Белая Длань
Шрифт:
– Кстати, лорд Флорент. Не вам ли стоит держаться подальше от подобных разговоров, учитывая то, что ваша племянница замужем за братом короля, а брат служит у того кастеляном? – проявил неподдельный интерес Лейтон Хайтауэр.
– Что вы, что вы, лорд Лейтон. – замахал сир Алестер руками в знак отрицания. – Мою родню, это совершенно не касается, тем более я служу королю и это неизменно.
– Вот только какому королю ты служишь, Серый Лис? – пристально вгляделся в лицо лорда Ясноводной хозяин Губителя Сердец.
– А вот об этом, сир Рендилл. – лисья улыбка спала с лица старого лорда, а вечный прищур сменился стойким взглядом голубых глаз. – История умалчивает.
– Ха. В этом все Флоренты. – припомнил сиру Алестеру лорд Высокой Башни.
– Поклеп и не более того. – вернул лорд Флорент привычное выражение лица, разорвав контакт со взглядом лорда Тарли.
– Так или иначе. Ты так и не сказал куда мог направиться Эдмунд Гарденер, Флорент. – не спешил отставать от своего тестя Тарли.
– А вот об этом я совершенно без понятия. – ответил сир Алестер как ни в чём не бывало, руша все ожидания собеседников. – Мне трудно представить, что станет делать человек, который не знает никого в казалось бы привычном мире и с притязаниями на престол. Будь я на его месте, то обладая его силами убил бы Тирелла и Баратеона на месте. Таким образом произошёл бы кризис престолонаследия, а у нас не было бы иного выбора кроме как склониться, да и будем честны. – сделал хозяин Ясноводной глоток вина, чтобы смочить горло. – Не только я это почувствовал в тот день.
– О чем это ты, Флорент? – нахмурился Тарли что-то подозревая.
– В ту ночь, когда он представился. Кровь буквально вскипела, а желание склониться перед ним было поистине чем-то из ряда вон, не находите? Вы, лорд Тарли, в этом никогда не признаетесь, но я видел, как вам пришлось опереться на меч, чтобы самому не припасть на колено. Быть может то была магия, а может быть природная харизма юноши. Как вариант, наше наследие, что досталось от предков, могло откликнуться на зов законного короля Простора. Кто знает. – задумался сир Алестер теребя собственную бороду и усы.
– Вздор! Вздор и бред. – воскликнул Тарли, заскрежетав зубами. Лорд Рогового холма в этот раз проявил эмоций куда как больше, чем за всё время разговора.
– Ох, как вас перекосило, сир Рендилл. Похоже в моих словах куда больше рационального зерна, чем вы говорите. – усмехнулся лорд Флорент, заставив хозяина Губителя Сердец схватиться за рукоять меча, что всё это время находился у того в украшенных рубинами ножнах, пожалуй, единственное украшение, что было с собой у лорда Рогового холма.
– Довольно. Эта теория всё ещё требует подтверждения. – успокоил начавшуюся ссору лорд Лейтон. – Но не буду отрицать. Я также почувствовал нечто похожее, от того и более склонен верить в подлинное происхождение Эдмунда Гарденера. – кивнул Глас Староместа, практически каясь.
– Да плевать. – сказал лорд Тарли, убирая руку с меча. В доказательство своих слов лорд Рогового холма действительно сплюнул себе за спину. – Мальчишке не быть королем пока жив Баратеон и его дети. За ним мощь всех королевств севернее Простора, а также сила родовых Штормовых земель и флот Драконьего камня, которым управляет Станнис. Любая попытка бунта, будь за ним даже весь Простор, обречена на провал. Встать за драконов и то куда как менее безумнее при таком раскладе.
– Опасные слова, лорд Тарли. – протянул Флорент.
– Но правильные, сир Алестер. Будь за ним хоть кто-то, этот разговор имел бы смысл, а так вы просто переливаете из пустого в порожнее. – вздохнул сир Лейтон Хайтауэр.
– Признаться честно, я придерживаясь схожего мнения. – нехотя согласился Флорент. – Боги где-то там. – неопределённо помотал он рукой куда-то вверх. – А мы здесь и нам всем стоит хорошенько подумать о будущем. Что ж. – хлопнул лорд Ясноводной в ладоши. – Это была замечательная беседа, дорогие лорды. Будет совсем нехорошо, если нас хватятся в замке. Благодарю за уделенное вами время.
– Наконец-то. – выдохнул Тарли, мощным рывком поднявшись со стула. – Я пойду первым. У меня ещё есть дела и помимо ваших пустых разговоров.
После этих слов лорд Рогового Холма развернулся и направился к выходу из уединённого уголка сада, в коем находилось место встречи важнейших лордов Простора, но стоило ему практически скрыться из вида, как тот был остановлен внезапным криком короля раздавшимся из замка.
– Убью обоих!!! – яростный крик старшего Баратеона было трудно не узнать, тем более что за последние несколько дней гости слышали его так часто.
– Хм. Кажется на один меч у претендента всё же больше, чем вы думали, лорд Тарли. – с невинным выражением лица отозвался лорд Ясноводной. Лорд Хайтауэр же от крика Баратеона только прикрыл глаза, уходя в себя.
– Значит у палача прибавиться работы. – ответил Тарли, поправляя ножны и уходя прочь.
Глава 6. По дороге Роз на Тёмную Лощину
290 г. от З.Э.
Первый день после явления Длани.
Где-то на дороге Роз близ Тёмной Лощины.
Живительная влага стекала по лицу наследника Дубового трона. Глаза были зажмурены от наслаждения. После длительной ночной погони, источник пресной воды, что нашёлся в нескольких десятков метров от мощённой дороги Роз, пришёлся как нельзя кстати. Рядом также утолял жажду верный конь, который, не жалея себя и выбиваясь из сил, вёз чемпиона семерых в ночной тиши, удаляясь от погони стражников, что были посланы вслед беглецу.
Яркое солнце, находящееся в зените, ярко освещало бескрайние поля плодородного Юга, усеянные редкими участками деревьев, самых разнообразных. Теплый ветер мягко колыхал бесконечную растительность, создавая прекрасную музыку живой природы. Будто члены оркестра, сверчки и птицы дополняли музыкальную картину мира своим стрекотом и трелью. Запах трав приятно щекотал нос невольного зрителя столь прекрасной картины.
Словно посланный богами оазис в знойной пустыне, это место помогало многим путникам на пути в столицу Простора и из неё. Укрытый тенью нескольких редких дубов, ручей был ни чем иным как благословением, оставленным матерью-природой своим нерадивым детям. Так и сейчас, этот желанный перелесок услаждал взор чемпиона Семерых, позволяя отдохнуть и набраться сил перед долгой дорогой.