Чтение онлайн

— Пожалуй, твой приезд — единственная приятная новость за сегодняшний день, — сказал он, тепло обнимая Слэма.

— Что, все так плохо? — заботливо спросил Слэм и продолжил, поднимая палец к потолку, — а я-то думал, тобой в верхах заинтересовались!

— Глупости! Надо мной — Талус, а он доселе моей скромной персоне внимания не уделял, — ответил рыцарь. — Ты сам-то как?

— Обо мне и говорить не стоит, — махнул рукой Слэм. — Все потихонечку. Ты разговор-то не уводи. Зачем это ты Наместнику понадобился?

— Голоден, умираю прямо, — уклонился от ответа Экроланд. — Давай поедим сначала, а? Хотя догадываюсь, что тебя тут с утра закормили.

— Дженна — отличная хозяйка, — подмигнул Слэм. — Вот с женой кому-то повезет! Но я не прочь еще разок перекусить. Твой Тим бесподобен! Раньше он и виду не подавал, какие умеет готовить вкусности.

Обед, поданный в гостиную, способен был насытить целый отряд. Чего только не было на столе: всевозможные соленья, салаты, диковинные приправы, гусь, запеченный целиком, а на сладкое — пирог из ягод, заботливо припасенных Тимом с осени.

Сыто отдуваясь, Слэм откинулся на спинку стула и похлопал себя по животу:

— И чего я не осяду где-нибудь в деревне? Найду себе жену, будет меня каждый день потчевать, а я дрова там колоть, на охоту ходить…

— И заест тебя тоска на восьмой день, — лукаво подхватил Экроланд. — Даже мне иногда тоскливо день-деньской в Медовых Лужайках штаны просиживать, даром, что дел выше крыши.

Мужчины встали из-за стола и прошли к камину. Дженна ревниво заметила, что Слэм, как ни в чем не бывало, вновь уселся на «сломанное» кресло, а Экроланд ему и слова не сказал. Зато он обратился к ней, словно к несмышленой девчушке:

— Малыш, ступай к себе в комнату, нам кое-что нужно обсудить.

Дженна фыркнула, но перечить не посмела. Убрав вместе с Эстой со стола, она пошла к лестнице и увидела госпожу Сакару. Стараясь не наступать на больную ногу, старуха несла поднос с кофе. «Ей, выходит дело, можно их слушать, а мне нельзя? — возмутилась девушка, — и что за секретные разговоры они собираются там разговаривать?»

Подождав, пока Сакара не вплывет в гостиную, Дженна заняла место под лестницей, где были свалены в кучу ведра, веники и прочие хозяйственные инструменты. Как она и надеялась, в стене оказалось несколько щелей, сквозь которые прекрасно доносились голоса из гостиной.

Слэм раскурил трубочку, из нее потянулся к потолку дымок. Блаженно пыхая, рейнджер дождался, пока госпожа Сакара не уйдет, и только тогда спросил:

— Давай начистоту. Чего хочет Наместник?

Поленья в камине изрядно трещали. Экроланд поворошил их кочергой, еле отпрянул от целого снопа искр и встал рядом, задумчиво вертя кочергу в руках:

— Он приказал отправиться в Вишневые горы, просить гномов о помощи.

Лицо Слэма забавно вытянулось, поднялись в удивлении брови:

— Что, к царю? К самому царю? Толлирену?

Кивнув, Экроланд, наконец, опустился в кресло. Обжигая губы, отхлебнул горячий кофе и довольно зажмурился.

Слэм задумчиво уставился в камин, где трепыхались слабые язычки пламени. На ночь огонь разведут побольше, чтобы он согревал весь дом.

— Старина Толлирен… Давненько мы не виделись, а, Эри?

— Я предпочел бы увидеть его при иных обстоятельствах. Кстати, на что ты намекаешь, говоря «мы»? Видишь ли, я хотел узнать, свободен ли ты в ближайшее время, мог бы ты поехать со мной… А ты, хитрец эдакий, уже все для себя решил?

— Не могу упустить шанс повидать царя, — усмехнулся Слэм в усы. — А то, глядишь, девки опять за тобой увяжутся.

— Дженну прикую к кровати, — пообещал рыцарь. — Никуда она не денется. За Кармину, правда, не ручаюсь, но ей о нашем отъезде узнать будет просто неоткуда.

При упоминании Кармины лицо Слэма слегка изменилось. Он нахмурился и стал покусывать губу. Экроланд тотчас выругался про себя. Не стоило напоминать Слэму про Кармину! И так у жизнерадостного гиганта душа из-за нее не на месте.

— Как ты думаешь, ее накажут? — после недолгого молчания спросил Слэм. Волнуясь, он сжал ладони в кулаки. — А вдруг лорд Улин в ярости ее… побьет?

— Ну что ты, — ответил Экроланд, чувствуя за собой необъяснимую вину. Само собой, он догадывался, что дочь магистра питает к нему некие чувства, но считал, что это девичий каприз. Лучше об этом другу не говорить, а то еще поймет неправильно. — Магистр и мухи не обидит. Мне кажется, все обойдется. Она сама, думаю, кого хочешь побьет. У нее слишком боевой характер!

— Этого у нее не отнять, — криво ухмыльнулся Слэм, говоривший с девушкой один единственный раз в жизни, но узнавший буквально все о ней через прислугу, рыцарей, которые были вхожи в дом магистра, и соседей.

Рейнджер поднялся и завозился с мешком, в котором хранил все пожитки, необходимые в долгих пеших походах.

— Совсем забыл, — сказал он, поднимая голову. — А ведь у меня для тебя подарок!

В конце концов, он нашел то, что искал, и на свет появились ножны. Экроланд подошел и осторожно принял их в руки. На ощупь они казались точь-в-точь бархатными, а сверху шел кант из голубоватого меха. Кожа, из которой были смастерены ножны, отливала перламутром. Экроланд приладил подарок к поясу и, сняв со стены коллекционный меч, для пробы вложил его внутрь, потом вытянул обратно.

— Спасибо, друг. Подарок просто замечательный!

Слэм, сложив руки на груди, молча наблюдал за его манипуляциями, а на лице у него проступала обида и подозрение:

— Эри! Что ты от меня скрываешь?

Экроланд поднял глаза:

— Прости?

— Простить прощу, но изволь ответить мне, пожалуйста, вот на какой вопрос: где твой меч?

Рыцарь небрежно махнул рукой:

— Долгая история, Слэм. Пока рано еще говорить об этом. Может, позже…

Дженна отодвинулась от стены и покрутила головой, разминая затекшую шею. По правде говоря, отъезд рыцаря ей был только на руку. В отсутствие хозяина она намеревалась выведать все секреты, которые хранили Медовые Лужайки: что за история приключилась с якобы сломанным креслом; какую тайну хранит в себе запертая дверь на втором этаже; наконец, откуда взялись дорогущие и красивейшие наряды, которые ей приносит Эста (ведь не рыцарь же их носил, верно?).