Чтение онлайн

— Да нет, заточу.

— Ладно, не цепляйся к нему, — миролюбиво сказал Листик, хлопая Грего по плечу. — Видишь, у него душа в пятках прохлаждается. Смотри, Аткас, вон тот конь принадлежит сэру Экроланду. Поди займись им, а то скоро уже наши хозяева позавтракают.

Аткас рад был отойти от заносчивой компании оруженосцев. Он нутром чуял — ему долго предстоит доказывать, что он чего-то стоит, что его Экроланд взял не из чистого милосердия.

Конь Экроланда, настоящий красавец, настороженно покосил на него глазом, но, видно, довольный увиденным, позволил собой заняться. Седлая коня и прикрепляя ремнями стоявшие рядом седельные сумки, Аткас краем уха слушал, о чем болтают другие оруженосцы, еще до его прихода закончившие с работой.

— Никогда еще не видывал гнезда ведьм. Интересно, их там много? — говорит Пете.

Аткас наморщил лоб. К чему это тихий Пете заговорил о таких ужасных вещах? Парень, закончив с конем, привалился к стене стойла — так лучше слышен разговор.

— Трусишь? — насмешливо осведомился Грего. — Я, например, уверен, что один-единственный рыцарь, если, конечно, он по-настоящему хорош в деле, сможет вычистить подобный рассадник зла.

— Сэр Орвальд упомянул, — возразил Пете, — что ведьмы ненавидят все живое, и что они на многие мили расстилают смертельные заклинания, и ни одна букашка не может от них ускользнуть.

— Много твой хозяин видел ведьмовских гнезд!

— Ладно вам, — утихомиривающее загудел голос Листика. — В любом случае, сегодня рыцарей там будет четверо, а это не один и не два. Что до тех смертельных многомильных заклинаний… То что-то я очень в этом сомневаюсь.

Аткасу словно врезали под дых. Он ловил ртом воздух, а в голове гремела мысль: «Сегодня? Гнездо ведьм?!». Все его знания о ведьмах ограничивались услышанными в детстве сказками матери. В них ведьмы представали чрезвычайно хитрыми, порочными существами, которые не прочь отведать человеческого мясца. Став постарше, он узнал о том, что большая часть рассказанного ему в детстве — неправда, но друзья поведали ему под большим секретом, что ведьмы владеют крайне интересными заклинаниями… Например, могут необратимо вытянуть из чресел всю мужскую силу. Или сделать так, чтобы у женщины рождались одни девочки, а то и двухголовые уродцы. А еще они любят играть со смертью, что бы это ни значило.

Он тут же ясно понял, что еще не готов быть оруженосцем. Оглянувшись, он увидел единственный выход: выбежать в ворота конюшни, — и поминай как звали. И никаких тебе ведьм и смертельных заклинаний.

Он уже занес ногу, чтобы удрать, как позади раздался тихий голос Листика:

— Эй, Аткас? Посмотри, пожалуйста, сюда.

Аткас, пристыженный, обернулся, и только спустя пару мгновений до него дошло, что Листик никак не мог узнать о том, что он собирается удрать. Похлопав коня по боку, Аткас нарочито равнодушно поднял взгляд.

Листик расстегнул куртку и задрал рубашку. По животу и дальше к груди тянулась бледно-розовая нить, тонкий неровный рубчик на гладкой коже.

— Я бы умер… Если б не Терин. Сэр Терин. Рыцари всегда берегут своих оруженосцев. Не наоборот, нет. Мы — ученики, а не живой щит для рыцарской плоти. Я хочу, чтобы ты это ясно понял.

К голове хлынула кровь. На щеках зажглись маковые пятна стыда. Значит, все-таки понял, что боится, понял, что может удрать.

— Это было во время боя с… — Аткас кивнул в сторону улицы, где стояла клетка с черным магом.

— Нет, что ты, — Листик выглядел удивленным. — Случилось это два года назад, еще до того, как я стал оруженосцем. Меня чуть не задрал медведь, хорошо, сэр Терин оказался поблизости. Они там охотились. А Меруэля захватить для нас не составило ровным счетом никакого труда. При отце Рапене и отце Элнасе он стал тихим, как котенок, чей загривок в зубах у матери. Я показал тебе шрам для того, чтобы ты понял — рыцари слишком благородны, чтобы позволить себе подвергать опасности кого-то, кроме себя. Можно сказать, что это они нас защищают, а не мы им помогаем. И еще, Аткас. Ведьмы практически бессильны, когда рядом есть священник, а у нас в отряде их двое. Не бойся.

— Все вы тут трусы, — презрительно сказал Грего, появляясь в стойле. — Мой хозяин ненавидит подобные сантименты. Ах-ах, спасли воришку. Ах-ах, чуть медведь не съел. Твой-то Терин, Листик, ни одного дня не пробыл оруженосцем! Вот тебе и благородство!

Листик помрачнел и отвернулся в сторону. Аткас ничего не понял из язвительных слов Грего.

— У сэра Сегрика каменное сердце, — неслышно проговорил сзади Пете.

Грего уже было кивнул, довольно соглашаясь, но потом в полной мере осознал сказанное и накинулся на них:

— А ну, быстро седлать тех коней! Или вы думаете, что священники сами своим конягам будут уздечки навешивать?

Он ткнул острым пальцем в спину Аткасу, подталкивая к одному стойлу, и слегка ударил Пете по плечу, направляя в другое.

— Раскомандовался, — прошипел Аткас, пытаясь почесать спину.

— Имею право, — продолжая его подталкивать, сказал довольный Грего. — Я же над вами главный, как-никак, мой хозяин — глава отряда!

***

Аткас заканчивал седлать лошадку, принадлежащую одному из священников, когда до него донеслись бодрые голоса снаружи. Выглянув из стойла, он увидел входивших в конюшню двух незнакомых рыцарей.

Доспехи одного из них были сделаны из стали отнюдь не самого лучшего качества, у этого рыцаря полностью отсутствовали украшения, единственным исключением была маленькая медная сережка в мочке левого уха. Подобные серьги были в ходу среди людей науки — звездочетов, инженеров и естествопытателей.

Второй рыцарь отличался изысканным, даже щегольским видом, все в нем, начиная от мягких замшевых сапог с отворотами, расшитыми серебряной нитью, и кончая шлемом в руке с изящным пушистым перышком, говорило о хорошем вкусе и немалом весе кошелька.

Юноша принялся гадать, кто из них глава отряда, уже успевший напугать его до колик, хотя Аткас ни разу его даже не видел. Оба были необычайно молоды, по крайней мере, по сравнению с Экроландом. Едва ли хоть один из них справил свое тридцатилетие. С ходу отметя бедного, Аткас с любопытством уставился на щеголя. Как мог такой изнеженный и франтоватый рыцарь выбрать себе в оруженосцы нескладного Грего?

Но все его сомнения разрешились, когда к рыцарям с поклонами подошли Пете и Листик, ведя на поводу коней. Рыцари легкими кивками приветствовали своих оруженосцев.