Антитеррор 2020
Шрифт:
— С дисциплины, по сути, все и начинается, — беззлобно согласился с бывшим коком третий сержант. — Разрешите следовать на гарнизонную гауптвахту, чтобы отбыть оставшееся наказание, сэр?
— Отправляйтесь, сержант.
— Есть, сэр, — Ковальский улыбнулся и добавил: — К тому же гарнизонная гауптвахта куда лучше гауптвахты на космическом корабле!
Наталья Егорова и Сергей Байтеряков
ПАНИКЕРША
Пули выбили в бетоне неровные кратеры. Цементная пыль липла к стеклу маски, скрипела на зубах. И запах… Обугленная плоть и сгоревший порох.
Трупы террористов свалили у стены.
— Плотно засели… и коридор длинный. — Боец-наблюдатель почти не шевелился, устроившись со своей аппаратурой на останках боевого робота.
— Да что вы копаетесь!
Проигнорировав реплику штатского, капитан скомандовал:
— Подствольник!
Не высовываясь, спецназовец выдвинул автомат. Глухой хлопок вышибного заряда и… тишина. Взрыва не было.
— Мавр?
— Сеть поперек коридора. Мне не видно. — Пальцы спецназовца плясали по планшету. — Сейчас подгоню «паука» ближе…
Короткая очередь.
— Дьявольщина! — Боец повернул безглазое лицо в сторону командира. Прибор наблюдения казался монстром, присосавшимся к лицу человека. — Третьего «паука» сбили.
— На рывок возьмем?
Наблюдатель покачал головой:
— Пена.
— Что вы медлите? — Человек в мятом костюме сунулся к военным. Проскрипели гильзы под подошвами. — Капитан! Назар Олегович!
— Клещ! — Спецназовец, удерживающий штатского на месте, обозначил внимание поворотом головы. — Держи спеца за щитами, понял?
Солдат кивнул и взял рвущегося человека под локоть. Тот взвыл:
— Вы не понимаете… Даже если успели включить защиту реактора… С пульта управления они его выведут на закритический режим за…
Сопротивление здоровенному спецназовцу было протестом левретки, что тащат на поводке. Но капитан поднял руку, останавливая усердного подчиненного. Подошел ближе.
— Михаил Евстафьевич, вы бегали в атаку по колено в клею?
— Э…
— Там баллоны с мгновенно застывающей пеной. Мы сунемся, и они зальют коридор. Ясно?
— Но отрицательная реактивность продержится еще максимум четыре часа. Максимум! А потом они с пульта разгонят реактор и…
— Я не пошлю людей на бессмысленную смерть…
Перфоратор, вгрызающийся в стену, взвыл так, что заныли зубы.
— Мы работаем. Не мешайте и не лезьте под пули! Клещ! — И показал рукой: выполняй предыдущий приказ.
Назар понимал: они не успевают. Никак не успевают.
И предотвратить взрыв способно только чудо.
За четыре месяца до захвата ядерной станции.
«Нехорошо, если в тридцать два тебя все называют Томочкой, — думала учительница, спеша по коридору. — Завалят мне квалификацию, скажут, молодая еще. А еще этот открытый урок… Стрелка на колготках поехала: спецназовец будет пялиться и думать, что училка дура».
Тамара всегда готовилась к худшему.
«Якишина отсадить к окну, пусть там рожи корчит. Девочкам про спецназ не интересно, начнут болтать. Отправить их назад? Антонова возмутится, дескать, не видно, а что тут видеть? Козевич будет читать под партой — отобрать книгу. И сегодняшний сон…»
Чертик под потолком смятой машины. Рухнувшая бетонная ограда, оборванная паутина колючей проволоки. Самолет на земле, крыло нелепо торчит в сторону, как у подбитой птицы. Человек в белом халате перерезает горло толстяку…
«Спецназовец наверняка не умеет разговаривать с детьми: мне придется их успокаивать и его подбадривать. Вдруг он будет ругаться? Или мямлить? Господи, ну почему я не взяла запасные колготки!»
— Томочка, он звонил. Будет через пять минут.
— Он нас найдет? Светлана Михайловна, вы сказали, что от остановки надо за угол…
Завуч ободряюще улыбнулась:
— Конечно. И не нервничай так, ты же умница. Все будет хорошо.
Залился звонок. Цунами из хохочущих и орущих малышей прокатилось по школе и расплескалось по классам. Следом — авианосцем, ледоколом — шагнул в коридор гость. Темноглазый, сильный, обманчиво медлительный. «Тигр в клетке с курами», — подумалось Томочке.
— Здравствуйте, дамы. Я Бахметов. Капитан антитеррористической группы «Стерх».
«Все хорошо, все хорошо…» — Тамара искусала губы, хотя дети слушали, открыв рот…
— …и слушаться маму и папу. Вот как стать спецназовцем! — Кто-то рассмеялся. — Да, что ты хочешь узнать?
Девочка в круглых очочках поднялась из-за парты. Поправила жакет:
— Папа говорит, что террористов победить невозможно. Слишком много оружия и… технологий, которые… — она запнулась.
«О господи! — Тамара сжалась. — Он обидится…»
Но Назар Олегович улыбнулся:
— Слишком много технологий двойного назначения? Так? В чем-то папа прав. Как тебя зовут?
— Катя…
— Вы уже большие, — спецназовец обвел класс глазами, — Катерина, ты готова услышать сложное объяснение?
Та зачарованно кивнула.
«Сейчас они заснут. Начнут шептаться. Мне влетит, что не подготовила класс к важному занятию».
— Давным-давно все люди охотились, а потом?..
— Стали сажать пшеницу!
Учительница хотела напомнить Васечкину, что надо поднимать руку, но спецназовец, похоже, был доволен.
— Верно! Переход к земледелию. Кто скажет, какие были технологические революции?