пальцами по спутанной шевелюре Беллатрисы и прижал её к себе с гримасой отвращения на лице: — Тебе бы помыться…
— Как прикажет мой повелитель, — покорно кивнула Беллатриса и попыталась скинуть с себя дурно пахнущее, заскорузлое рубище, служившее тюремной робой.
— Не здесь! — поспешно встрял Люциус Малфой и бросил Беллатрисе волшебную палочку. — Магию ещё помнишь? Нам надо вытаскивать своих!
— То есть по-быстрому круциатнуть Подмора не получится? — осклабилась Белла, хватая палочку. — Его в соседнюю камеру засунули. Вон он, бедняжка, сидит, страдает, пытается выложить из букв «П», «Ж», «О» и «А» просьбу о помиловании…
— Нет! Нельзя круциатить Подмора, он вообще за нас, только сам этого ещё не понял! И вообще никого не надо круциатить, а то на свежую боль — знаешь, сколько дементоров сбежится?
— А если заавадить кого-нибудь? Ну, кого не жалко? Это быстро… — Белла провела языком по губам. — Ну, пожалуйста! Они даже почувствовать ничего не успеют. Ну, дементоры, в смысле.
— Белла, прекрати, — рявкнул Волан-де-Морт. — Никого не авадить, никого не круциатить, никого не империть вплоть до особого распоряжения! Быстро освобождаем наших — и сматываемся; я удивлён, что нас вообще ещё не пытаются остановить! Где твой рогоносец, ты знаешь?
— Родольфус-то? Два пролёта вниз, первая дверь налево, стучать три раза. Если ответит женский голос, сказать, что ошиблись дверью.
— Эйвери, займись! А Рабастан?
— Один пролёт вниз, вторая дверь направо, под шконкой в углу у параши!
— Люциус!
— Понял, ваше тёмнолордство!
Сверху горохом посыпались остальные члены команды Пожирателей. Крэбба и Гойла привели в чувство, но взгляд у них всё ещё был расфокусированный.
— Беллочка, сколько лет, сколько зим! А ты всё хорошеешь! Тебя бы только помыть, приодеть, расчесать, кожу в порядок привести, причёску нормальную сделать, брови выщипать, маникюр, педикюр, корсет, подштукатурить слегка, что-нибудь эдакое в волосы вплести — и вполне можно на бал выпускать! Как раз Хэллоуин на дворе.
— Ах, Нот, проказник, ты всё так же галантен! Погоди, что значит — Хэллоуин? Я тебя сейчас!..
— Белла, фу!
— Пардон, мой лорд, но этот упивающийся с-с-с…
— Я сказал, фу!!!
— Да, мой лорд!
— То-то же. Где остальные, ты знаешь?
— Долохов где-то на пятом уровне, мы только на прогулках виделись. Мальсибер и того ниже, на втором. Роквуд где-то рядом с Рабастаном сидит. Трэверс…
В проёме между перилами появилась всклокоченная голова Эйвери:
— Лорд, у нас гости!
Лорд Волан-де-Морт, на лице которого радость от обретения старых последователей всё ещё смешивалась с отвращением от их внешнего вида, мгновенно собрался и посерьёзнел:
— Ребята… И девчата… К бою. Мы репетировали этот момент на учениях сотню раз…
— Ахха, мой лорд, я даже почти запомнил, что делать! — осклабился Гойл.
— Вот и проверим! — скривился Волан-де-Морт. — Атакующий ордер номер два! Крэбб, Гойл, — на фланги, Кэрроу — в центр, вперёд, вперёд, вперёд! Белла, за мной!
— Да, мой лорд! — звенящим от экстаза голосом воскликнула Беллатриса. — Поперёк батьки — никогда, но вот за батькой — хоть в пекло, лишь бы он первым шёл!..
Компактное построение помчалось по ступеням лестницы вниз. У некоторых дверей группа останавливалась, ощетиниваясь палочками во все стороны, заклинания сшибали замки, и новые оборванные, грязные, но несломленные Пожиратели Смерти вливались в тесные ряды команды.
Абсолютно деморализованные дементоры, никак не ожидавшие нападения на собственную твердыню, рискнули дать бой только в самом низу, на втором надземном уровне. Жёлто-чёрная ленточка с надписью «Проход воспрещён!» преграждала путь, из-за этой импровизированной баррикады высовывались тёмные фигуры в рваных плащах: