Чтение онлайн

— Да, ами, — с безмятежной улыбкой ответил Джастер. — Это я могу сказать. Мир должен измениться и время для этого изменения скоро наступит. Всё станет не так, как привыкли люди, и потому тебе и Яниге предстоит много потрудиться, чтобы помочь им найти себя и укрепиться в новой жизни. А чтобы вы могли помогать не только другим, но и себе, я научу вас древнему умению читать судьбы людей.

Что?! Научит нас читать судьбы?!

Без искры такого дара?

Да разве это возможно?!

Наверно, изумление на моём лице было таким же, как у Бахиры. А Джастер спокойно поставил чашку на столик и «огляделся».

— Здесь должна быть моя…

— Вот она, Джасир, — Бахира положила полупустую торбу ему на колени быстрее, чем я поняла, что он ищет.

Шут в благодарность кивнул, а в следующий миг в его руках оказался чёрный мешочек, из которого появилась стопка тех самых волшебных картинок, о которых я успела забыть за это время.

— Помнится, однажды я обещал тебе рассказать об этом, Янига.

Джастер убрал торбу в сторону и положил стопку картинок перед собой. Звёзды сияли серебром и золотом на тёмном, как ночное небо, фоне.

— Теперь время пришло.

— Не обманывают ли меня мои глаза? — на этот раз Бахира приложила ладони к щекам. — Неужели я вижу…

— Не обманывают, ами, — сказал Джастер, беря стопку в руки и гладя звёзды пальцами. — Дар провидца всегда был редок, потому что никто не любит, когда за его работой подглядывают через плечо, и боги не исключение. Но знать будущее очень соблазнительно и люди, как и другие народы, искали способы это сделать так, чтобы не гневить богов своим любопытством. Люди придумывали много способов, и кое-кто из богов даже помогал им в этом. Только ничто из придуманного не могло давать правдивые ответы на все вопросы, которые задавали люди.

— И тогда Небесный Отец подарил людям Мирши Духаен, — Бахира с благоговением смотрела на сверкающие звёзды в руках Шута. — Волшебную вещь, в которой скрыты все возможные знаки судьбы! Владеющий Мирши Духаен может ответить на все вопросы о будущем и прошлом, не беспокоя богов! О, Джасир! Это настолько древняя легенда, что пески времени почты скрыли её!

— Да, ами, — снова согласился Шут. — Это очень древняя легенда. Я даже слышал, что «Путеводную Нить» создал не Небесный Отец, а тот, кто живёт за пределами этого мира, но в давние времена любил бродить по его дорогам. Говорили, что услышав мольбы и просьбы людей, он создал эти рисунки и символы, вложив в них тайные знания о законах мира и путях душ человеческих, и научил нескольких избранных читать эти знаки. Поэтому чтобы использовать Мирши Духаен, не нужен дар провидца, но нужно обучение и определённые знания.

Игрок? Эти картинки создал Игрок?! Он же именно его имел в виду?!

И помнится, в Кронтуше он называл эти картинки иначе. Но тоже что-то было про путь…

— Мне не приходилось слышать о таком, сын мой, — возразила Бахира. — Впрочем, не мне оспаривать слова того, кто способен видеть невидимое. Но прошу, расскажи, откуда у тебя Мирши Духаен? Разве эти знания не были утеряны в те древние дни, когда небо и земля смешались между собой, а люди утратили дары богов?

Небо и земля смешались между собой? Это она про Войну богов? Или нет?

Ох, сколько всего я ещё не знаю и не понимаю…

— Кое-что из древних знаний сохранилось, — ответил Джастер, пока картинки мелькали в его руках, перетекая из ладони в ладонь. — Домэры помнят о «Путеводной нити», хотя зовут её иначе.

Боро Лил, предсказавшие мне счастье. Я вспомнила те картинки и порадовалась что в царящем полумраке не видно мои покрасневшие щёки. Хотя там были другие рисунки, но у меня не было повода не верить словам Шута.

В отличие от Бахиры.

— Что ты говоришь, Джасир?! Эти беспутные дети дорог и ветра владеют таким знанием?! Откуда оно у них?!

— Они не беспутные, ами, — спокойно ответил Шут. — После Великой войны, когда боги и злые духи покинули мир людей, многие народы лишились своей родины. Домэры были таким народом. Они скитались в поисках места, где могли бы поселиться, но не могли найти его, потому что очень многое было уничтожено и выжившие бились за каждый клочок плодородной земли, не желая делить её с чужеземцами. Спасаясь от такой битвы, домэры ушли в мёртвые земли и там, очень далеко отсюда, они встретили того, кого назвали Дэвэл — сын ветра, потому что как ветер в поле не знает преград, так и ему были открыты все пути и дороги.

Он присоединился ним, вывел из мёртвых земель и поделился с ними своими знаниями. Я слышал, что он долго странствовал с ними, пока не привёл в эти земли, а потом исчез также внезапно, как появился. Домэры к тому времени настолько привыкли к свободе и странствиям, что не захотели вновь селиться на одном месте. С тех пор они всегда в пути и ищут Дэвэла, считая его своим покровителем и застрявшим в мире людей богом дорог. Ещё они верят, что когда боги вернутся в мир людей, то один из караванов обязательно встретит Дэвэла и тогда он уведёт народ домэров в новые прекрасные земли, где они смогут поселиться и закончить свои странствия.

Я забыла про чифе и сладости, слушая эту легенду. Оказывается, Джастер знал и такое… Сколько же разных историй он знает на самом деле! Дэвэл, покровитель домэров и бог дорог, подаривший целому народу тайные знания Лил. Игрок, который спрятался среди бродяг, шутов и менестрелей…

Выходит, Джастер искал Игрока среди домэров, раз знает эту легенду. Наверно от них он и научился этим знаниям. Не просто так же у него друг из домэров был…

Что ж, Дэвэл — это явно не настоящее имя Игрока. Ведь иначе домэры могли бы давно исполнить своё желание и найти новую родину, а Шут наверняка бы попросил счастья со своей возлюбленной.

А ещё… Джастер не признается, но я почти не сомневалась, что до сих не оставил свои поиски.

И… почему-то мне казалось, что он знает настоящее имя Игрока.

Бахира же качала головой, словно не хотела соглашаться с этой легендой.

— Твой рассказ удивил меня, сын мой. Я никогда не слышала о таком человеке, которого бы звали Дэвэл, и который совершил бы те деяния, о которых ты поведал нам. Думаю, что Джасир слишком добр к этим детям дорог и ветра, — сказала она. — Но раз мой сын говорит, что они сохранилиМирши Духаен, я готова признать, что их путь не был напрасен.