Чтение онлайн

Наказание всегда должно считаться не с прошлым, а с будущим, ибо оно есть выражение не гнева, а предосторожности. [1791]

Самый обидный род мести – признать обидчика недостойным нашей мести. [1792]

Многие, ища возмездия за легкие обиды, сами делают их более глубокими для себя. Велик и благороден тот, кто спокойно слушает лай мелких собачонок, как крупный и сильный зверь. [1793]

Обиды от власть имущих нужно сносить не просто терпеливо, но с веселым лицом: если они решат, что и впрямь задели вас, непременно повторят. [1794]

Стоит прислушаться к примечательным словам человека, состарившегося в услужении у царей. Когда кто-то спросил его, как ему удавалось достичь столь редкой при дворе вещи, как старость, он отвечал: «Я принимал обиды и благодарил за них». [1795]

Ссориться с равным рискованно, с высшим – безумно, с низшим – унизительно. [1796]

В душах, развращенных большим успехом, есть самая скверная черта: они ненавидят тех, кого обидели. [1797]

Так все слабые существа: если до них только чуть дотронуться, им кажется, что их уже ударили. [1798]

Пускай кто-то сердится: ты в ответ сделай ему что-нибудь хорошее. Вражда сама угаснет, если од на из двух сторон откажется ее поддерживать: сражаться могут лишь двое равных соперников. [1799]

Если человек подошел к зеркалу, готовый перемениться, значит, он уже переменился. [1800]

Если мы полагаем, что кто-то выказал нам презрение, мы не можем не быть мельче его. [1801]

Мщение есть признание, что нам больно. [1802]

Обидчик либо сильнее тебя, либо слабее; если слабее, пощади его, если сильнее – себя. [1803]

Есть люди, не желающие браться за легкие дела, но желающие, чтобы все, за что они ни возьмутся, давалось легко. [1804]

Самые тяжелые и неукротимые от природы характеры терпеливы к ласке. Ни одно существо не бросается в испуге на того, кто его гладит. [1805]

Борьба питает сама себя и не выпускает того, кто слишком глубоко в нее втянулся. Легче удержаться от ссоры, чем потом из нее выйти. [1806]

По старой поговорке «усталый ищет ссоры»; то же можно сказать и об изнуренном голодом или жаждой, да и обо всяком другом, сильно чем-нибудь удрученном человеке. (…) Пораженная недугом душа возмущается от любой мелочи, вплоть до того, что простое приветствие, письмо, вопрос или несколько незначащих слов вызывают иных людей на ссору. [1807]

Усталым глазам полезно смотреть на зелень. [1808]

Не полезно все видеть и все слышать. Нас миновали бы многие обиды – ведь большинство из них не задевают того, кто о них не знает. Ты не хочешь быть гневливым? – Не будь любопытным. [1809]

Большинство людей сердятся из-за обид, которые они сами сочинили, придавая глубокий смысл пустякам. [1810]

Гнев приходит к нам часто, но чаще мы приходим к нему. [1811]

Пока ты в гневе, тебе не должно быть дозволено ничего. Почему? Именно потому, что ты желаешь, чтобы было дозволено все. [1812]

Разгладим лицо, сделаем голос тише, а походку – медленнее; постепенно в подражание внешнему преобразуется и внутреннее. [1813]

Всякое возмущение подневольного человека обращается ему же в мучение. (…) Нет такого тесного ярма, которое не причинило бы меньше боли тому, кто влачит его, чем тому, кто пытается его сбросить. [1814]

Если благоразумный человек сказал что-то неприятное нам – поверим ему; если дурак – простим. [1815]

Признак истинного величия – не ощущать ударов. Так огромный зверь не спеша оглядывается и спокойно взирает на лающих собак. [1816]

Все, что не нравится нам в других, каждый из нас может, поискав, найти в себе самом (…) Нужно быть терпимее друг к другу, нам приходится жить дурными среди дурных. [1817]

Гневаемся все мы дольше, чем ощущаем причиненную [нам] боль. [1818]

Иногда боль, а иногда случай делают слабого сильнее самого сильного. [1819]

Большая часть того, что вызывает в нас гнев, – ото препятствия, а не удары. [1820]

Неправость нашего гнева делает его более упорным: мы расходимся все пуще и не желаем перестать, словно сила нашей вспышки может служить доказательством ее справедливости. [1821]