Чтение онлайн

Становление директором одной из школ по предложению одной из политических сил — это уже заявление, которое все могут по-разному интерпретировать. Кому-то это будет выгодно, а кому-то нет. Для меня это выгодно? Это должен быть главнейший вопрос.

В школе я думаю какая-никакая поддержка у меня будет. Флер Делакур все еще является ученицей в этой школе. Не помню, ее младшая сестра уже стала ученицей или только станет. Это первые лица, которые точно помогут если будет такая нужда. Не дурно я прекратил общаться с юной вейлой. Она, возможно, подтянет своих товарищей и каких-то друзей. Это тоже будет очень полезно для меня.

Пусть Шармбатон является не настолько древней магической школой как Хогвартс, но у нее тоже есть интересные тайны. Особенно меня интересуют знания в информационном пространстве. Николас Фламель больше шести десятилетий работал преподавателем Зелий и Алхимии в этой школе. Думаю, мне точно попадутся его какие-то интересные работы.

В целом, тут я вижу пока что больше плюсов, чем минусов. Да и интересно мне побыть директором школы. Может в будущем я открою свою собственную школу магии. Почему бы и нет?

— В целом, предложение очень хорошее, — сказал в ответ. — Какие условия контракта?

— По подписанию контракта вы должны будете сразу же приступить к ознакомлению с делами школы. Вам с этим помогут, потому что у мадам Максим было несколько толковых помощниц. Контракт будет на полтора года, а за это время мы надеемся, что сможем найти следующего директора, что займет эту позицию на постоянное время. Как директор вы должны будете поддерживать высокий уровень и стандарты обучения в школе, начать имплементировать демонологию, а также поддерживать реноме школы на международном уровне.

— Участвовать в Турнире Трех Волшебников? — спросил.

— И это тоже, — ответил министр, даже на мгновение не удивившись, что я знаю об этом турнире. — Вы получите двести пятьдесят галеон зарплаты в месяц, а также доступ к школе, ее ресурсной базе и возможностям. Уверен, что такое вам точно подойдет.

— Звучит очень даже неплохо, — протянул я. — Допустим я соглашусь, какие препятствия могут появиться на моем пути?

— Самой главной группой, которая будет пытаться засунуть свои носы в дела школы будут французские волшебники-националисты, — сказал Андре и тяжело выдохнул. Кажется, что эта проблема достаточно немаленькая. — Они могут попытаться устроить несколько вызовов на дуэли, чтобы дискредитировать как волшебника, а затем и как директора.

— О-о, дуэли, — позволил себе немного ухмыльнуться. — Это было бы очень интересно. Надеюсь, вы им передадите им, что я никого жалеть на дуэли не буду.

— Я это передам, — совершенно серьёзно принял мои слова министр. — Еще могут быть какие-то другие интересы, но пока что сложно судить, потому что мы нигде особенно не распространяли информацию о том, кого мы рассматриваем на замену Олимпии. Думаю, многие будут удивлены.

— Насколько большой будет мое влияние на школу и на ее политику?

— В целом, как и у любого другого директора, — ответил на этот вопрос Андре. — Но контракт временный, так что я бы не стал сильно начинать какие-то новые большие дела или принимать новую политику.

— А как же демонология? — поинтересовался.

— Тут уже сложнее, — ответил тот. — Отдел Образования позаботится обо всем. Вам нужно будет просто постепенно вводить методички в обучение. Ах да! — он спохватился, — я понимаю, что вы англичанин, но было бы отлично, если бы Шармбатон не оказался бы на последнем месте.

— Если я стану директором, то займусь этим вопросом, — ответил волшебнику. Действительно, если ученик которого я подготовлю победит в таком состязании как Турнир Трех Волшебников, то это добавит мне несколько баллов нелюбви со стороны других англичан, но все это компенсируется этими баллами принятия со стороны французов. В будущем это может сыграть позитивную роль, потому что я не буду считаться особенно пристрастным по поводу страны волшебником. Это может принести приятные дивиденды.

— Вот и прекрасно, — кивнул министр. Он был рад, что все идет так просто и без особенных споров по поводу контракта. — Может есть еще что-то, что мсье Джоди хотел бы обсудить по поводу контракта?

Я задумался.

— Какой директор был бы идеальным директором Шармбатона? — задал вопрос, который заставил обоих волшебников немного задумался над ответом. В их мыслях сейчас происходили примерно одинаковые размышления. Но так как я не заходил к ним в мысли, то и ничего не могу сказать по этому поводу.

— Идеальный директор будет прекрасным преподавателем, сильным волшебником и с большим сердцем, — назвал Андре. И мысленно добавил, что директор должен быть хорошо контролируем внешними силами, без особенных властных амбиций и если возможно, то провластно аффилированный.

— Вот как, — кивнул я. — Это понятно. Надеюсь я подхожу под названные критерии.

Последующий разговор уже не касался чего-то особенно важного или отличительного, но все же было приятно пообщаться с достаточно умными волшебниками.

— Ну так, что когда будем подписывать контракт? — поинтересовался у них.

— Я пришлю вам приглашение, — сказал министр. — Думаю все процедуры займут неделю, максимум две.

— Вот и прекрасно.

Волшебники покинули мой стол, потому что нам больше не было о чем разговаривать. Но я не долго сидел в одиночестве. Стоило мне только немного расслабиться, как ко мне за стол подсел Корнелиус Фадж, Министр Магии Англии.

Корнелиус Фадж, человек заметного телосложения. Держался с самоуверенностью большого начальника. Хотя он такой и есть… Лидер сильнейшей магической страны, с одной из лучших магических школ планеты, директором которой является сильнейший волшебник современности. Еще бы, не быть самоуверенным и помпезным, но я так же отлично понимаю, что он может играть первую скрипку во власти Англии только тогда, когда ему Дамблдор разрешает. Когда у тебя в стране живет волшебник, который может укатать тебя и твою охрану и даже не чухнуться, то поневоле начинаешь его уважать. А если у этого могучего волшебника есть широкая поддержка масс и низкого уровня власти, то тогда он вообще становится неприкасаемым.