Чтение онлайн

— Благодарю вас, профессор Амбридж, за ваше содержательное выступление, — расплылся в улыбке бешено аплодирующий Дамблдор. Джеймс Бонд решил, что эта улыбка настолько же настоящая, как плавающая в воде золотая монета.

— Это уж точно, что содержательное, — скривилась Гермиона.

— Ну и нудятина! — Рон сделал вид, что его тошнит в тарелку Джинни. — Одна из самых занудных речей, которые я слышал. А я ведь рос вместе с Перси.

— Перси — это твой брат? — уточнил Джеймс, переваривая речь Долорес Амбридж.

— Да, — кивнул Рон, — тот самый, который вместо плаката какой-нибудь квиддичной команды или, на худой конец, полуголой ведьмочки повесил над кроватью увеличенный до размера ковра плакат со сводной таблицей стандартов стенок котлов.

— Скажите, а кто составлял программу обучения? — поинтересовался Бонд, по-прежнему раздумывавший над речью Амбридж.

— Каждый учитель обучал нас тому, что казалось важным ему самому, — ответила Гермиона.

Джеймс и Гермиона переглянулись.

— Это всё очень, очень плохо, — прошептала она с крайне озабоченным выражением лица.

— Может, ещё обойдётся, — неуверенно ответил ей суперагент. — Это же школа. Тут полным-полно бюрократии. Бюрократия замечательно умеет защищаться от любых попыток атаковать её.

— О чём вы говорите? — не выдержала Джинни, отчаянно ревнуя.

— «Прогресс ради прогресса поощрять не следует», «безжалостно искоренять то, чему нет места в детской школе», «кровавые ошмётки», — процитировал Бонд. — Чем вы слушали? Эта Амбридж — замминистра магии! Высокопоставленная шишка из организации, противостоящей директору школы, назначена простым учителем в эту самую школу, имея потенциальные средства давления на директора! А ещё она предупредила нас о надвигающихся переменах! Вы что, не поняли, что она только что сказала?!

— Я даже не понял, что ты только что сказал, — пояснил Рон.

— Рон, представь себе две банды. Нет, это слишком сложно. Представь себе две квиддичные команды. Формально они соперники, но одна из команд дождалась, когда вратарь второй получит травму, надавила на её руководство и ввела во вторую своего игрока.

— Это плохо, — разом посерьёзнел Рон. — Он сможет пропускать голы.

— Это то, что происходит здесь, — Бонд указал широким жестом на учительский стол. — Министерство магии с Дамблдором на ножах. Ну, в переводе на понятный тебе язык, на авадах кедаврах. Но Дамблдор — всего лишь директор в одном из заведений народного образования, а ответственность за образование народа лежит на Министерстве магии, поэтому Дамблдор формально подчиняется Министерству. Это дало возможность Министерству ввести в команду Дамблдора своего игрока. Зуб даю, не пройдёт и двух месяцев, как выяснится, что полномочия этой Амбридж ограничены только её фантазией. Она разломает команду Дамблдора изнутри, рассорит учителей, восстановит учеников против них, и каждый раз, когда успеваемость начнёт падать, будет пользоваться этим для очередной дискредитации Дамблдора и для придания себе новых полномочий. Когда школа развалится окончательно, Дамблдора обвинят в несоответствии занимаемой должности и с почётом выпрут на пенсию, оторвав его от рычагов влияния. За год, максимум — за два, Дамблдор будет отстранён от работы, оторван от всех мало-мальски значащих источников информации и рычагов влияния, лишён всех постов и превратится в дряхлого пенсионера с большим запасом интересных историй. Своей речью Долорес Амбридж только что от имени Министерства объявила Дамблдору войну.

— Ты думаешь, Министерство под контролем Сам-Знаешь-Кого?! — прикрыла рот ладошкой Джинни.

Бонд серьёзно обдумал такую возможность.

