Чтение онлайн

— Вы забыли еще кое о чем, адмирал, — решился вставить я. — Ко всему вами сказанному необходимо добавить, что еще я повсеместно знаменит своей трогательной любовью к детям.

— Прошу меня простить, Калверт, я понимаю, что вам могло быть не очень приятно все это слушать, но я должен был это сказать. Если Шарлотта сочла необходимым вернуться и извиниться перед вами, я счел необходимым сказать ей пару слов правды о вас.

— Ну, я думаю, что Шарлотта вернулась сюда не только по этой причине, но еще и потому, что ее пожирает женское любопытство, куда это мы направляемся.

— Вы не возражаете, если я закурю? — спросила Шарлотта;

— Если вы не будете чиркать спичками перед моими глазами.

Она закурила сигарету и сказала:

— Вы угадали, меня действительно пожирает любопытство. Но не по поводу того, куда мы направляемся, это я знаю. Мы идем к Лох Хаурону, вы же сами мне об этом сказали. Зато я хотела бы знать, что здесь происходит. Что означает эта страшная таинственность? Эти ваши странные появления на «Шангри-Ла»? Что именно оправдывает убийство трех людей за один вечер? Кто вы, собственно, такие и что здесь делаете? По правде говоря, сэр Артур, я никогда не верила, что вы являетесь представителем ЮНЕСКО, теперь я утвердилась в этом. Может, вы мне ответите? Кажется, я имею право знать правду.

— Не говорите ей ничего, — посоветовал я дядюшке Артуру.

— А почему бы нет? — засопел дядюшка. — Хочет этого или нет миссис Скаурас, но мы действительно сидим в одной лодке. А кроме этого, она действительно имеет право все знать. Впрочем, через несколько дней вся эта история и так перестанет быть тайной.

— Вы не подумали об этом, сэр, когда угрожали сержанту Макдональду за разглашение государственной тайны.

— Это так. Но я сделал это, чтобы он не осложнил все дело, рассказывая направо и налево обо всем… А миссис Скаурас… Я хотел сказать, Шарлотта… Она не может этого сделать, я совершенно убежден в этом. Шарлотта наш милый и старый друг, я ей абсолютно доверяю. Она должна все знать.

— У меня такое впечатление, — сказала Шарлотта спокойно, — что ваш сотрудник, адмирал, не очень меня любит. А может, он вообще не любит женщин?

— Очень люблю, — ответил я. — Я только хотел напомнить адмиралу одно из его золотых правил: «Никогда, никогда, — я не помню, сколько должно быть этих «никогда», но не меньше пяти, — ничего никому не рассказывать без абсолютной необходимости». В данном случае я не вижу этой абсолютной необходимости.

Дядюшка Артур закурил одну из своих отвратительных сигар, показывая тем самым, что он совершенно меня игнорирует. Его золотые правила, естественно, никак не распространялись на представителей британского высшего света.

— Дорогая Шарлотта, — сказал он, закурив, — речь идет об исчезновении судов. Точнее, пяти, не считая некоторого количества совсем, мелких.

— Также пяти, — уточнил я.

— Именно так. Пятого апреля этого года на южном побережье Ирландии продал пароход «Холмвуд». Тут было ясно, что речь идет о пиратском нападении. Команда содержалась в укрытии два или три дня, после чего была отпущена на волю, целая и невредимая. Самого парохода больше никто никогда не видел. Двадцать четвертого апреля в канале Сен Джордж бесследно пропало моторное судно «Антара». Семнадцатого мая такое же судно, «Хэдли Пайонир», исчезло у северного побережья Ирландии. Шестого августа торговое судно «Хуррикэн Спрэй» покинуло порт Клайд и исчезло. Наконец, в последнюю субботу та же судьба постигла «Нантсвилл» вскоре после того, как он покинул Уэксфорд. Во всех случаях команда вернулась. У всех этих судов была еще одна общая черта — все имели на борту ценный груз. В трюмах «Холмвуда» находилось южноафриканское золото стоимостью более двух с половиной миллионов фунтов. На «Антаре» — неошлифованные бразильские алмазы для промышленных целей. Их цена — полтора миллиона фунтов стерлингов. На «Хэдли Пайонир» было почти на два миллиона фунтов ошлифованных и неошлифованных изумрудов из Колумбии. «Хуррикэн Спрэй», который шел из Роттердама в Нью-Йорк с остановкой в Глазго, имел на своем борту более трех миллионов фунтов в ошлифованных алмазах. Наконец, «Нантсвилл» имел на борту золотые слитки стоимостью восемь миллионов долларов. Это были резервы, затребованные Министерством финансов Соединенных Штатов.

Мы понятия не имеем, от кого пираты получают информацию. Выбор судов, даты и порты отправления и прибытия, стоимость грузов — все держалось в строгой тайне. И все-таки пираты были точно информированы. Калверту кажется, что он уже знает источник информации. Но уже после того как исчезло третье судно, было ясно, что мы имеем дело с прекрасно организованной бандой.

— Вы хотите сказать, что Имри замешан в это дело? — спросила Шарлотта.

— «Замешан» — не то слово, — сухо сказал дядюшка Артур. — Нельзя исключить, что именно он является мозгом всего дела.

— Не будем забывать о нашем старом приятеле Скаурасе, — добавил я. — Он тоже увяз в этой истории по уши.

— Вы не имеете права утверждать это! — немедленно запротестовала Шарлотта.

— Не имею права? — спросил я. — А почему? С чего это вдруг вы кидаетесь защищать этого мастера кнута? Кстати, как там ваша спина? Или это такой пустяк, что вы давно о нем забыли?

