Ангел
Шрифт:
(-ним [?] — Суффикс, который делает обращение более вежливым.)
— Хорошо, — кивнул кэп, — горячее питание успокоит пассажиров.
— Сонбэ-ним, а как состояние раненого? — заботливо уточнила старшая смены и невесело докладывает: — Мы проверили аптечки. Везде стандартные наборы и перевязочные материалы.
— Искать больше не нужно, медикаменты нашлись, — ответил кэп и хмуро бормочет: — Объявились… Откуда не ждали…
— Это же замечательно, сонбэ-ним!
— Так и есть, — опомнился кэп, — состояние пострадавшего стабильное. Должен выжить, по прогнозам врача.
— Доктор нашёл лекарство, — обрадовалась старшая смены, — как удачно!
— Нет, это был не врач… — задумчиво ответил кэп и смотрит на молодую стюардессу: — Новой пассажирке на восемь «E» удели максимальное внимание.
— Очередной пакс из эконома, — милашка нахмурилась и отвернулась в сторону. Она тихо вздыхает: — Скоро всех пересажают в бизнес, как одной управиться…
— Со всей ответственностью, — наставляет капитан, — нам очень повезло, что делегацию отменили и нашлись свободные места. Кто отвечает за пассажиров в бизнесе? — задав вопрос, пожилой кореец строго изучает молодую стюардессу: — Справишься?
— Йе, сонбэ-ним! — звонко отозвалась милашка.
(Йе [?] — Да.)
Девушка выпрямила осанку, на румяном личике полное согласие с мнением начальства и готовность ринуться в бой.
— Подождите, сонбэ-ним! — воскликнула старшая смены. — Но место восемь «E» рядом с ненормальным! Кто в здравом уме туда сядет?!
— Очень необычная девушка в тёмных очках, — уточнил кэп. — У неё ужасное лицо, — пожилой кореец хмыкает, — она вся в крови!
Обе стюардессы уставились на капитана, широко раскрыв глаза, на испуганных мордашках сомнение в услышанном.
— В… в… в крови? — опомнилась старшая.
— Именно.
— Очередная пострадавшая?!
— Что?… Нет! Это она успокоила дебошира. И возможно, спасла многих в экономе.
— Девушка в крови, сонбэ-ним? — тихо пискнула милашка. — Так и ходит? Окровавленная?!
— Невозмутимо передвигается! — сухо подтвердил кэп. — А в таком виде разгуливать нельзя! Она пугает окружающих!
— Это очевидно… — согласилась с кэпом старшая смены.
— Заставь привести внешность в порядок, — приказал кэп и строго смотрит на младшую стюардессу.
— Мне… Заставить… Её… — бормочет милашка и белеет личиком: — А к-как… Н-нужно убедить? Она же не специально?! Ходит в крови…
Пожилой кореец рассматривает зависшую девушку, пока та моргает круглыми глазками, его строгое лицо выражает сомнение в адекватности милашки.
— Сонбэ-ним, а кто эта девушка? — поинтересовалась старшая смены.
— Наземные службы разберутся, — ответил кэп. — Наша задача доставить всех в пункт назначения, давайте сделаем это без дальнейших происшествий.
Капитан открыл люк, ведущий в кабину пилотов.
— Не забудьте нам свежий кофе, — звучит требование напоследок.
— Йе, сонбэ-ним, — парочка удивленных голосов проводила спину в белой рубашке.
(Тем временем) Борт «КЕ710». Над Республикой Корея.
Кресло у иллюминаторов шикарное! Комфорт даже на глаз виден. Не отказываю себе в удовольствии и балую тушку мягкой кожей. Мы заслужили!
И пофиг, что я занимаю чужое место. На крайняк есть отговорка: меня потряхивает от недавнего и мне сложно держать равновесие. Так вот! Или это голодный желудок напоминает о себе? Фигня вопрос. Конечно же, я выберу последнее, а не дурацкую трусость! Всё из-за недостатка еды… Агась! Подкрепиться нужно давненько, заесть стресс…
Удивительно, но меня оставили в покое. Необычная компашка потопталась у раненого и разошлась. Только кэп мазнул внимательным взглядом. И правильно! Чего им ещё делать? Бритый стопроцентно отрубился, что ожидаемо, после ударной дозы лекарства. Проглот фигов…
— Эх, — грустно шмыгаю носом. Нужно отвлечься.
Поудобнее ёрзаю на мягкой коже. Кресла в бизнесе классные! Широкий простор и трансформация в спальное место, всё работает через кнопки подлокотника. Автоматика! До чего дошёл прогресс.
Раз я наглею, усевшись без спросу, то оттянусь на полную! Мне удалось разложить кресло вертикально. Даже в таком виде, места хватает с запасом. И никаких коленок, ноющих от тесноты эконома.
Из боковой ниши соблазнила круглая подушечка и матерчатое одеяло. Чего им скучать одиноко? Пусть составят мне компанию.
А самая круть — это массаж поясницы! Его нарисовали на кнопочке посередине. Скидываю толстовку и наслаждаюсь мягкими роликами, разминающими спину.
— Ка-а-айф! — тихо признаю.
Удобное кресло расслабляет тушку. Все неприятности забыты, а проблемы отошли на второй план. Греюсь под пушистым одеялом и балдею от удовольствия. Как же хорошо жить…
Замечаю появление стюардессы в проходе: красавица немногим старше милашки из эконома… Может, просто личико строже. Голубая форма одинаковая, а прическа другая, из под каштановых волос смотрит раскосый взгляд.
Похоже, сейчас попросят на выход. Побаловались и хватит… Грустно вздыхаю и откидываю одеяло. Жаль, конечно! Здесь путешествовать гораздо круче. Цены на такие места, правда, улетают в космос! Но хорошие вещи стоят денег…
Печально хмыкаю и привожу кресло в вертикальное положение. Совсем не хочу тащиться в дурацкий эконом! Жесткая обивка тамошних сидений теперь будет натуральным мучением, после всех благ цивилизации…
Харэ строить из себя неженку! Усмехаюсь и поднимаю взгляд на стюардессу. Ну давай! Выгони меня.
Девушка внимательно осматривает соседа. Чудик двигает тазом и мычит. Герой-любовник, фигов… Парень-сосиска по-прежнему неадекватен и крепко связан, именно сохранность узлов волнует стюардессу.