— Пока ещё рано говорить, — ответил, наконец, он. — Но, скорее всего, нет. Корнелиус Фадж просто хочет остаться на своём посту и опасается усиления Дамблдора. Таким образом, у нас есть не два, а три центра тяжести в системе: Дамблдор, Сами-Знаете-Кто и Министерство магии. Они все стараются подставить друг другу подножки: авроры по-прежнему гоняют Пожирателей Смерти, Фадж использует свои средства, чтобы вывести Дамблдора из игры, Дамблдор со своим Орденом пытается добраться до Сами-Знаете-Кого и защищается против Министерства, а Волан-де-Сами-Знаете-Кто хочет захватить власть, и борется со всеми. Три силы, три ключевых игрока, три центра.

— И что же нам делать?

— Учиться и сдавать экзамены, конечно, — пожал плечами Бонд, но подумал совсем о другом. Когда весы колеблются, чтобы постоянно оставаться наверху, достаточно всего лишь вовремя перепрыгивать с чаши на чашу. — И ни в коем случае не допустить победы Министерства, по крайней мере пока мы не разберёмся с Сами-Знаете-Кем. Если Дамблдор — единственный, кого опасается Сами-Знаете-Кто, мы не можем допустить, чтобы Дамблдора выгнали из школы, в которой мы жив… В смысле, чтобы его сняли с доски.

Быстрый взгляд по сторонам разочаровал Бонда, — тот обнаружил, что он не обладает монополией на мозги в этой школе. За другими столами выделялись группки школьников, явно обсуждавших речь новой учительницы.

Тем временем Дамблдор объявил об окончании ужина, и ученики зашумели и засуетились, двигаясь к выходу. Гермиона взволнованно вскочила на ноги:

— Рон, мы должны показать первокурсникам дорогу!

— Ах да, — сказал Рон, который явно про это забыл. — Эй, вы, мелкота! Духи, ко мне! Стоять, когда с вами дед разговаривает!

— Какой ты дед, ты максимум черпак, — отвесил младшему брату подзатыльник Фред, нимало не гнушаясь уронить его авторитет перед первокурсниками. Рон покраснел:

— Ты! Ты чё лыбишься? Тебе что, очень смешно? А вот я тебя сейчас в Запретный Лес отправлю, там тебе совсем не весело будет! На своей шкуре узнаешь, почему он Запретным называется. А чучелку твою мы в вестибюле поставим, в назидание грядущим поколениям, чтобы знали, как смеяться над старостой! Ну что, тебе всё ещё смешно, салага?

— Вообще-то да, — ответил мальчуган, едва сдерживая смех при виде пыжащегося Рона.

— Стоять! Молчать! Я тебя сейчас… — У Уизли чуть пар из ушей не пошёл. — Встань передо мной, как лист перед травой!

— Ты бы рассказал детально, как надо встать, — посоветовала ему Гермиона, прыская в ладошку. — Это ж первогодки, у них ассоциативные ряды послабее твоего.

Бонд взглянул на багрового Рона, на Гермиону, на покатывающихся Фреда с Джорджем, на Невилла, сжимающего свой прыщавый кактус, и решительно подошёл к группе первокурсников, оттирая плечом Уизли:

— Слушайте меня, первоклашки. Я ваш старший товарищ, пятикурсник Гарриот Джеймс Поттер. Да, тот самый. Разговорчики в строю! Встаньте смирно, вытяните руки по швам. Стойте ровнее! Грудь вперёд, живот втянуть! Вы — гриффиндорцы, адепты самого крутого факультета в этой богом забытой школе, поэтому гордитесь этим! Покажите мне, как вы гордитесь!

Джеймс прошёлся вдоль замершего импровизированного строя первокурсников, критически осматривая их. Те ученики, которые ещё не покинули Большой Зал, замерли, с интересом наблюдая за представлением. Бонд кожей ощущал взгляды со стороны учительского стола: оценивающе-заинтригованный взгляд Дамблдора, взгляд Амбридж, наполненный интересом и презрением, взгляд Снегга, вызывающий желание брезгливо отряхнуться…