Она молчала. Дядюшка Артур также молчал, но это было совсем другое молчание. После паузы он продолжил:

— После исчезновения «Хэдли Пайонир» у Калверта подвилась идея укрыть наших людей, вооруженных передатчиками, на некоторых судах, транспортирующих ценные грузы. Как вы понимаете, мы без труда получили согласие судоходных компаний и заинтересованных правительств. Наши агенты с необходимым запасом провизии укрылись в трюмах или в других подходящих помещениях. Только капитан знал о них. В определенное время они подавали сигналы, длящиеся по пятнадцать секунд. Эти сигналы принимали специальные станции, расположенные вдоль атлантического побережья в тех районах, где были найдены команды пропавших судов, а также радарные устройства «Файркрэста». Наш «Файркрэст», дорогая Шарлотта, судно особенное во многих отношениях… — я уже было подумал, что он начнет хвастаться своими достижениями в проектировании, но, к счастью, он вовремя вспомнил о моем присутствии. — Эти сигналы помогали нам следить по карте за интересующими нас объектами, — продолжил дядюшка Артур. — Между семнадцатым мая и шестым числом августа ничего не произошло, никаких нападений. Скорее всего, им помешали светлые и короткие ночи. Шестого августа пропал «Хуррикэн Спрэй», на борту которого не было наших агентов. Мы располагали только тремя командами. Но двое наших лучших агентов находились на «Нантсвилле», корабле, который в субботу вышел из Уэксфорда, а несколькими часами позже, при выходе из канала, был захвачен пиратами. Бейкер и Дельмонт сразу стали подавать сигналы, и мы их получали каждые полчаса. Калверт и Ханслет ожидали в Дублине, когда…

— Да! — прервала Шарлотта. — Но где мистер Ханслет?

— Мы до этого доберемся. «Файркрэст» вышел наконец из гавани, но, вместо того чтобы следовать за похищенным «Нантсвиллом», он шел перед ним предполагаемым нами курсом. У мыса Кинтайр они собирались остановиться и ждать «Нантсвилл», но с юго-запада надвинулся шторм, и «Файркрэст» вынужден был искать тихое место. Когда «Нантсвилл» подошел к мысу Кинтайр, наш радиопеленг показывал, что он по-прежнему движется на север, так что предполагалось, что он обогнет мыс с запада. И Калверт пошел на риск: он поплыл на север, к озеру Фрайн, а оттуда — в канал Кривая.

Ночь ему пришлось провести в бассейне Кринана, так как вечером шлюзы закрывают. Он, конечно, мог приказать их открыть, но не хотел этого делать, так как ветер к ночи достиг десяти баллов и сменил направление, а судно такой величины, как «Файркрэст», не может при таких условиях покинуть Кринан, если у членов его команды есть семьи и дети. Впрочем, если нету, то тоже не может.

А «Нантсвилл» тем временем свернул на запад и ночью вышел в Атлантический океан. Мы уже решили было, что потеряли его. Теперь-то мы понимаем, зачем они предприняли этот маневр: это был лучший способ борьбы с западным ветром, а к тому же они вовсе не хотели весь следующий день маячить у берегов. Они предпочитали прийти к месту своего назначения прямо из открытого моря после захода солнца. Ночью погода несколько успокоилась. Калверт покинул Кринан на рассвете, в то самое время, когда «Нантсвилл» свернул, на восток. Бейкер и Дельмонт по-прежнему каждые полчаса подавали сигналы. Последний мы получили в двадцать два часа двадцать минут. А потом наступила тишина.

Дядюшка Артур сделал паузу, и его сигару на мгновение осветила темную рубку красным огнем. С этими сигарами он мог бы составить себе состояние, предложив судоходным компаниям услуги по дезинфекции торговых судов. После паузы он продолжил свой рассказ, но уже в гораздо более быстром темпе, словно все дальнейшее доставляло ему только страдание, в чем, впрочем, я и не сомневался.

— Мы не знаем, что там произошло. Возможно, они выдали себя неосторожным поступком, но я в этом сомневаюсь. Быть может, кто-то из пиратов случайно нашел их укрытие, что, скорее всего, тоже вещь невозможная, так как тот, кто случайно наткнулся на таких агентов, как Бейкер и Дельмонт, уже не имел бы возможности наткнуться на них вторично. Калверт считает, что радист пиратов по несчастной случайности настроился на ту волну, на которой работали Бейкер и Дельмонт, как раз в те пятнадцать секунд, которые длился сигнал. В таком случае пиратам воистину повезло. Хотя при такой близости передатчиков у радиста должны были при этом лопнуть барабанные перепонки… Ну, о дальнейшем можно легко догадаться. Последние данные указывают, что «Нантсвилл» шел курсом 082, то есть по направлению к озеру Хаурон, Правдоподобное время прибытия — заход солнца. Калверт, мог с легкостью добраться туда, его дорога была, в три раза короче, чем у «Нантсвилла», но он предположил, что Имри, раскрыв Дельмонта и Бейкера, догадался, что мы следуем за ним и знаем его цель. Он также считал, что если «Нантсвилл» будет и дальше идти своим курсом, то он способен послать на дно с помощью выстрелов или тарана любое судно, которое попытается помешать ему войти в Дох Хаурон. В результате всех этих рассуждений Калверт поставил «Файркрэст» на якорь в бухте Торбэй, а сам отправился на разведку, и, когда «Нантсвилл» действительно появился у входа в Лох Хаурон, он уже был там в надувной лодке с мотором в костюме для подводного плавания. В ночной темноте Калверту удалось подняться на борт «Нантсвилла», впрочем, название корабля было уже изменено, одна мачта демонтирована, надстройки перекрашены, флаг, под которым он шел, сменен. И все-таки это несомненно был «Нантсвилл».