Чтение онлайн

Я отскочил в сторону, но ее когтистая лапа задела меня, разрывая мое тело, брызнувшее светящимися каплями какой-то тонкой субстанции. Я почувствовал нечто похожее на ожог. Отлетел к окну, увернулся от очередной атаки, воспарил к потолку, отмечая, как взгляд Ольховской мечется по комнате. Возможно, Анна чувствовала происходящее или даже что-то видела.

Очередная атака Сехмет стала еще менее приятной. Она крепко задела меня левой лапой и успела вонзить клыки в предплечье левой руки. Снова ощущение, отчасти похожее боль от ожога, только в этот раз сильнее и глубже. И снова из моего тела, невидимого для человеческих глаз, полетели брызги светящейся субстанции.

Как сражаться с потусторонним чудовищем, я понятия не имел. Оставалось лишь одно — бегство. Да, позорное со стороны бегство, но надо быть идиотом, чтобы сцепиться с существом, с которым ты не знаешь, как справиться.

Я метнулся к окну. Вырвался через форточку на улицу, обернулся и с удивлением обнаружил, что Сехмет преследует меня даже за пределами квартиры баронессы.

Глава 7

Ночные сады

— Поль, чего ты такая? — с улыбкой спросила ее Мария Архиповна, неторопливо разрезая столовым ножом лангет. — Неужели снова мысли о Николае Сергеевиче?

— Чур меня! — усмехнулась Лебедева, все еще держа в руках бокал. — Чего мне о нем думать? Я так рада, что смогла улизнуть от него. Надеюсь, до самой осени или даже до зимы. Ведь он же хотел приехать в июне, как решится вопрос с уходом за виноградниками. Еле его отговорила. От мужей, Маш, надо иногда отдыхать. Знаешь ли, долгие годы замужества начинают…

— Полина Борисовна! — шутливо возмутился муж ее подруги, перебивая ее. — Да как вы можете! Тем более Сергей Николаевич — сама душа! Разве можно с ним заскучать, тем более пожелать скрыться от него из солнечного Крыма в Москву!

— Вы не совсем хорошо его знаете. С ним в самом деле становится тяжело. Он почти на семь лет старше меня. Последнее время вечно всем недоволен, стал тяжелым в разговоре, сварливым, точно хворающий старик. Нет, меня это мало касается, в основном страдают наши приказчики и работники в цехах, но все равно, я устала от его ворчания и него самого. Только, Захар Матвеевич, без передачи! — Полина Борисовна шутливо погрозила Раевскому пальцем и со вкусом пригубила вино из тяжелого хрустального бокала.

Вообще, ее не слишком пугало, если муж Марии Архиповны при случае передаст ее слова Лебедеву. Отношения Полины с мужем последние два года портились, давно пропал их прежний взаимный интерес как супругов. Сергей стал мрачным, полностью погруженным в дела мебельных цехов, вдобавок очень недовольным, как складываются эти дела, а она… Она еще полгода назад задумалась, что ее жизнь мог бы скрасить какой-нибудь легкий роман, потому как жизнь в Феодосии, особенно в холодное время года, стала для нее слишком скучной и серой. Полина едва удержалась, чтобы не ответить на тонкие ухаживания виконта Зиновьева, который вертелся возле нее последние два месяца. Устояла лишь потому, что виконту, при всей относительной привлекательности, уже исполнилось 47. Если допустить роман, то к чему ей такой поживший кавалер? Хотелось бы видеть рядом мужчину ее лет или еще моложе.

Слушая милую болтовню своих подруг, веселые реплики Раевского, Полина Лебедева изредка поддерживала разговор, улыбалась, шутила, в то время как из головы ее не выходил Саша Рублев. Ясно, что с мальчишкой случилось что-то странное. Он изменился так, как она не могла даже представить. Повзрослел за этот год и превратился в очень привлекательного мужчину. Поменялась не только внешность, что-то неуловимое, но важное, изменилось в его глазах и голосе. От него так и веяло уверенностью и силой — тем, чего раньше в нем и в помине не водилось.

Но главное, откуда в Саше — этом мальчишке, которого она когда-то нянчила, носила на руках — такой интерес к ней как к женщине? Ведь ясно, что все произошедшее между ними за две короткие встречи не могло быть лишь неверно истолкованной случайностью. То, что он несколько выпил сегодня перед их встречей в ресторане, тоже не слишком много меняло. Ведь вино лишь обнажает в мужчине то настоящее, что есть в его глубине. А Саша Рублев явно хотел ее. Хотел как женщину — Полина Борисовна видела страсть в его глазах. И эти поцелуи! Наглые, упрямые, жаркие! Едва вспомнив о них, Полина почувствовала мучительно-приятное ощущение внизу живота и свела ноги, словно этим пытаясь защитить свое женское естество.

Делая глоток вина из хрустального бокала, Лебедева будто снова ощущала вкус молодых и жадных губ этого мальчишки, чувствовала, как прижимается к ней его крепкое тело. Полина несколько раз ругала себя, запрещая об этом думать, но опасные мысли с темным коварством прорастали в тайных закоулках ее сознания. Она допила остаток вина в бокале и что-то ответила Римме Платоновне на похвалы продукции их винодельне и повернулась, поглядывая на столик, где ужинало несколько молодых мужчин. Один из них ей показался похожим на Сашу. Выпитое вино принесло ей вовсе не покой, напротив, лишнее волнение.

Лебедева вспомнила, что обещала Рублеву посетить его в ближайшие дни и собиралась строго поговорить с ним о его излишне вольном поведении и его новой подруге — той барышне, с которой он уехал в «Ночные Сады». Полина Борисовна собиралась быть строгой к нему как мать, но теперь она потеряла уверенность, что у нее такое получится.

Уже вернувшись в свой московский особняк и устроившись на кровати с книгой, госпожа Лебедева с изумлением обнаружила, что роман, купленный перед посадкой на дирижабль, рассказывает о запретной любви сестры и брата. Мария Магдалина! Бессовестный инцест, черти его дери! Ну зачем она взяла именно эту книгу! Полина хотела убрать ее подальше, на верхнюю полку книжного шкафа, но что-то сдержало ее. Быть может, попросту не захотелось вставать с кровати, а может сдержалась потому, что ей подумалось: «запретное и тайное… почему же оно влечет так сильно? И кто придумал эти запреты? Отчего они есть?». Полежав некоторое время с закрытыми глазами, прислушиваясь к себе, Полина Борисовна продолжила чтение порочной книги.

* * *

Мне удалось избавиться от преследования Сехмет лишь у берега Василькового моря. Львица-египтянка попросту растаяла за моей спиной. Когда я обернулся, то увидел, как чудовище превратилось в огненное облачко — оно быстро расселось в ночной темноте.

Надо заметить, что мир, невидимый для человеческих глаз, не был совершенно пустым, если не считать меня и моей недавней преследовательницы, в нем имелось еще нечто. С недавних пор я начал замечать туманные слои и тонкие нити вокруг. Едва уловимые для зрения призрака, они появлялись тогда, когда я как бы менял фокус этого зрения, смотрел, не собирая внимание на чем-либо в материальном мире, но старался охватить все разом. Помимо этих слоев и нитей мне попадались структуры всевозможной формы, небольшие, редко превосходящие размерами меня самого. Дважды я встречал нечто похожее на полупрозрачных птиц, появлявшихся из темноты и снова растворявшихся в ней. Быть может, нематериальный мир, о существовании которого подозревают далеко не все люди, живет своей жизнью и по своим законам. Исследования его могли бы стать интересными, но не в моем нынешнем положении.