Беда
Шрифт:
— Джона. — Что-то случилось с ее голосом. — Джона, это же она!
— Что? — Он подождал и повторил: — Что случилось?
— Эта девушка. Она… Она съехала из общежития после смерти своей соседки. Джона, студентка, которая жила с ней вместе, была убита!
Хотя Кейт вроде бы всех и вся знала в своем кампусе — и лица хорошо запоминала, и посплетничать любила, — на этот раз она ничего не сумела добавить, кроме: Это было в газете.
В Интернете отыскались старые номера «Йель дейли ньюс», нужные Джоне статьи публиковались с 20 ноября 1992-го.
НАЧАЛИСЬ ПОИСКИ ПРОПАВШЕЙ СТУДЕНТКИ
Нью-Хэвен. Вчера полиция подтвердила, что не располагает информацией об исчезнувшей студентке колледжа Кэлхун.
Марису Эшбрук в последний раз видели в ее комнате вечером понедельника. Она сказала соседкам, что идет на вечеринку, и с тех пор ее никто не видел и о ней ничего не известно.
— Мы расследуем дело о пропавшем человеке, — поясняет шеф полиции Нью-Хэвена Пол Рид. — Мы пустим в ход все наши ресурсы.
Рид признает, что не исключена и другая возможность: девушка могла покинуть кампус по доброй воле. Полиция связалась с ее семьей, сообщил он.
Неделю спустя газета писала о том, как подруги Марисы Эшбрук и товарищи по команде пловцов собираются устроить бдение при свечах.
В третьей статье, как раз накануне зимы, журналист впал в элегический тон: сверстники восхваляли спортивные достижения Марисы, умилялись ее ослепительной улыбке и очаровательному южному акценту, а бывший парень назвал ее самым добрым человеком на свете.
Вероятно, издатель велел своим репортерам искать материал погорячее: Мариса исчезла с газетных полос. До первой недели марта, когда группа туристов наткнулась на торчавшую из подтаявшего сугроба руку.
ПОЛИЦИЯ ИДЕНТИФИЦИРОВАЛА ПРОПАВШУЮ СТУДЕНТКУ
Нью-Хэвен. Сегодня полиция провела опознание тела, обнаруженного в сельской местности Нью-Хэмпшира. Это пропавшая в ноябре студентка Кэлхуна.
Двадцатилетнюю Марису Эшбрук опознали по зубам.
Эшбрук, выступавшая за команду пловцов университета, три месяца назад ушла из общежития на вечеринку и не вернулась.
— Это трагедия для всего Йеля, — заявил глава университета Ричард Левин. — Мы приносим соболезнования семье Эшбрук.
Хотя судебно-медицинский эксперт округа Графтон еще не закончил экспертизу, местный полицейский отдел уже начал расследование предполагаемого убийства совместно с департаментом шерифа округа Нью-Хэвен, говорится в заявлении департамента.
Поскольку тело Эшбрук было найдено за пределами штата, добавил представитель полиции…
В архивах местных газет — та же самая фотография: светлые, но без блеска, волосы, прямоугольное лицо, дорогущие брекеты, по которым ее, конечно, легко было опознать. Как, должно быть, плакали родители над этими металлическими скобками. И над одеждой, хранимой со времен детского сада. Ее первые карманные деньги, ее первый автомобиль, ее платье на выпускной. Детские болезни и тренировки по утрам, перед школой. Отец — консультант по налогам в Чаттануге. В какой-то статье девушку именовали многообещающей юной спортсменкой, хотя, судя по тому, что Джона успел прочесть, вряд ли она могла рассчитывать на выдающиеся достижения. Училась хорошо, была кандидатом на общенациональную стипендию. Приятная, жизнерадостная девочка.
Чуть позже Джона обнаружил в сети блог МРАЧНЫЕ СИЛЫ РОКА И ДРУГИЕ УЖАСНЫЕ ИСТОРИИ. Автор представлялся на заглавной странице аспирантом экономического отделения Массачусетсского Технологического и криминалистом-любителем: он-де любит расследовать нераскрытые дела. Анализ убийства Марисы Эшбрук был весьма подробен и страшен. Поскольку тело практически с самого момента убийства лежало под снегом, писал аспирант-экономист, оно почти не разложилось.
Так почему же для опознания понадобились снимки и записи зубного врача? Потому что убийца хорошенько потрудился над жертвой, прежде чем выбросил ее в сугроб. Он освежевал ее.
Полиция так и не вышла на след.
Среда, 8 декабря 2004
Отделение психиатрии детей и подростков,
вторая неделя практики
Белзер ясно дал понять, что полиция не станет заниматься делом о преследовании: им подавай внятное, материальное преступление. Вот Джона и старался, как мог, изобразить перед офицером из Двадцать третьего участка опасные повадки Ив — то бишь Кармен — во всей красе. Но как бы ни хотелось добавить до кучи гибель Марисы Эшбрук, он еще соображал, что «я раскрыл убийство десятилетней давности» — верный признак безумия, а он-то старался излучать Рациональность, время от времени разрешая себе выплюнуть разумных размеров окатыш Паники в виде напряженного хихиканья.
Вроде бы удалось: не прошло и часа, как к нему наведались двое полицейских в форме, приземистый крепыш и женщина с обвисшей грудью и кроткими коровьими глазами. Офицеры Деграсси и Виллануэва, представились они.
— Я вас знаю, — сказал Деграсси. — Супердок.
Не дослушав повторный рассказ Джоны, они посулили разобраться.
— Позвоните, если она снова станет вам докучать, — предложила Виллануэва, вручая ему визитку.
— Вот и правильно, — похвалил Белзер, — пусть разбираются.
— А мне ждать, пока она что-нибудь сделает?
— Ты в Нью-Йорке, дорогой.
Понадобилась одежда, и в тот вечер он заглянул на квартиру. К его изумлению, там был и Ланс — уже два дня как.
— Ты же сказал, что поселишься у Руби, — напомнил ему Джона.
— Я солгал, чувак. У меня тут всякие вещи.
— Здесь небезопасно.
— Так зачем ты-то вернулся?
— Возьму носки и тут же уйду. И ты со мной.
— Чувак, я всячески «за».
— Врешь ты все, — сказал Джона. — Ты уже так говорил, а сам…
— Тогда я тебе не поверил.
— А сейчас поверил?
Ланс помедлил:
— Я тебе кое-что расскажу, только ты не бесись.
— Что?
— Обещай, что не будешь злиться.
— Как я могу знать, буду или нет? — удивился Джона. — Мало ли.
— Так я не могу. Мне требуется свидетельский иммунитет.
Джона вздохнул:
— Ладно, выкладывай.
Они прошли в студию, и Ланс включил свою аудиовидеосистему.