Бессонница
Шрифт:
– Я забыла по телефону сказать, чтобы ты купил кофе, и выбежала к магазину, но ты к магазину не пришел, к этому магазину, за углом, около прачечной.
– Да, - сказал я, - я проехал две остановки и зашел в "24 часа".
– А я не думала, что ты зайдешь в "24 часа".
– Ну и что, что я зашел туда?
– Я, - говорит, - ждала тебя здесь, и не было сил ждать, и так захотела кофе, что попросила в магазине, чтобы мне дали в долг маленькую пачечку...
– И - дали?
– Нет, не дали, - опять расхныкалась.
– Как я опозорилась!
– Не плачь, - утешаю.
– Мы сейчас вернемся и в этом магазинчике, за углом, купим кофе.
– Да, - говорит, - в этом... чтобы они увидели.
Заворачиваем за угол, тут она передумала:
– Нет, лучше пошли в овощной, его уже должны открыть.
– Нет, - говорю, - именно сюда зайдем, чтобы у тебя не осталось чувства, будто ты опозорилась. Кстати, - интересуюсь, - ты получаешь пенсию, почему у тебя нет денег?
– Я их не взяла с собой, просто не взяла, потому что думала: встречу тебя.
Заходим в этот магазин, за углом.
– Слушай, - обнимает меня, - купи сосисок. Кофе не надо. Расхотелось уже. А сосисок очень хочется!
– И кофе, - обещаю, - куплю...
– Тут же обращаюсь к продавщице: Пожалуйста, сосисок.
– Я хочу развесных, - заявила Фрося.
– Какие я брала здесь в прошлый раз.
– Развесных нет, - говорит продавщица.
– Только в упаковках.
– Тогда пошли в овощной, - тянет меня, - раз у них нет!
– В овощном, - уточняю, - разве есть мясной отдел?
– Да, - утверждает.
– Там есть разные отделы.
Подходим к овощному магазину. Дергаю за дверь - еще закрыто. На двери табличка, смотрю на часы - еще минут десять ожидать.
– Что случилось?
– наконец спрашиваю.
– Зачем ты мне позвонила в такую рань?
– Да, случилось, - объявляет она и не рассказывает, молчит.
– Пока есть время, рассказывай, - говорю.
– Я расскажу дома.
– Потом не будет времени, - говорю.
– А пока...
– Нет, - говорит.
– Это очень важно - то, что я хочу сказать, и - у этих вонючих баков с мусором, у этого столба я буду лучше молчать...
– Пока есть несколько минут, - вспомнил, - давай зайдем на почту, мне надо получить телеграмму.
– От кого?
– Откуда я знаю: от кого?
– Пошли, - говорит.
Тут я передумал.
– Ладно, - говорю.
– По пути на работу зайду.
– От кого, - спрашивает, - телеграмма?
– Не могу знать?
– развожу руками.
– Ты сама подумай!
– Я вот и думаю, - говорит.
Купил развесных сосисок, кофе - конечно; еще бананов; пришли к ней домой; я все это достаю из пакета и - достал сливки, которые купил в "24 часа", - она увидела маленький пакет, и настроение ее опять переменилось.
– В который раз прошу не покупать маленький пакет, - протянула с разочарованием.
– Слушай, Тузов, что делать с котятами?
– Это по этому поводу ты меня разбудила?
– Нет, - вздохнула Фрося.
– Я делаю тебе предложение, - объявила невозмутимо.
– Если ты скажешь "да", я тут же иду стелить постель.
Сумел унять дрожь пальцев, решил поглядеть в окно. Шагнул к нему, головой задел бумажный абажур, еще шаг, и лбом уперся в железную решетку, а руки протянул к деревцам, под которыми недавно пробирался, но сейчас до листвы не дотянулся.
– Вечно ты головой - в абажур, - сказала с грустью Фрося и пальчиками придержала раскачивающийся белый шар.
– Позвоню в церковь.
– Зачем?
– я вынул руки из решетки.
Она сосредоточенно набирала номер. Меня внезапно затрясло от озноба; хотя я вида не показывал, что волнуюсь, и, наверно, в этом преуспевал, однако в одну минуту устал до изнеможения.
– Можно кого-нибудь из батюшек?
– попросила Фрося.
– Еще нет никого? удивилась.
– Извините, а с кем я разговариваю? Сторож? В таком случае, может быть, вы подскажете, что делать с котятами?
Сосредоточенно она слушала, хотя что можно ответить на такой простой вопрос, и невольно я усмехнулся, а Фрося кивнула несколько раз сторожу, поблагодарила и положила трубку.
К этому времени закипел чайник. Фрося достала чашки - я с равнодушием, безучастно ожидал, и тогда... пока не поздно, - решительно поднимаюсь из-за стола и - объявил, что мне на работу.
– К скольки?
– К девяти.
– Успеешь.
– Я и так опаздываю, а еще на почту заскочить.
– Ну и что, если опоздаешь?
– У меня начальник - женщина, - тогда говорю.
– А с женщинами трудно.
– Да, с женщинами тяжело, - согласилась Фрося.
– Я предпочитаю иметь дело с мужчинами.
Прохожу в коридор и обуваюсь.
– Минуточку, обожди, - Фрося поднесла мне кружку с булочкой и исчезла в спальне.
Ожидая - расслабился, глоток горячего кофе, и - отщипнул от сладкой булочки, тут же захотелось спать, и я зевнул, когда Фрося поднесла котенка.
– Что это значит?
– удивляюсь - и нехотя принял его к себе на руки.
– Это ничего не значит, - язвительно замечает.
Прихожу на почту, в 5-ом окошечке подают телеграмму, читаю: Вы уволены с работы. Иван Антонович. Изображаю улыбку. Работница почтового отделения тоже улыбнулась и показывает:
– Какая у него хорошая шкурка!
Отцепляю когти от рубашки и протягиваю котенка:
– Возьмите себе на шапку.
– Что вы, что вы?
– машет руками.
Выхожу из почты, тут же на ступеньках встречаю девушек: одна в шляпе, у другой - короткая стрижка.