Чтение онлайн

– Ты же понимаешь, что это необходимо? Понимаешь же? – стараясь говорить ласковым тоном, подбирался Эдмунд всё ближе. Конь попытки не оценил и опасно развернулся, чуть не сбив Гарденера с ног. Затем, привычным отработанным движением Камрит стал забрасывать Эдмунда землей. Поединок между королем и его верным скакуном начался.

Потребовалось ещё около получаса противостояния прежде чем конь, с ярко выраженной на морде обидой, смиренно позволил раскрасить с себя в воронённые пятна. Сам Эдмунд был весь в пыли и грязи, но довольный первой победой над строптивым товарищем. Ему пришлось наглотаться земли, как в попытках подобраться к коню, так и в попытках догнать его. Когда Камрит понял, что закидывание Эдмунда комьями земли уже не приносят существенных результатов, то начал с дикими глазами петлять по подлеску, не давая Гарденеру приблизиться.

Однако, природное упрямство бывшего кельта таки позволила свершить задуманное и необходимое действие по маскировке своего транспорт. И хотя благородное происхождение животного ещё проглядывалось сквозь пятнистый окрас и полосы, но, по крайней мере, тот перестал выглядеть столь заметно на фоне зелёных полей Юга.

Закончив со своей работой, Гарденер принялся и за себя. Понимая, что может крупно напортачить, если не будет видеть собственное лицо, Эдмунду пришлось повозиться с тем, чтобы сделать с помощью местного ручья довольно крупную лужу. Так или иначе, работа была закончена. Переодевшись в новою одежду из посеревшей от времени рубашки и заплатанных брюк, а также ножных обмоток, Эдмунд забросил на Камрита овечьи шкуры, прикрепив к ним пожитки, и двинулся в путь.

Теперь же по дороге Роз двигался не подозрительный молодой септон на белом коне, а типичный крестьянин на чёрно-белой кляче. Пусть благородные черты лица Эдмунду спрятать не удалось, как и породистость коня, но если не привлекать к себе внимание, то и приглядываться никто не будет. Рясу Гарденер, полностью испачканную в собственной крови и грязи, выбросил на том же самом месте, где они остановились. Если повезёт, то преследователи, наткнувшись на это местечко, решат, что его ограбили и убили бандиты, что поможет решить многие из его проблем. Но что-то подсказывало Эдмунду, что уповать на это не стоит и осторожность всё равно не повредит.

Лицо его, всё ещё по-аристократически бледное, сейчас было покрыто родинками и пятнами грязи. Глаза слегка подведены грязью смешанной с краской, чтобы отвлечь собеседника и обратить его внимание мешки от недосыпа. Конечно, Эдмунд не знал насколько успешно у него получилось, но случай это проверить, как нельзя кстати, подвернулся совсем скоро.

Ещё пока не съехав с дороги, т.к. по воспоминаниям Эдмунда до Тёмной Лощины оставалось ещё пара десятков километров, на встречу Эдмунда выехала обычная фермерская повозка. За упряжкой тёмно-коричневых лошадей, находился сухенький дед с длинной бородой и забавной соломенной панамке. Рядом по всей видимости ехал старший сын, что откинув руки и голову назад смотрел на мирное небо, держа во рту колосок. В самой повозке кроме старых ящиков и бочек находился и младший, что свесив ноги за повозку весело имя болтал, напевая какую-то народную песенку, следив за обратной стороной дороги.

– Приветствую, уважаемые. Вы из Тёмной Лощины путь держите? – решил попытать счастья Эдмунд в проверке своей маскировки. Задал он этот вопрос, как только с близился с повозкой. Старик, что сидел на месте кучера немного вздернул поводья на себя, заставив лошадей остановиться.

– А то как ж. Тут больно и неоткуда ж. А те зачем ж? – ответил заместо старика, предположительно, старший сын.

– Да вот. С садов путь держу, хотел узнать какие новости нынче в городе? – ответил Эдмунд пытаясь подражать манере крестьян, в том числе и в названии своего родового замка.

– Аж с садов? Поговаривают, там какой-то стервец бучу знатную устроил. Господа все рвут и мечут. – проявил заинтересованность старик, приподнимая панамку и рассматривая незнакомца.

– Да? Может не при мне случилось? Кто сказывает то? – с неким подозрением спросил Эдмунд.

– Да. – махнул старший рукой. – Служивые, правда, уж сильно лютуют, всех приезжих смотрят и спрашивают. Все важные, да при оружии. Ищут значиться какого-то беглеца, что септоном переоделся, да непотребства всякие королю на празднике сказал. Яро ищут больно ж, ну, оно и правильно. Чай нечего на короля непотребства возводить. – объяснил ему старший сын.

– Ясно. Ну, дело правильное делают. А так. Ничего интересного в городе не происходит? – стараясь не проявлять интереса к информации о разыскивающих его стражниках, Эдмунд задал последний вопрос чисто для конспирации.

– Да, че уж там. Как стоял, так и стоит. Цены правда на кожу упали, а так из чего-то особенного только досмотр и был. – ответил ему в своей манере старший сын.

– Понял вас, благодарю, что помогли. Удачной вам дороги, уважаемые. – ответил крестьянскому семейству Эдмунд, улыбнувшись и ногами подталкивая Камрита двигаться дальше, конь двинулся мимо кареты.

– Не за что ж. Всегда рады. Ну, пошли ж! – крикнул, под конец беседы, старик лошадям и также двинулся своей дорогой.

Через пару минут, как только повозка скрылась, Эдмунду свернул с дороги, позволяя Камриту самому задавать направление. Ранее Гарденеру приходилось съезжать с дороги как только в поле зрения кто-то появлялся, но теперь в том не было нужды. Маскировка сработала на все сто процентов, по крайней мере, старик и его сын обращались к нему на равных, что не могло не радовать. Однако, в Тёмную Лощину теперь ему путь заказан.

Хотя Гарденер и не собирался посещать вотчину Вирвелов сейчас, но осознание того, что город выставил контрольно-пропускные посты, не приносило особой радости. Оставалась ещё надежда на то, что в более дальних от столицы Простора городах такой практики ещё не ввели, но на это было мало надежды. Оставалось только уповать на маскировку, хотя и не очень качественную. Впрочем, даже такие новости не могли испортить настрой избранника Семерых.

***

Несколько дней спустя.

На дороге Роз близ Эпплтона.

Эдмунду и Камриту потребовалось несколько дней прежде чем они достигли стен второго крупного поселения на дороге Роз. Эпплтон был владения одноименного рода, что издревле являлся младшим домом Фоссовеев из Сидрхолла, но отделился от них во время Вторжения Андалов, когда происходил передел земли и ассимиляция приверженцев веры Семерых в культуру Простора.

Город, как и владельцы крепости, в основном занимался тем, что продавал собственный сидр, как, впрочем, и Фоссовеи, что ещё раз напоминало людям о древней связи этих двух родов. Хотя, на сколько помнил Эдмунд, сидр из Эпплтона был не таким сладким как в Сидрхолле, но при этом более доступным для торговцев и крестьян, что позволяло дому Эпплтонов крепко стоять на ногах.