Чтение онлайн

— Не стану лгать. Я и в самом деле ночью целовалась. Но с кем именно, это мое дело, и только мое. Прости, если я не сочту возможным сказать тебе, кто это был.

— Ладно, на том и остановимся.

— Прости мою дерзость, королева Гиневра, но на твоих щеках и подбородке я вижу сходные следы.

Рука Гиневры взлетела к лицу.

— Кажется, мы обе провинились одинаково.

— Я бы не стала говорить тебе об этом, если бы не твое замечание.

— Большое спасибо, Изабель.

— Ладно, вернемся к началу, — сказала она, откладывая полотенце. — В чем причина твоего визита?

— Причин несколько, графиня.

В голове разом промчалось множество предположений. Гиневра узнала, что она целовалась с ее мужем? А может быть, узнала, что Изабель как следует врезала ее пасынку? Мэри не должна была собирать цветы в саду для ее ванны?

— Прошу, объясни!

— Мне нужен твой совет, — сказала королева.

Вот как? Этого в списке Изабель не было. И вроде бы такой поворот не грозил пыткой и смертью.

— Мой совет?

— Да. Муж рассказал мне, как ты огорчена, что у женщин в замке нет возможности отдохнуть от повседневных обязанностей. Он сказал, что ты уверена: у них должно быть время для игр и развлечений.

У Изабель перехватило дыхание.

— Королева, я не понимаю… Я такого не говорила. Я лишь высказала сходную мысль в беседе с королем.

— Но мне очень нравится твоя точка зрения, по правде говоря.

Ага, значит, в ближайшее время казнь ей и вправду не грозит. По крайней мере, она на это надеялась. Она попыталась связаться с Хозяйкой Озер, но богиня не ответила. Похоже, Изабель была предоставлена самой себе.

Вот и отлично.

— И чем же я могу тебе помочь, королева Гиневра?

— О, прошу, называй меня Гвен, — сказала королева, — И позволь мне называть тебя Изабель. Ненавижу эти придворные правила!

— Я тоже. Но, боюсь, я высказалась, не подумав. Не мое дело учить вас, как управлять слугами.

Гиневра, как ни удивительно, преисполнилась разочарования.

— Хочешь сказать, ты на самом деле ничего такого не имела в виду?

Изабель передвинула второй стул поближе к Гиневре.

— Ох, конечно имела. Подумай вот о чем, королева Гиневра… — Она встряхнула головой, — Гвен. Женщины, которые живут в Камелоте, только и делают, что работают. Работают и работают. Мужчины тоже, конечно, трудятся, но у них есть еще и состязания, охота. Женщинам необходимо разрешить хотя бы немножко времени посвящать самим себе.

Гиневра кивнула, хотя на ее лице отразилась откровенная растерянность.

— Я понимаю, о чем ты, но я ведь никогда не слышала ни слова жалоб!

— Ох, умоляю! Ты действительно думаешь, что слуги Камелота станут поверять тебе свои горести?

В комнату влетела Мэри.

— Я готова заняться твоими волосами…

Она умолкла на полуслове и опустила взгляд.

— Прошу меня простить. Я вернусь позже.

— Нет, Мэри, — остановила ее Изабель. — Мне было бы очень приятно, если бы ты занялась моей прической прямо сейчас.

— Но королева…

— Не обращай внимания, — сказала Изабель, — Или так нельзя, Гвен?

— Ничего подобного. Входи и займись своим делом, Мэри.

— Да, моя королева.

— Это ее талант, а не обязанность, — сказала Изабель.

— Прости, не поняла?

— Дело в том, Гвен, что причесывать — это для Мэри не работа. Ей это очень нравится. И она отличная мастерица.

— Спасибо, моя леди, — сказала Мэри, по-прежнему глядя в пол.

— Понимаю, я уж очень назойлива. Однако я просто хочу объяснить, что вы недостаточно продуктивно используете людей. Мэри, например, следовало бы заниматься только прическами. Она великолепна. Она, кстати, могла бы привести в порядок и головы здешних мужчин. Ты ведь замечала, что многие из них, так сказать, нуждаются в некотором… приглаживании?

— Приглаживании?

— Им нужно постричься.

— Нужно?..

— Ты не замечала?

— По правде говоря, нет. Ну вот, еще одна моя ошибка.

— Это не ошибка. Просто, судя по всему, ты замечаешь лишь… — Изабель вовремя поймала себя за язык. — Замечаешь только то, что имеет для тебя значение. К тому же, я уверена, ты всегда думала о рыцарях только как о людях Артура и не видела необходимости как-то о них беспокоиться.

— И что бы ты посоветовала?

— Им надо поработать над собой. Например, приближенный Артура, Джеймс, очень красивый мужчина. Но в каком состоянии его волосы!

Мэри странно пискнула.

Гвен внимательно посмотрела на нее.

— Ох да, конечно. Ты — та самая Мэри.

Изабель поняла, что от нее кое-что ускользнуло.

— Извини, Мэри. Я не заставляю тебя разбираться с его ужасной шевелюрой. Я просто хотела, чтобы у тебя была возможность заниматься тем, что тебе нравится.

Гиневра попыталась скрыть улыбку, но ей это не удалось.

— Я чего-то не понимаю? — спросила Изабель.

— Ох, моя леди, — тихо произнесла Мэри.

У нее вдруг задрожали руки.

— Я благодарна… Но я буду делать то, что велят мои король и королева. С удовольствием, само собой. Можно мне, графиня, причесывать только тебя одну?

Изабель посмотрела на служанку, на королеву…

— Конечно, а что такое?

Гиневра наконец заговорила, и в ее глазах светилось веселье.

Я уверена, что Мэри пленила сердце Джеймса. Я угадала, Мэри?

Бедная девочка, казалось, готова была потерять сознание.

Погодите-ка, — сказала Изабель, желая дать Мэри минутку, чтобы прийти в себя, — Мы говорим о Джеймсе, здоровенном мужике, доверенном лице короля Артура?

— Я знаю, что он насмерть сражен некоей Мэри, — пояснила королева. — И слышала, что Артур посмеивался над ним из-за этого. Но я, к сожалению, не знала, о какой именно Мэри шла речь.

— А у вас здесь их много? — спросила Изабель.

— В замке множество и Мэри, и Лили, и девушек с другими именами. Но я уверена, у нас только одна Пруденс, что значит «благоразумие». Не знаю, о чем думала ее мать, когда давала девочке такое имя.

Изабель снова перевела взгляд на пылающее лицо Мэри.