Ангел
Шрифт:
— С дороги, утырок! Шевели поршнями! Это не тебе! Больше никому не сообщай!
— Я первый предупредил?! Сольешь репортаж, мой процент не забудь отправить!
— Не вопрос. Ещё кому звонил?
— Толь…
» Location update, Handover;
(Немного позже) Борт «КЕ710». Над пригородом Сеула.
«Одна… за одним… только хорошим умирать молодым… Они просто с луною летали вблизи… Ни о чём не рыдая… Ни о ком не рыдая… Ни о ком, кроме тебя…» — вид снаружи потрясает очередными воспоминаниями.
Далеко внизу затаилась ночная тьма, укрывшись за непроглядными облаками. Здесь же, на столь огромной высоте царит спутник Земли. Бледный диск Луны, словно большое зеркало, отражает солнечный свет и заливает ряды кресел прохладными оттенками.
Как забавно… Большинство считают, что Солнце самая яркая звезда небосклона. И лишь некоторые знают удивительную вещь — свет Луны ярче. Просто люди не способны это увидеть.
Единственный спутник Земли не имеет магнитного поля и лунная поверхность собирает энергию взрывов далеких звезд, отражая гамма-излучение, скрытое от человеческого глаза. К счастью, от губительных лучей нас защищает атмосфера… Что не отменяет сияния ярче Солнца.
Поэтому о мнимой прохладе легко забыть, наслаждаясь уютным теплом серебристого свечения, которое греет лицо, просачиваясь через светофильтр иллюминатора.
Пум-пум… Звучит мягкий сигнал… И замершее время ускоряет ход. Над проходом замигал желтым знак «Пристегнуть Ремни». Притихший салон тревожат звуки подготовки к посадке.
Слабо фыркаю и сбрасываю нахлынувшее оцепенение. Ступор подкрался незаметно. Как всегда… Нажатие кнопки в подлокотнике мягко поднимает спинку вертикально.
Похоже, наше авиа путешествие подходит к благополучному завершению. Немного жаль, вылет оказался интересным. По моему так…
В проходе возникла стюардесса с каштановыми волосами. Стройная девушка ободряюще улыбнулась и выравнивает кресло парня-сосиски. Упакованный организм вяло покачнулся рядом. Чудик по-прежнему в отрубе и пропустит наше приземление. Он сам виноват…
Полный желудок сигнализирует о сбросе высоты и прыгает к горлу. Ласковый свет скрылся за облаками. Самолёт падает во тьму.
(Тем временем) Экстренный выпуск на телеканале «КБС1».
— Наш аэропорт Кимпхо работает с серьезными задержками, после инцидента с попыткой угона самолета, — удивительно бодрый репортер смотрит в камеру. Голубой галстук и полы коричневого пальто бросает ветром, причёска с левым пробором в беспорядке. Раскосый кореец стоит на ночной улице у высокого забора со спиралями колючки наверху, за ограждением видно поле аэродрома и яркие фонари вдалеке.
— Сегодня вечером пассажир «Корея Эйр» устроил вооружённый скандал на борту, — жизнерадостно продолжает репортер, — по непроверенной информации звучали выстрелы из огнестрельного оружия! Пресс-служба авиакомпании сообщает в официальном заявлении, что экипаж оперативно справился с конфликтной ситуацией, из пассажиров никто, к счастью, не пострадал!
Наряд у репортера несколько потасканный, всего лишь на лицензионные сборы и ограниченный бюджет не разгуляешься. В отличии от «МБС» и «СБС», тоже входящих в большую тройку южнокорейских телекомпаний, «КБС1» принадлежит государству, оставаясь единственным каналом без рекламы.
— Во многом пристальное внимание общества к этому происшествию объясняет нерадостная статистика, связанная с «Корея Эйр», — продолжает вещать в камеру репортер. — Нашу авиакомпанию считали одной из самых опасных в мире. Причиной стала катастрофа рейса два нуля семь, который сбила ракета, выпущенная с территории Советского Союза во время пограничного инцидента над Сахалином. В результате погибли почти триста человек! А также ужасное крушение на острове Гуам в девяностых, унесшее жизни более двухсот пассажиров.
Репортер печально замолчал и склонил голову. Даже ветер перестал мотать одежду на невысоком корейце.
— Эти две трагедии ужаснули нацию, но данный миф развеян декадой безаварийных авиаперевозок, — ободряет репортер. Он делает театральную паузу и зажимает наушник в ухе: — Приготовьтесь, сейчас вы увидите посадку рейса семьсот десять «Корея Эйр»! Авиакомпании, без сомнения, заслуживающей доверия!
Репортера сменяет нечеткая картинка. Заметно максимальное оптическое увеличение и дрожание. Похоже, оператор спешит отснять сюжет.
Сначала видны маяки, расположенные на концах крыльев. Навигационные сигналы мигают красным и зеленым. Между ними ярко светят посадочные фары самолёта.
Затем из сумрака возникает авиалайнер. Его серебристые борта осветили высокие фонари аэродрома. Громадная махина немного прыгает, поймав налетающий поток воздуха и резина задних колёс встречает бетон. Дальнейшее касание передней стойки шасси выравнивает авиалайнер на земле. Самолёт продолжает быстрое замедление и сбрасывает скорость, осторожно удаляясь от здания аэропорта, мелькнувшего в кадре.
— Как вы могли заметить, рейс «Корея Эйр» удачно приземлился, — объявил репортер и картинным жестом смотрит на запястье с часами: — Как и всегда, по расписанию! Но мы продолжаем следить за дальнейшим развитием событий…
(Тем временем) Борт «КЕ710». Аэропорт Кимпхо.
Приземлились. В иллюминатор наблюдать гораздо интереснее, чем в искусственный монитор подголовника! И я с детским любопытством вглядываюсь в темноту, почти утыкаясь носом в прохладное стекло.
За бортом поздняя ночь. Мы катимся по полю аэродрома. Снаружи видно длинное крыло самолёта и пролетающие под ним фонари у границы бетонной полосы. Вдалеке мелькнули светлые ангары и невысокое здание аэропорта. Более частая россыпь огней сверкает по всему горизонту, нас окружает мегаполис. Так близко…
— Дамы и господа, — звучит голос стюардессы, — мы прибыли в международный аэропорт Кимпхо. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах после завершения движения самолёта. О дальнейших действиях мы сообщим дополнительно. Спасибо, что выбрали авиакомпанию «Корея Эйр».