Чтение онлайн

— Ну не всегда же учиться, — пожимаю плечами. — При отсутствии нормальных альтернатив приходилось сёрфить по интернету. После того как я взорвал Старику вторую мастерскую, и чуть не потерял руку, он разрешал мне проводить изыскания только под наблюдением. Так что… ну а чем ещё заниматься пацану на необитаемом острове?

— Книжки читать!

— Так «Молот Войны», мнэ? — задираю правую бровь. — Там столько книг, что на пару лет запойного чтения хватит.

— Нормальные! — смотри, какая капризная, а? А сама ведь кроме модных журналов ничего не «потребляет». Мне Тарани её уже вломила.

— Корни, ну чего ты от меня хочешь-то? Чтобы я с упоением поглощал что-то типа «Войны и Мира»? Ну прочёл я её. Да, не перечитывал, не захватило, прости. К классической литературе я вообще равнодушен. Скучно мне читать про простую жизнь простых людей. Нет, пару десятков книг ещё осилил, но, когда ты маг, отсутствие магии в жизни персонажей выглядит как-то… ненатурально, что ли? Вот фэнтези да фантастика, там да, там иногда что-то интересное бывало, иногда даже безумное. Например, не высокомерные эльфы, помогающие людям. А обычная проза жизни: « родился, страдал, помер», в различных вариациях… Ну не увлекает это меня.

Пока трепались о всякой ерунде, уже добрались до булыжника, на котором я стал раскладывать свой диагност «Мечта Мекбоя». Сюда штекер, тут кристалик вставить, здесь антенку от вай-фая старого прикрутить. Зажужжал дэвайс волшебный, начав плевать цифры и символы на табло тетриса.

— Норма, норма, норма, — бормотал я, пока не дошел до числа, показывающего насыщение окружающего фона. — Ну ничего себе!!! Это как вооб… А-а-а!

— Что случилось? — обеспокоилась Вилл.

— Не, нормально всё, — успокаивающе машу левой рукой, продолжая правой переключать режимы диагноста. — Забыл про ваши особенности, вот и удивился, что фон запредельный. Не страшно, я аварийное стравливание заложил в функции барьера, так что, как только вы его покинете, тут всё нормализуется. Правда, для чистоты эксперимента, нужно будет сюда как-нибудь без вас заскочить.

— Объяснишь? — Тарани замялась на секунду. — Магический фон стал очень высоким из-за Сердца Кондракара?

— Из-за него, да, — вырубаю приборчик, начиная тот разбирать и упаковывать в саквояж. — Сердце, даже если вы не чаруете, всё равно фонит. Ну, как бы, основная его функция питать мир магией, вот вы сейчас и сливаете энергию на Меридиан. Это не страшно, даже наоборот — хорошо для этого мира. Коэффициент полезного действия не такой, как у магии «родной», но на безрыбье Меридиан и это ассимилирует.

— Получается, Сердцу… любого мира достаточно быть здесь, и проблема Меридиана с магией закончится?

— Так и есть, — укладываю последние прибамбасы, закрывая саквояж. — С учётом работающей Завесы, магия Сердца покинуть этот мир не сможет, и через несколько лет ситуация с дефицитом нормализуется.

— Вот оно что… — Корнелия со значением посмотрела на Вилл, — Кажется, я поняла, почему Фобос хотел захватить Сердце Кондракара.

— Ну, на самом деле это лежало на поверхности, — пожимаю плечами. — Заполучив Сердце, которое носит на шее Вилл, он бы убил двух зайцев одним выстрелом: и обеспечил бы свой мир так необходимой ему энергией, и лишил её Кондракар. Конечно, если ваше Сердце действительно Сердце именно Кондракара, а не одного из миров под их протекторатом. Хм… М-м-м…

— Да хорош мычать, — всплеснула руками Ирма секунд через десять моих задумчивых похмыкиваний. — Говори, давай.

— Ну, короче, — чешу затылок, пристально разглядывая кулон на шее рыжей. — Что это за штука, и как реализована — я не знаю. Не изучал, и просить не буду. Даже если вы будете настаивать — не возьмусь. Может она для чужих рук опаснее Эбонитовой Палочки. Но есть пара-тройка вариантов… Если это реально Сердце, а не, к примеру, ретранслятор, то даже если вырубить функцию «превращения Стражниц», то оно как фонило, так фонить и будет. Если же кулон — своего рода проводник или передатчик, то может и вообще… вырубится до состояния обычной блестяшки. Но в этом случае полезность кулона для Князя Фобоса стремится к нулю. Разве что сделать гадость Кондракару? Или материалы в составе уникальные могут быть.

— Знаешь, — Корнелия устало вздохнула, и задрала лицо к удивительно чистому для Меридиана небу, — меня иногда раздражает… Нет, меня почти всегда раздражает, как ты, вроде бы, отвечаешь на вопрос, или просто поддерживаешь беседу. Если в чём-то не уверен, то делишься с нами своими идеями, предположениями… Но почему? Вот почему, Нилл, каждый раз, когда ты отвечаешь или просто высказываешься, у меня появляется ещё один, два, десяток новых вопросов?!

— Щито поделать, десу? — карикатурно пожимаю плечами, корча глупое лицо. — Жизнь штука такая — непростая. Знал бы я всё — рассказал без утайки. А так: сам гадаю, и вам подкидываю.

— В многих знаниях — многие печали, — хмыкнула Ирма. — Представляете, как Линси Кэмпбелл легко живётся? Она же дура дурой!

— Точно, — кивнула Корни. — Везучая дура. Кстати, Нилл?

— Да? — отвечаю я, выплывая из лёгкой задумчивости на тему Сердец, Миров, и везучих дур.

— Может ты уже перестанешь пялиться на грудь Вилл?

— Какую грудь? — удивился я, переводя взгляд на блондинку. И только после этого понял, что продолжал рассматривать Сердце Кондракара.

— У-у-у… — протянула Ирма.

— Фатальная ошибка, — почему-то с сочувствием вздохнула Хай Лин.

— Ну… тут да… — покачала головой Тарани.

— Я буду тебя помнить, — в молитвенном жесте сложила руки Корнелия.

— Упс… — только сейчас, переведя удивлённый взгляд на последнюю, рыжую стражницу, я осознал, где накосячил. — Вилл, э-э-э… погоди. Не надо крови, Вилл, я имел в виду, что смотрел на кулон! Всё у тебя с грудью нормально!

— Нилл… — ох, дело плохо. По волосам предводительницы Стражниц начали пробегать дуги разрядов.

— А?

— Беги, Нилл! Просто беги!

«В жизни каждого человека бывают моменты, когда он немного Форест Гамп», — думал я, улепётывая от разгневанной девушки. Хорошо хоть молниями не лупила.

— Бей рыжих, спасай Вселенную! — летел мне в спину весёлый голосок Ирмы. Зар-р-раза.

* * *

— Выглядит отстойно, — заметила Ирма, разглядывая динамик, на который были хаотично налеплены какие-то кристаллики, пара металлических пластинок, и, внезапно, микросхема, почему-то ножками вверх.