Чтение онлайн

– Чего тебе от меня надо?

– Я думал, это очевидно.

– Очевидно?

– Да. Я хочу тебя.

Гэбриел ощутил приступ тошноты.

– Никогда.

– Что ж, в жизни со мной уже происходило подобное. Я и раньше встречал таких мальчиков, как ты. Они тоже строили из себя женолюбов, а потом выяснялось, что глубоко в душе им очень хотелось ощутить в своей попке крепкий член.

– Никогда. Ты понял? Никогда. Этого не будет.

– Я тебя заставлю умолять на коленях. Я бы даже заключил пари на большие деньги. У каждого есть переломная точка, и мне осталось только вычислить твою.

– Оставлю тебя при твоих иллюзиях. Пошли отсюда, Бейли.

Гэбриелу пришлось выйти из душевой первым, но прежде он подал Бейли одежду, и тот быстро натянул ее. Они вернулись в камеру.

– Держись от него подальше, Бейли, – настойчиво сказал Гэбриел.

– Да, буду. Мне он не нравится. Он говорит одно, а чувствуется при этом совершенно другое. Всегда улыбается, но от него прямо-таки исходит зло. Он плохой человек, я понимаю.

– Верно. Очень плохой.

Гэбриел запрыгнул на койку, лег и ненадолго закрыл глаза. Столкновение шокировало его значительно сильнее, чем он был готов признать. Слова Ашера звоном отдавались в голове. Неужели тот способен добиться своего? Может заставить человека делать все, что ему угодно, попросту измотав его душевно или физически? Зачем Гэбриел стал защищать Бейли? Почему не ушел из душа сразу же? Он едва знал сокамерника и все же позволил Ашеру использовать его. Нельзя разрешать издеваться над собой. Отныне придется прежде всего отстаивать свои интересы и только потом заботиться о других. Иного выхода нет.

Когда Имоджен и Эдриан прибыли в участок, там уже установили монитор с диагональю в пятьдесят пять дюймов и раз за разом прокручивали на нем запись убийства Уоллисов. Гэри Танни пристроился рядом, скидывая на ноутбук моменты, которые ему указывала Мира Капур. Она стояла совсем рядом, пристально всматриваясь в экран. Имоджен бросила сумку на кресло и вошла в комнату, чтобы узнать, удалось ли найти хоть что-то полезное для следствия. При их с Эдрианом появлении запись поставили на паузу.

– Не надо останавливаться из-за нас, – сказала Имоджен и села на стул. Эдриан расположился рядом. Сразу бросилась в глаза доска для объявлений слева от монитора, к которой кнопками уже прикрепили распечатанные кадры. Две маски – символы трагедии и комедии. Нога в кроссовке фирмы «Конверс», скорее всего принадлежащая тому, кто снимал.

– Мы пытаемся установить, как изображение попало в Сеть, но первичный сайт находится в Чехии, а потом видео перебрасывали по интернету бог знает сколько раз. Оно выскочило одновременно на нескольких ресурсах. Пока не вижу, как обезвредить эту бомбу. Вполне вероятно, что запись так и будет кочевать по миру, – объяснил Гэри.

– Выудили что-нибудь? Хоть какие-то зацепки? – спросила Имоджен.

– Обувь стандартная, так что ничего не дает. Кроссовки «Конверс» продаются в каждом спортивном или обувном магазине. Одежда черная, тоже распространенная, и не видно ни названий, ни эмблем производителя. То есть ничего из ряда вон выходящего, позволяющего начать поиски.

– Что насчет масок? – спросил Эдриан.

– Полагаю, их изготовили дома. По крайней мере, они точно ручной и штучной работы. В свободной продаже я ничего подобного не нашел, – хмуро ответил Гэри. – Есть вероятность, что это значительно переделанный вариант более простых масок. Вот для этого продается все необходимое. Не могу точно сказать, из какого они материала, но, судя по размерам и структуре, не из глины или чего-то подобного. Похоже на пластик, хотя, конечно, даже в этом случае изделия единственные в своем роде, – продолжил зксперт. – Я прошелся по сайтам «12 ступеней» и «Как это делается» для любителей домашнего творчества. Там есть советы, как работать с материалами типа вандерфлекса или даже более сложными, требующими для формовки тепловую пушку.

– И насколько легко добыть все необходимое, чтобы сделать такую маску? – спросила старший инспектор Капур, задумчиво наморщив лоб.

– Очень легко, если кратко.

– Я думала, материалы достаточно специфические и не должны продаваться через обычные магазины.

– Верно. Так кажется на первый взгляд. Вот только массовое распространение косплея сделало все доступным в интернете. Загвоздка в том, что если мы не узнаем точно, из какого материала сделаны маски, то никак не сможем установить, у кого и как его приобрели, – пояснил Гэри.

– Значит, нужно достать одну из масок? – спросил Эдриан.

– Да… Это было бы идеально, но едва ли возможно. Мы можем лишь исходить из предположения, что тот, кто их изготовил, обладает определенными навыками. Давайте поищем среди местных жителей талантливого человека. Вдруг кто-то успел блеснуть способностями, – ответил Гэри.

– А что такое «косплей»? – поинтересовалась Имоджен.

– Костюмированная игра, где взрослые люди валяют дурака, как юнцы, и переодеваются в стиле героев фильмов или комиксов, – объяснил Эдриан.

– Не надо пренебрежительно отзываться об игре, в которой сам ни разу не участвовал! – возмущенно отозвался Гэри.

– Я бы охотно попробовала, – улыбнулась Имоджен.

– Отлично! Давайте отправим Грей под прикрытием в костюме женщины-кошки на местный сбор любителей косплея. Если бюджет позволит нам купить ей наряд, – предложил Гэри.

– Как бы мне ни хотелось посмотреть на Грей в кошачьем облике, думаю, пока рано прибегать к таким мерам, – улыбнулся Эдриан.

– Но я бы имел в виду подобную возможность, – вполне серьезно заявил Гэри.

Капур кашлянула и повела начальственным взглядом, прозрачно намекая, что важно сосредоточиться на работе, а не на играх.

– Косплей сейчас не просто популярен. Он в большой моде среди самых разных слоев общества и возрастных групп, – настойчиво продолжал Эдриан.

– Ты тоже считаешь, что эти парни из числа космоплееров? – спросила Имоджен у Гэри.

– Считаю, что хотя бы один из них может быть причастен к этим играм. Нельзя исключать ни одной версии. Но столь же вероятно и другое: им хотелось чего-то уникального и они нарыли подходящие маски в Сети.

– Ты сам, кажется, не очень-то веришь в это?

– Маски кажутся слишком хорошо сработанными, почти профессионально. Их сделал человек, набивший руку и уж точно мастерски владеющий инструментами.

– Что мы знаем об образах, выбранных ими? – вмешалась Капур. – Они могут означать нечто большее, кроме очевидного – трагедии и комедии?

– Я могу заняться этим, – вызвался Эдриан.

– И еще смыслом символа на стене, уж будьте любезны. Мы можем его привязать к кому-то или чему-то?