Чтение онлайн

— Да нет, я…

— Я, значит, о ней беспокоюсь, а она… она… — Не найдя слов, потряс кулаками. — Да ты сама — кукла безмозглая! — Швырнул об пол тряпичного Арлекина и протопал в спальню. Собрал «командировочную» сумку, долго одевался в прихожей. Тамара сидела в кухне, обняв тряпичного человечка, и глядела, как выкипает на плиту борщ.

Вздрогнула лишь, когда захлопнулась дверь.

— Эй, лежебока! — голос Светика был неприлично весел для утра субботы. — Ты знаешь, кто тебя ищет? Наш воин-красавец!

— Да ну тебя… Разбудила… Ой! — Сон как рукой смахнуло. — Бахметов?

— А то! В восемнадцать ноль-ноль сегодня в кафе на набережной.

— Я не пойду, это же неприлично! Надо отменить…

— По делу хочет встретиться. И не отменишь — предупредил, телефон будет выключен.

— Так внезапно…

— Это не он, это я. Он три дня назад звонил. Ты бы себя измучила глупыми страхами. Марш маникюр делать! — И положила трубку.

Тоже мне — подруга.

Тамара приехала на полтора часа раньше, гуляла по набережной, села за столик: ну и цены! Даже чай…» Как дать понять, что я практически замужняя дама и так нельзя…» Она пожалела, что Русик категорически отказывался расписаться. «Было бы на пальце кольцо…»

— Вам нравится? — Назар словно возник из воздуха. Широким жестом показал на речной простор, на черточки лодок на воде. — У меня это место счастливое, — и мгновенно изменил тон, уловив ее молчаливое неодобрение. — Я вам хочу работу предложить.

— А?..

— Не спешите отказываться! Конечно, профессия учителя — важнейшая, — он пожал плечами, — но моя работа тоже нужна.

— Я — в группу борьбы с террором? В спецназ? — Тамара не знала, плакать ей или смеяться.

«Наверное, он все-таки меня… как Русик сказал? Клеит?» Потянулась за кошельком, чтобы расплатиться и бежать отсюда. «Какая пошлость! А пальцы у него красивые…»

— Нет, конечно, не в спецназ. В группу раннего обнаружения угроз. Туда, где ваша способность предвидеть негативное развитие событий будет в полной мере востребована.

«Он это… всерьез? Мое «негативное мышление», мое паникерство…»

— Я когда выступал, не рассказывал всего, конечно. — Назар продолжал говорить, а она, как всегда, выключилась и прослушала что-то важное. — Образовательная революция — не только воспитание детей; это еще и возможность научить тому, что кажется чудом. Понимаете?

Тамара покачала головой.

— Теракт — резкое и неестественное вмешательство в нормальный ход вещей. Даже факт его подготовки уже будоражит информационное пространство. Согласны?

— Предположим, и что из этого следует?

— Теракты можно предвидеть, если «подключиться» к информационному полю ноосферы.

Тамара не понимала, но готова была поверить на слово. Однако… ведь ее опасения чаще всего не сбываются? Она так и сказала.

— Когда у катастрофы естественные причины — да, ее предвидеть нельзя. Но на авиарейсы, что потерпят крушение, всегда больше людей опаздывают… если беда по вине пилота. Значит, и подготовку теракта можно «считать» из ноосферного поля. — Назар широко улыбнулся. — Вот ваша будущая работа… если пройдете тесты и собеседование.

Эти слова успокоили Тамару. Чтобы она прошла тестирование? Да никогда! Значит, ответ: «Согласна попробовать» — ничего не значит. А Назар обрадовался, даже неловко стало.

За беседой пролетело два часа — незаметно. И только по дороге домой она поняла: тонкий аромат, окружавший спецназовца, не одеколон — запах сгоревшего пороха.

Тамара размяла в пальцах бумажную кашу, скатала шарик. Появился вздернутый нос, твердый подбородок. Новая кукла обещала быть с характером. «Работать паникершей глупо… но приятно. Может, это — мое? Если не соврали про зарплату, ипотеку смогу сама платить».

Девая щека вышла более круглой. Тамара добавила папье-маше и продолжила размышлять: «У меня, конечно, не получится, но вдруг… Может, тогда папа… все-таки серьезная работа…»

Она уже знала, какие глаза будут у новой куклы: синий и зеленый. «Да нет, не возьмут. Мало ли, что тесты показали? Просто они… ошиблись. Переоценили меня. Я не справлюсь».

Тамара начала кроить из старой футболки кукольное платье. На столе ожидали своего часа: сломанная заколка, россыпь потрепанных жизнью пуговиц и проволока для каркаса. «Слишком большая ответственность, от меня будут жизни зависеть. Я не смогу, тут одной старательности мало. Да и не предчувствия у меня — страхи: врач, перерезающий горло, — бред! Кошмарный сон — не более того».

От воспоминания ее передернуло.

«Полный рабочий день — обед придется готовить с утра. Приходить буду поздно, папа станет требовать, чтобы Руслан встречал у метро, а Русик против. Он по телефону возмущался моим легкомыслием, а что будет, когда вернется? Нет. Нельзя ломать налаженное».

Она растопырила проволочные пальчики и начала каждый оборачивать ватой. «Но так хочется попробовать…»

Звонок заставил ее вздрогнуть.

— Томочка, я тут прикидываю загрузку на следующий год. Ты ведь уходишь?

— Я, Светлана Михайловна… не знаю. Нет, наверное.

— Почему это нет?

Тамара, смущаясь, принялась перечислять причины.

— Я как завуч требую: хватит страдать ерундой! Ты умница, у тебя все получится. Соглашайся. Нельзя пропускать такой шанс!

«Шанс. Может быть, единственный. Но родители… и Русик… и…»

— Сейчас самое время, конец учебного года. Не сложится — вернешься в сентябре. Или через год. Ты должна попробовать. Я приказываю!

Тамара вцепилась в недоделанную куклу, словно та могла придать ей храбрости.