Чтение онлайн

— Это все она! Это твои потакания, Экроланд! — кричал Сегрик.

Рапен, сложив руки на круглом животике, наблюдал за этой сценой с некоторой долей удовольствия.

— Что случилось? — спросонья Аткас умудрился проявить непочтительность по отношению к рыцарям, но вряд ли кто-то это заметил.

Сегрик выволок Дженну к погасшему костру и встряхнул так, словно хотел вырвать ей руки:

— Ее надо сжечь! Если ведьма может управляться с мощными заклинаниями без аслатина, ее следует безжалостно уничтожить, пока она не причинила больших бед!

Экроланд приложил значительные усилия, чтобы оторвать Дженну от Сегрика. Она дрожала от страха, а гусиная кожа от холода побежала даже по щекам. Он прижал девушку к себе, накинул ей на плечи шкуру и решительно сказал:

— Замолчи, сэр Сегрик. Нет никаких доказательств того, что именно она освободила мага. Это мог сделать кто угодно!

Аткас отступил в сторонку, поближе к Листику, и оттуда прислушивался к перепалке. Будь он проклят, если расскажет, что вчера видел ее у клетки! Скорее он язык проглотит. Это решение пришло внезапно, и было тем более удивительным, потому что еще минуту назад Аткас полагал, что должен все рассказать.

— А кто еще в лагере служит не то что темным силам, а самому Неназываемому? — сказал Сегрик, надвигаясь на Экроланда.

Тот не стушевался и вздернул подбородок. Казалось, что кончики усов приподнялись, стремясь подчеркнуть важность слов своего владельца:

— С таким же успехом это мог быть любой из оруженосцев…

Поднялся небольшой гомон среди собравшихся.

— Рыцарей…

Гомон перерос в тревожный гул.

— Или священников!

Гул перерос в ропот. Все смотрели на рыцаря с откровенным недоумением, на лицах некоторых явно читалось возмущение. Экроланд спокойно продолжал:

— А также из леса могли прийти гоблины или иные мерзкие создания, и спокойно освободить Меруэля. Это ты, Сегрик, оплошал тем, что не выставил дозор около клетки!

— Выставил! — торжествующе воскликнул Сегрик, и по его жесту вперед выступили молодые рыцари. Вид у них был неважный. — Вчера же и выставил! Терин, расскажи, как все было, да смотри, не упусти ничего!

— Мы с Орвальдом стояли по разные стороны клетки, — начал, запинаясь, рыцарь. — Ночь была особенно темна... Около полуночи я увидел невысокую фигурку, проскользнувшую к прутьям клетки. Это была Дженна, потому что когда она заговорила с Меруэлем, я услышал ее голос, — все затаили дыхание. — Она говорила ему какие-то слова, я, чтобы расслышать, о чем она толкует, подошел ближе. Надо сказать, что священники наложили на меня и напарника Завесь, поэтому девчонка нас и не увидела, — и успел разобрать лишь что-то про воду. Она ушла, и... И все. Больше я ничего не помню, — он развел руками.

— Их усыпили с помощью волшебства, — пояснил Сегрик и обернулся к Экроланду. — Ну что, убедился? Ведьма якшалась с магом и освободила его. Тебе достаточно такого довода?

— Никто не видел, как она освобождала Меруэля, — спокойно ответствовал Экроланд. — Так что ее вина не доказана. Повторяю, это мог сделать любой.

Сегрик красноречиво взглянул на Рапена, и священник выступил вперед:

— Разреши прочитать ее ум, — елейно осведомился он. — И мы тотчас все узнаем?

Дженна подалась вперед, встревожено глядя на Экроланда, но тот поднял голову и обвел всех присутствующих взглядом, в котором читался гнев:

— Не позволю плавить ей мозги! Да что это со всеми вами, в конце концов? — он швырнул свой плащ на землю. — Сядь, Дженна. Никто не причинит тебе вреда. Аткас, ты будешь защитником девушки на время моего отсутствия!

Рапен кисло улыбнулся. Видимо, священник знал, что должно случиться, но Аткас ничего не понимал. Что происходит? Однако, несмотря на неуверенность, он уселся рядом с Дженной и укрыл ее ноги краем теплого мехового плаща. Девушка нашла в себе силы слегка приподнять кончики губ, обозначая благодарную улыбку.

Сегрик выглядел, как человек, который поставил все свои деньги на кон, — и проиграл. Экроланд обнажил меч, вонзил его в землю перед собой, что составило с его стороны некоторое усилие, поскольку земля была мерзлой и твердой, как камень. И встал на одно колено, гремя латами.

— Я искуплю вину того, кто совершил проступок, — вокруг все затихли, ни шепотка не слышалось, и даже деревья перестали шелестеть голыми ветками, когда эти негромкие слова сорвались с его губ. — Я встану на путь и пойду по Следу.

Губы Листика шевелились, словно он повторял то, что говорил рыцарь. Лицо оруженосца приобрело такое выражение, будто ему позволили краем глаза заглянуть в Зеркало Майринды. Или в женскую баню. Аткас мог лишь предположить, что стал свидетелем какого-то ритуала, но смысл напрочь ускользал от него.

Сегрик резко развернулся и пошел прочь. Желваки играли у него под кожей, а кулаки сжались так, что будь в них зажаты камни, они превратились бы в мелкое крошево. С ненавистью он посмотрел на привязанного к колышку палатки Стролла, словно обвиняя животное во всех смертных грехах.

— И боги ошибаются, — пробормотал себе под нос Рапен, глядя вслед главе отряда.

Экроланд опустил голову и зашевелил губами, шепча про себя молитвы. У Аткаса изумленно расширились глаза: рыцарь менялся, его облик становился чуть более расплывчатым, чем все окружающие предметы, а лезвие меча засветилось ярким голубым светом, ослепляющим даже в этот ясный морозный день.

Движение рыцаря вначале неправдоподобно замедлились, и, когда Стролл тревожно заржал, рыцарь помахал ему очень плавно и неторопливо, но через секунду он, напротив, стал стремителен, как ветер, и, подхватив меч, встал. Аткас увидел, что глаза у него целиком белые и тоже светятся.

Рыцарь бесшумно скрылся в зарослях, окружающих поляну, и только тогда все, наконец, заговорили.

— Нам остается только ждать, — молвил Рапен. Выпростав ладонь из белого мехового рукава, он нарисовал в воздухе нечто вроде запятой с длинным хвостиком.

«Талус, храни меня от скверны». Знак, отпугивающий нечисть. Все быстро скопировали жест священника, даже ведьма. Как догадывался Аткас, настоящим волшебством здесь и не пахло. У священников вообще множество непонятных ритуалов, но все последователи Талуса обязаны в них разбираться. Юноша рассудил так: ежели сей знак охранит их от любой, даже самой мелкой напасти, имеет смысл использовать его как можно чаще.