Чтение онлайн

Маркус смотрел на нее, чувствуя, как холодок страха и жгучее любопытство борются внутри. Она предлагала превратить его дар, его островок порядка, в кузницу хаотического разрушения. Ради победы. Ради спасения Торвина. Ради… науки. «А Берта? – спросил он хрипло. – Что будет с ней? С ее рукой?»

«Риск есть, – Драйя не стала лгать. – Контроль должен быть идеален. С твоей стороны. И с ее. Она должна быть готова к отдаче. Но она сильна. А шанс сокрушить Внутренний Круг… он стоит риска, не так ли?» Ее взгляд был неумолим. «Подумай. Но быстро. Твой бой с Каэланом – скоро. А после… командные схватки. Где Элдин будет ждать.»

Она отступила в тень, оставив его с тяжелым выбором и видом возвращающихся Берты и Тормунда. Берта шла, сгорбившись, не от ран, а от унижения. Песок и кровь покрывали ее доспехи. Тормунд поддерживал Грету, его лицо было мрачным.

«Подлюки… – выдохнула Берта, подойдя. Ее глаза метали молнии. – Играли с нами… как кошки…»

«Сила – не только кулак, – хрипло сказал Тормунд, усаживая Грету на скамью. Лекари уже спешили к ней. – Без хитрости и поддержки… мы просто мишени.»

Маркус смотрел на Берту, на ее сжатую в кулак руку, на ярость в глазах. Он вспомнил предложение Драйи. Катализатор. Направленный взрыв. Риск для Берты. Но шанс сломать систему, сокрушить Элдина, спасти Торвина.

Гул Арены снова взметнулся. Глашатай объявил следующий поединок, но Маркус уже не слышал. Он смотрел на свои руки. Те самые, что только что использовали дар для подавления и удара. Мог ли он использовать его для усиления? Для создания оружия из силы своих… условных союзников? Ценой их риска?

«Маркус! Каэлан! Приготовиться к поединку!» – голос глашатая прорезал шум, как нож.

Время на раздумья кончилось. Каэлан уже вышел из своего тоннеля, его изящная фигура отбрасывала длинную тень на раскаленный песок. Он смотрел в сторону Маркуса, и в его глазах горела та же холодная ненависть, что и у Элдина, но с примесью чего-то нового – острого, животного страха, замеченного Драйей. Страха перед слепотой. Перед потерей контроля.

Маркус сделал шаг к проему. Солнечный свет упал на его лицо. Пустота ушла. Осталась только холодная, фокусированная ярость. За Торвина. За униженных Берту и Тормунда. За себя. Его дар забился внутри, готовый к бою. Он не знал, примет ли он предложение Драйи. Но он точно знал, что сделает с Каэланом. Слова Ариэль горели в его памяти: «Ищи способ лишить его зрения. Он боится ядов – используй его страх.»

Он вышел навстречу ослепляющему свету и реву Арены. Второй бой Маркуса Арнайра начинался. И на кону была уже не просто победа, а месть и ключ к спасению друга. Песок под ногами казался горячее. Адреналин в крови горел. Каэлан ждал его в центре, улыбаясь ядовитой, нервной улыбкой. Арена замерла в предвкушении крови.

Песок Арены Чести под ногами Маркуса казался раскаленным добела, пропитанным потом, кровью и эхом тысячи голосов. Его победа над Каэланом – быстрая, жестокая, построенная на страхе противника перед слепотой и его же ядами – оставила в воздухе электрическое напряжение. Трибуны гудели, переваривая унижение одного из фаворитов Элдина. Сам Элдин, наблюдавший из своего тоннеля, был непроницаем, но Маркус почувствовал ледяную волну ненависти, накрывшую его, когда он покидал поле после того, как лекари унесли Каэлана без сознания. Плата за Торвина была внесена первым взносом. Но главный счет оставался открытым.

Теперь он стоял в центре огромного круга, отмеченного руническими границами командного боя. По левую руку – Берта. Она дышала тяжело, но не от усталости, а от сдерживаемой ярости после поражения их предыдущей команды. Ее пальцы впились в рукоять шипастой булавы, взгляд был устремлен на противников с животной жаждой реванша. На ней был не полный доспех, а усиленные наручи и нагрудник – скорость была важнее полной защиты для того, что им предстояло. По правую руку – Тормунд. «Титан» с рудников стоял, слегка согнув колени, его клевец покоился на плече. Его шрамы казались глубже в резком свете солнца, а серые глаза методично сканировали троих, выходящих им навстречу из противоположного тоннеля. Спокойствие Тормунда было обманчивым – Маркус чувствовал готовность к удару, как у сжатой пружины.

Их противники вышли под гул, в котором смешались восторг, страх и ненависть. Элдин. Безупречный, как всегда. Его боевые одежды – темный, усиленный рунами комбинезон – подчеркивали стройность и скрытую мощь. В руках – пара изогнутых эфирных клинков, мерцающих холодным светом. Лиана. Плавная, как змея, в облегающей коже. Ее пальцы перебирали эфирные кинжалы, создавая в воздухе светящиеся шлейфы. И Боргард. Гора мышц и ярости. Он топал по песку, его огромный двуручный меч, больше похожий на лом, был переброшен через плечо. На нем – тяжелые латы, покрытые шрамами от предыдущих боев. Его маленькие глаза горели примитивной радостью предстоящего разрушения.

«Смотрите, щенок привел своих дворняг!» – крикнул Боргард, его рев перекрыл гул толпы. – «Сейчас мы вам покажем, где место выскочек и черни!»

Элдин лишь поднял руку, заставляя великана замолчать. Его взгляд скользнул по Маркусу, Берте, Тормунду – холодный, оценивающий, как хищник перед атакой. «Не трать силы на лай, Боргард, – его голос, усиленный плетением, прозвучал четко и ядовито. – Сломать их – дело техники. Маркус… ты заплатишь за Каэлана. Медленно.»

Маркус не ответил. Он встретил взгляд Элдина, чувствуя, как его дар отзывается на скрытую агрессию теплой пульсацией в груди. Платформа. Трамплин. Катализатор. Слова Хангра, Вальтура и Драйи смешались в голове. Он кивнул Берте и Тормунду. План был рискованным, почти безумным. Но это был их шанс.

Глашатай взмахнул рукой. «Командный бой три на три! Начали!»

Атака Элдина была молниеносной и беззвучной. Не физический рывок, а волна психоэфирного давления, обрушившаяся на сознание Маркуса. Холодные иглы вонзились в мысли, пытаясь парализовать волю, вызвать панику. В тот же миг Лиана исчезла – не в буквальном смысле, а слилась с бликами на песке, ее кинжалы направились к Тормунду, как жалящие осы. Боргард с ревом рванул на Берту, его меч засвистел, нацеливаясь сокрушить ее одним ударом.

Маркус вдохнул. Глубоко. Нашел свой ритм. Его «теплое солнце» вспыхнуло, формируя не купол, а… мобильную зону стабильности, обволакивающую его, Берту и Тормунда. Волна Элдина ударила в невидимый барьер. Не отскочила – растворилась, поглощенная гармонией. Маркус почувствовал легкую дрожь в поле, но устоял. Веландра на ложе Старейшин резко наклонилась к панели, ее пальцы замелькали.

«Берта! Готовься!» – крикнул Маркус, его голос был слышен сквозь гул только благодаря фокусировке внутри поля. Берта, уже начавшая разворот на Боргарда, рыкнула в ответ – сигнал.